Мне пятьдесят один год, и за последний месяц я был на девяти свиданиях с женщинами 45+, все они разведённые, сильные, самостоятельные. Почему же я всё ещё один?
Три года назад, разводясь, я был уверен: максимум через полгода у меня снова будут серьёзные отношения. Своя квартира в Киеве, стабильный доход в гривнах, никаких зеленых змиев и выкидышей. В свои сорок восемь я правда думал: с такими исходными мужчина не останется без пары. Но вот прошли сроки, мне уже пятьдесят один, а я всё так же вечерами захожу в свою пустую двушку. Не потому что ничего не пытаюсь. Только за этот месяц девять встреч с женщинами моего возраста, в диапазоне от сорока пяти до чуть за пятьдесят. Все с опытом, все с головой, все писали про осознанность и «чёткие жизненные приоритеты» в анкетах на сайте знакомств.
После этих свиданий меня охватил неприятный вывод: дело точно не в моём возрасте или во внешности. И даже не в том, что «всех хороших уже разобрали». Вопрос совсем в другом.
Свидание первое. Женщина-опросник Катерина, сорок семь лет, экономистка. На фотографии приятная, ухоженная, без прибамбасов и фильтров «зайка-котик». Первая написала, переписка шла легко.
Встретились в небольшом кафе на Позняках. Она пришла минута в минуту, села напротив, заказала зелёный чай без сахара. Я улыбнулся:
Катя, расскажи про себя, чем живёшь?
Катерина спокойно вытащила телефон и, пролистав экран, произнесла:
Чтобы не тратить время, я подготовила список вопросов. Давай сразу поймём, подходим ли мы друг другу?
И открывает заметку.
Первый пункт про совместный бюджет. Второй готов ли я взять на себя её ипотеку. Третий хочу ли я ещё заводить детей. Четвёртый готов ли переезжать. Пятый сколько даю детям, как часто вижусь с бывшей супругой.
Следующий час я честно отвечал, чувствуя себя не мужчиной, а кандидатом на вакансию «муж». Каждый мой ответ будто галочка в её таблице.
Когда я попытался спросить, чем она увлекается, Катя отмахнулась:
Давай сначала по списку, это важней.
Через полтора часа Катерина закрыла телефон, поблагодарила за встречу и исчезла. Даже смс не написала. Видимо, я не прошёл собеседование.
Свидание второе. Жизнь в тени бывшего Марина, сорок восемь, учительница из Днепра. Улыбка добрая, глаза усталые, но искренние. Решили прогуляться по Цветочному скверу.
Разговор сразу пошёл, пока я не упомянул, что люблю старое советское кино.
А мой бывший терпеть не мог фильмы, тут же заявила Марина. Считал, что это для бездельников.
Я рассказываю, что иногда готовлю.
О, а мой даже яичницу не умел жарить. Всё женская работа!
Машина? «А мой боялся даже завести». Квартира? «До сорока жил у мамы». Отпуск? «Никуда не ездили экономил на всём».
Чем дальше, тем больше понимал я для неё не самостоятельный человек, а просто удобное место для сравнения. Даже если я ей интересен, на первое место всегда встает бывший муж как эталон боли.
Свидание третье. Бывший среди нас Алёна, сорок девять, дизайнерка. Видно женщина с чувством вкуса: ненавязчивые серьги, необычная сумка, лёгкие духи. Внутри будто радость вот, наконец зрелая и красивая женщина.
Беседа началась легко: работа, города, фильмы, книги. Первое время я даже подумал ну неужели повезло? Потом Алёна вдруг резко:
Мой бывший тоже всегда так говорил а потом ничего не делал.
И тут началось: воспоминания, упрёки бывшему, истории про обиды и невыполненные обещания, как она тянула на себе всю семью. Каждый мой рассказ сравнивался с её бывшим. Вот и получается: мечтаешь о новой жизни, а за столом с вами всегда сидит третий лишний. Так семью не построишь.
Свидание четвёртое. «Любовь это роскошь»
Ирина, пятьдесят, бухгалтер. Встретились около станции метро Левобережная, зашли в кофе-холл. Я маслаю шутками сухое «понятно» в ответ. Я истории из жизни она кивает, будто протокол ведёт.
Чем увлекаешься? спрашиваю.
Работой.
А вне работы?
Времени нет.
Ну хоть что-то для души?
Дома порядок поддерживаю. Всё.
Ни слёз, ни радости, ни тепла. Всё внутри, кажется, давно заледенело.
Ир, а зачем тебе отношения?
Хочу стабильности. Надёжного человека рядом.
А любовь?
Пожала плечами, стирая вопрос как ластиком:
В нашем возрасте любовь это роскошь. Главное чтобы не мешали.
Смотрю: не партнёра хочет, а мебель с функцией «надёжно».
Свидание пятое. Женщина-чеклист Людмила, пятьдесят один, начальница отдела. Чёткая походка, дорогая сумка, уверенный взгляд. Место выбрала сама ресторан на Подоле, совсем не по дешёвке.
Садится и сразу:
Я говорю сразу: мне важны серьёзные отношения. Ты вообще готов? Или просто развлечься пришёл?
Я почему-то отвечаю:
Готов.
Людмила сразу начинает отсчитывать: мужчина должен зарабатывать не меньше неё; хотя бы два раза в год ездить с ней на море; уважать её карьеру; быть готовым к встрече с её взрослыми детьми и принять их круг общения; не требовать, чтобы она больше занималась бытом.
Слово «должен» звучит чаще, чем моё имя. Я сижу, а внутри думаю: а где же здесь я, а не формальное одобрение по пунктам?
Не отношения контракт с правилами мелким шрифтом.
Свидание шестое. «Мне нужен папа» Светлана, сорок шесть, менеджерка. Молодёжная одежда, броский маникюр, громкий смех. На фоне остальных будто оазис.
Но через двадцать минут всё становится понятно:
Ты ремонтами занимаешься? А то у меня всё дома ломается.
Машина есть? Иногда надо подбросить.
Разбираешься в налогах? Помоги, а?
Слушай, так хочется мужского плеча! Чтобы взял и решал за меня всё. Я хочу просто быть слабой
Я аккуратно замечаю:
Но ты взрослая, работаешь, всё можешь.
Светлана вдруг обиделась:
Типично мужское! Не умеете ухаживать.
Для неё «забота» это сделать за неё всю жизнь.
Свидание седьмое. Вечная жертва Вера, сорок шесть, бухгалтер. Тихая, словно тень. Я порадовался: хоть без требований.
Первые двадцать минут молчала. Потом разговорилась понеслась история про мужа, ушедшего к молодой, как одна тянула детей, экономила, страдала, ночами не спала.
Я всю жизнь отдала семье а осталась одна.
Карьеру погубила ради него а благодарности не было.
Всё детям а некогда помочь мне сейчас.
Я пытался что-то сказать а ей просто нужно было выговориться, всё равно кому.
К концу вечера я сам стал этой усталой тенью.
Свидание восьмое. Женщина-контролёр Тамара, пятьдесят два, врач. Пришла в кафе на десять минут раньше, выбрала стол в углу.
Я заказал латте тут же:
В нашем возрасте лучше без молока.
Говорю о сбое на работе.
Ты говорил во вторник, а сейчас в среду. Неувязка, проверь факты.
Упомянул, что ложусь поздно.
Это вредно. После одиннадцати нельзя. В вашем возрасте вредно.
Не разговор, а сплошное уточнение и регламент.
Вижу сразу: будущего нет всё будет под контролем, от кофе до друзей.
Свидание девятое. Психолог-диагноз Галина, пятьдесят три, психолог. Я так надеялся вот человек, что понимает, как быть с чувствами и границами.
Но не прошло и пятнадцати минут:
Люблю тишину.
Ты интроверт, избегающий тип привязанности.
Упомянул развод.
Значит, избегание близости.
Стейк заказал.
Красное мясо? Классическая компенсация внутренней пустоты.
Каждой моей фразе ставился диагноз. Я чувствовал себя не мужчиной, а пациентом с историей болезни.
В конце вечера её сообщение: «Ты интересен, но не готов к серьёзным отношениям».
Ну, может, она права.
Вернувшись с девятого свидания, я сел на кухне, налил чаю и прокрутил прокрутку событий, как на старой киновидеоленте.
Ни одна из этих женщин не искала конкретного мужчину.
Кто-то искал идеального, подходящего по критериям. Кто-то анти-бившего. Кому-то был нужен слушатель-психотерапевт, кому-то безотказный папа, кому-то удобная несвязная мебель для внутреннего покоя. У всех свой незакрытый гештальт, свой багаж.
Но ни одной не был интересен просто мужчина с его страхами и мечтами, со всеми плюсами и минусами.
Почему возраст не при чём
Друзья советуют: «Ищи помоложе, с ними проще». Но дело не в возрасте.
После сорока пяти у всех шрамы: разводы, долги, дети, усталость, болячки, разочарования. Это жизнь.
Проблема не в багаже, а в том, что никто не хочет разбираться со своим сам. Все мечтают, что придёт другой и всё расставит по полочкам: вылечит, залатает, компенсирует.
Вместо «я хочу узнать именно тебя» выходит опыт: «я ищу того, кто залечит мои старые раны».
А мы, мужчины, лучше ли?
Было бы нечестно сказать, что только женщины ходят с чемоданами травм. Я сам прихожу не с чистого листа. У меня свой страх, свои странности, своё упрямство.
Мы, мужчины, просто лучше прячем багаж не делаем из него чек-лист и не обсуждаем на каждом свидании. Но он есть.
Иногда я думаю: может, суть не в том, что «все за сорок пять битые», а в том, что у нас не хватает мужества честно признать:
Да, я непрост. Да, во мне есть боль. Да, разбирать это моя ответственность.
Вопрос всем, кто после браков снова ищет счастья
За девять свиданий я не встретил «ту самую». Зато стал лучше понимать и женские, и мужские истории.
А у вас бывало подобное? Узнаёте в моих историях себя, свою вторую половину, подруг или партнёра? Как вы с этим справлялись?
И, главное: можно ли, признав свои шрамы, строить новые отношения после сорока пяти чтобы быть не спасателем, не функцией, а живым человеком рядом?
Напишите, интересно, как это видят мужчины и женщины с обеих сторон. Может быть, именно ваши истории помогут нам всем разобраться зачем мы ищем и кого находим.
