Седьмое июля! Не может быть просто совпадение. И ещё имя Андрей Отчество и фамилия другие. Как будто усыновители могут поменять и отчество, и фамилию И имя тоже долго всматривалась в портрет мужчины, будто ищет в нём когото родного.
Сотрудница отдела кадров городской администрации оформила документы на новую работницу. Затем позвонила:
Глафира Петровна, подойдите, пожалуйста! У меня к вам новенькая.
Вскоре она вошла в кабинет и сразу обратилась к женщиненачальнику, которой уже давно исполнилось:
Вы новая уборщица?
Да.
Я заведующая домом, зовут меня Инна Андреевна, представилась начальница и сразу спросила: А вас?
Глафира, поправилась, заметив в глазах Инны нескончаемый вопрос. Глафира Алексеевна.
Пойдём, покажу ваш пост. За мной будет весь третий этаж
***
Глафира была в полном восторге от новой работы. С улыбкой осматривала своё «королевство»:
«До пенсии осталось два года, а потом, если захотят, можно и дальше работать. Зарплата восемь тысяч гривен плюс премии. С Дмитрием будем жить спокойно, дети уже выросли и разъехались. О, как же я не помню, как зовут нашего мэра! Слишком стыдно будет, если меня спросят. Скоро обед, а на первом этаже висит фотостена всех мэров. Как я могла это не заметить?»
***
Возвращаясь из столовой, прошла мимо стенда с фотографией руководителя города и прочитала: «Андрей Борисович год рождения 1983».
Ой, он совсем молодой, даже сорока лет ещё нет, пробежала мысль в голове Глафиры, и вдруг всплыло: Андрей?! 1983 год
Она вернулась к портрету, снова прочитала дату:
«Седьмое июля! Не может быть просто совпадение. И ещё имя Андрей»
Долго разглядывала лицо мужчины, будто ищет в нём родственное лицо.
***
Новая работа, посторонние мысли отступили на задний план.
Дома целый вечер болтала с мужем, потом он ушёл смотреть футбол в свою комнату, а Глафира в свою. Квартира у них просторная трёхкомнатная, дети разъехались, стало свободно. Муж иногда спал рядом, но всё реже.
Сейчас она лежит в своей комнате, крутятся мысли о юности и о тайне, которую так и не рассказала супругу. У неё был сын по имени Андрей, когда ей было девятнадцать. Нет ни денег, ни работы, общежитие от техникума далось к жизни с ребёнком. Выдержала полгода, потом сдала малыша в детдом.
Три года спустя вышла замуж за Дмитрия. О том, что было до свадьбы, они друг у друга не спрашивали. Появились две дочери.
Старшая пошла учиться в институт в Харькове, там же вышла замуж, внуки уже ходят в школу. Младшая замужем и живёт в Киеве.
Глафира так и не получила квалифицированную профессию. Последние двадцать лет работала заведующей в цехе завода. Когда завод обанкротился, её уволили. Тогда подруга предложила ей работу в мэрии уборщицей. Гласила согласие.
И теперь мэр Андрей Борисович 1983 года рождения. Глафира не жалуется на жизнь, но всё время вспоминает сына, который у неё был. Он даже несколько раз появился в её снах. Она хочет убедиться, что это её ребёнок и у него всё в порядке.
***
Прошло несколько дней. Глафира убирала на своём этаже, когда прозвучали голоса. В дверях появился мэр Андрей Борисович, переговариваясь с кемто из персонала. Увидев её, он кивнул и прошёл мимо, продолжая беседу.
Перед глазами Глафиры возник Виталий, мальчишка, в которого она влюбилась сорок лет назад. Он тогда был весёлым, красивым, а она мечтала видеть его серьёзным, деловым. Теперь, глядя на мэра, она поняла, что именно таким её юная фантазия представляла Виталия.
Но Виталий ушёл, как только узнал, что у Глафиры будет ребёнок, и сказал, что уезжает зарабатывать. Сначала она ждала, надеялась, потом поняла, что он просто сбежал.
«Неужели Андрей Борисович мой сын? Если бы я не отдала его в детдом, он был бы другим. Но мои дочери успешны: старшая замужем, большая квартира, машина; у младшей тоже всё в порядке. А сына нет.
А если бы я тогда вышла замуж за Дмитрия, всё было бы иначе: и моя жизнь, и его, и Андрея. Может, Андрей Борисович вовсе не мой сын. Случайностей в жизни мало.
Но какая в этом разница? У него есть родители, ведь ему тогда был всего полгодика. Может, они всё ещё не сказали ему, что он не их сын. Отчество у него другое, детство, несмотря ни на что, было счастливым. Не каждый простой парень становится мэром.
***
После обеда к Глафире подошла молодая коллега Елена:
Привет, тётя Глафира!
Привет!
В пятницу отмечаем день рождения Любови, она на шестом этаже. Ей будет сорок пять. Ты с нами?
Конечно! улыбнулась Глафира.
Тогда двеста гривен, и какойнибудь оригинальный салатик
Хорошо, вытянула она кошелёк и передала двеста гривен.
Мы всё отмечаем.
Елена, просто зовите меня Глафира, мы же коллеги.
Конечно, Глафира!
***
В пятницу собрались после работы на седьмом этаже. Один кабинет был свободен, накрыли стол, как обычно в любом офисе. По очереди произносили тосты, делая глоток красного после каждого.
Вдруг открылись двери кабинета, и вошёл Андрей Борисович. Улыбнулся:
Любовь Олеговна, с юбилеем! подал коробочку. Маленький подарочек.
Спасибо, Андрей Борисович! на глазах именинницы выступили слёзы.
Андрей Борисович, садитесь к нам! предложила заведующая.
Непременно, согласился он и сел рядом с Глафирой.
Женщина сразу же выложила на чистую тарелку салат, кусочки колбасы, разлила в бокалы вино. Мужчина произнёс тост. Глафира смотрела на него, и внутри всё дрожало. Теперь она уже не сомневалась это её сын.
***
Андрей пробыл около двадцати минут, попрощался и ушёл.
Вот какой человек! сказала Катерина, самая давняя сотрудница мэрии, знающая всё о всех. Даже бывший мэр не мог представить, что он будет сидеть с нами.
Андрей Борисович давно здесь? спросила Глафира.
Год. Помнишь, мы выбирали его в прошлом году?
Глафира ничего не вспомнила, ведь всё решал муж.
Вы, конечно, знаете, что его родители богатые, влиятельные, продолжила Катерина. А вы в курсе, что они ему не родные?
Что? удивлённо покачала головой Людмила.
Это выяснили два года назад, когда он готовился к выборам. Говорят, он сам об этом не знал. Самое интересное он никак не отреагировал.
Катя, откуда ты всё это знаешь?
У бывшего мэра была заместительница Ольга Павловна. Она собирала всё о нём, хотела, чтобы её человек оставался на посту. А люди старого мэра не выбрали.
Он всё ещё не знает, кто его родители? всё же спросила Глафира.
Похоже, нет. Он любит тех, кто его воспитал. Наш мэр, во всём, человек надёжный.
Глафира Алексеевна посмотрела на дверь кабинета, где сидел Андрей Борисович. На душе было и радостно, и грустно: радостно что у её сына всё в порядке, грустно что никогда не сможет обнять его. Всё её вина. Она улыбнулась и мысленно прошептала:
«Не буду тебя тревожить, сынок. Всегда буду рядом!»Тихо зашкалилось в её сердце, когда она, почти не заметив, положила небольшую конвертлисток в ящик стола, где обычно оставляли служебные записки. На бумаге простыми, но твёрдыми чернилами она написала:
Андрей,если ты когданибудь спросишь, откуда берётся та часть тебя, что ты чувствуешь, когда слышишь слово «дом», знай: я была тем человеком, который держал тебя на руках в холодную ночь, когда мир казался чужим. Я не могу изменить твоё настоящее, но хочу, чтобы ты знал, что в твоей крови живёт стойкость тех, кто выживал в бессонных ночах, и любовь, которая никогда не утихала.
Она подписалась лишь именем, без отчеств, чтобы письмо нашёл тот, кто действительно будет читать его.
Сделав последний глоток чёрного чая, Глафира поднялась, прошлась по пустынному коридору, где отзвуки шагов уже стихли. За её плечами прозвенел лёгкий звонок сигнал, что в офисе уже давно не было никого, кроме неё. Она остановилась у окна, глядя на город, который так давно стал её вторым домом. Солнце, сквозь облака, бросило золотой луч на крышу мэрии, и в тот миг ей показалось, что всё, что было, и всё, что будет, сплетено в одну тихую, но неразрывную нить.
Через несколько дней, когда сотрудники уже собирались в обычный понедельник, один из помощников нашёл конверт. Открыв его, он прочитал строки, которые заставили его сердце замереть. Андрей, услышав знакомый голос в письме, ощутил, как будто ктото протянул ему руку из прошлого. Он медленно поднялся, подошёл к окну и посмотрел на улицу, где вдалеке играли дети, а над их головами качались флаги.
Спасибо, прошептал он, чувствуя, как слёзы скатываются по щекам, но в то же время чувствуя лёгкость, будто будто тяжесть веков скинула с плеч. Ты всегда была со мной.
В тот же вечер мэр, стоя перед зеркалом, впервые в своей жизни увидел в отражении не только политическую маску, но и простую женщину в серой повязке, которая когдато держала в руках маленькое человеческое существо. Он понял, что жизнь это цепь мгновений, где каждый из нас оставляет след, даже если путь кажется незаметным.
Глафира, уже лежа в своей кровати, почувствовала, как её взгляд скользит по потолку, и в тот же миг услышала лёгкое шуршание. Её мир, кажется, растворялся в тишине, но в её груди звучало тихое, уверенное биение как будто ктото всё ещё держит её за руку.
И гдето, в кабинете мэра, на столе покоился небольшой листок, откуда исходил аромат старой бумаги и любви, пронзающей годы. Он стал мостом между двумя жизнями, напоминая, что даже самые скромные встречи могут изменить целую историю.
С тем как первая звезда взошла над Киевом, Андрей поднялся со стула, вышел из офиса и, не оглядываясь, прошёл мимо окна, где луч света обрамил силуэт женщины, чьё имя теперь было вписано в его сердце навсегда.
