Злата Иванова замерла, держась в дрожащих руках за маленькие, изящные грабли, и её пальцы сами разжались от неожиданности. Деревянный инструмент с мягким стуком упал на сухую, потрескавшуюся землю. Ей едвабык вдохнуть голос, прозвучавший из-за спины, оказался резким, как скрип старой берёзы, и в нём таилась такая непоколебимая уверенность, что по её спине пробежал ледяной холодок.
На твоём огороде ничего не растёт, милая, потому что к тебе приходил покойник. Не видишь его? А присмотрись, доченька, повнимательнее, прошипела незнакомая старуха, грозно, но с искоркой жалости, глядя на Злату глазами, будто выцветшими от времени, но невероятно проницательными.
Злата медленно, почти машинально, обернулась и впервые понастоящему взглянула на участок перед своим новым, столь желанным домом в пригороде Киева. Сердце её сжалось от странного, необъяснимого чувства тоски. Она видела эту землю каждый день, но лишь теперь ощутила весь ужас происходящего: прямо перед аккуратным резным заборчиком, которым она гордилась, лежал мёртвый, выжженный клочок земли.
Ни травинки, ни цветка, ни единого намёка на жизнь. Тем временем за домом, на её старательно возделанных грядках, пышно цвели розы, тянулись к солнцу бархатцы, зеленели кусты смородины. Контраст был пугающим. Злата пыталась оживить эту землю удобряла, рыхлила, поливала почти слезами отчаяния, но всё было тщетно.
Поглощённая своими садоводческими терзаниями, она даже не заметила, как к открытой настежь калитке подошла худая, согбённая годами, но не духом, незнакомка.
Ты бы ещё вечернее бальное платье надела, чтобы так нарядно копаться в чёрной земле, с едва уловимой насмешкой, но без злобы, произнесла старуха, оглядывая наряд Златы: дорогой, идеально сидящий розовый топ и такие же велосипедки из технологичной ткани.
Злата инстинктивно поправила рыжую прядь, выбившуюся изпод шляпы, и на её лице появилось лёгкое смущение.
Это это же специальная форма, бабушка. Для садоводства. Технологичная, дышащая попыталась она оправдаться, голос её звучал слабо. Да и соседи у нас тут новый, хороший посёлок, все всегда так красиво ходят Чисто, аккуратно Никто раньше тут не жил, всё с нуля
Старуха уже не слушала. Оперлась на самодельный клюшкообразный посох, медленно зашаркала прочь, растворившись в летней пыли за поворотом дороги. Злата осталась стоять одна, а в ушах звенела оглушающая тишина, нарушаемая лишь тревожным стуком собственного сердца.
Как же так? лихорадочно думала она, снимая садовые перчатки и машинально проверяя безупречный маникюр. Как получилось, что к моему новому дому приходит покойник? Кто он? Чего хочет?
К счастью, перед переездом, почти бегством из шумного мегаполиса, она успела закончить курсы маникюра. Теперь руки всегда в порядке, с горькой иронией подумала она, вот бы и с садом так же. Чтобы всё росло, цвело и радовало глаз без привидений.
Мужу, дорогому и вечно занятому Дмитрию Петрову, она не сказала ни слова о странной гостье. Боялась его практичной, рациональной усмешки. Но мысли возвращались к тому разговору снова и снова, становясь навязчивой идеей. Никакие, даже самые дорогие и современные удобрения, советы из интернета и от бывалых соседейдачников не помогали. Участок перед домом оставался пустынным, засохшим и мертвым, как надгробная плита.
Злата искренне, всей душой хотела заниматься садом. Она прошла онлайнкурсы, закупила кучу красивых журналов, вдохновлялась. Любила процесс чувствовать землю, вдыхать её аромат, заботиться о хрупких ростках. И у неё получалось! Появились первые, довольно хорошие результаты. Но этот проклятый клочок земли прямо перед парадным входом никак не поддавался, словно его отгородила невидимая стена.
Видимо, придётся нанять дорогого ландшафтного дизайнера и почвоведа, грустно размышляла она, глядя в окно на чёрное пятно своего позора. Хотя если у нас действительно бывает такой эфемерный гость, то вряд ли даже они помогут.
Прошло несколько дней. Злата, досмотрев очередное подробное видео от опытного садовода, отложила телефон. Ночь за окном была глухой и беззвёздной. Дмитрий давно спал, храпя в такт своим бизнесмыслей, и ей самой тоже уже пора было спать, но сон ускользал.
Фу, какая духота Нечем дышать, прошептала она, сбросив шелковое одеяло, и подошла к стеклянной двери, ведущей на просторный балкон.
Тихо отворив её, она вышла под прохладное ночное небо. Воздух был свеж и сладок. С высоты второго этажа тот злополучный участок был почти не виден, скрыт свесом крыши и тенью большого клена. Поэтому, подгоняемая внезапным порывом, она перегнулась через холодные перила, чтобы вглядеться в темноту, где лежала бесплодная земля.
И увидела её.
Под светом криваго, кривого месяца, пробивавшегося сквозь разорванные облака, по вскопанной, но мёртвой земле шёл незнакомый силуэт. Мужчина. Стоял к ней спиной. Его движения были странными, замедленными, будто он пробирался через невидимую густую субстанцию. Он не просто ходил он топтался, присаживался на корточки, потом снова вставал, ковырял носком старого, несовременного ботинка землю, трогал её длинными, бледными пальцами, чтото ища.
Сердце Златы замерло, а потом заколотилось так сильно, что её затрясло. Она впилась глазами в темноту, пытаясь разглядеть детали. Чем дольше она смотрела, тем отчётливее понимала: с ним чтото не так. Он был полупрозрачным, свет луны просачивался сквозь его хилое тело, одетое в старомодный пиджак. Его движения были не просто медленными они были неестественными, лишёнными земной гравитации. Это точно не был живой человек.
Злата почувствовала, как ноги подкашиваются, а в висках вспыхнула чёрная, липкая волна паники. Она уже готова была упасть с балкона, но в тот момент мужчина обернулся.
Он посмотрел прямо на неё. Лицо было полностью безмымическим, словно высеченным из бледного мрамора, с пышными усами и аккуратно причесанными волосами, расчёсанными в прямой пробор. Глаза пустые, тёмные бездны.
И вдруг он бросил обе руки вперёд, как бы пытаясь дотянуться до неё, схватить за горло, коснуться её ледяными пальцами. Злата почувствовала, как его мертвое лицо приближается, заполняет всё пространство. Она, издав тихий стон, оттолкнулась от перил и, спотыкаясь, упала назад в спальню, на холодный пол.
Найти ту старушку оказалось проще, чем ожидала. Злата была уверена, что такая женщина не могла жить в их стерильном, новеньком коттеджном посёлке. Значит, её дом гдето за мостом, в старой, дремлющей деревушке. Чтобы узнать, где именно, достаточно было спросить у местных бабушек, сидевших на лавочке у колодца.
Злата остановила свой аккуратный городской хэтчбек у покосившегося, давно не крашенного домика с резными, но облупившимися наличниками. Калитка держалась, казалось, на честном слове и одной ржавой петле, поэтому она решила не стучать.
Баба! крикнула она робко, заглядывая в щель между досками. Баба Вера? Меня зовут Злата! Вы мне на прошлой неделе говорили о моём участке о госте
Дверь скрипнула, и на пороге появилась та самая старушка. Она прищурилась, разглядывая гостью.
Господи Иисусе Опять в наряде, как на праздник, прошептала она, бросая критический взгляд на шифоновое платьетунику и элегантные босоножки на каблуке Златы. Затем махнула рукой, смирившись. Заходи в дом, раз пришла! Только каблуки не ломай о полы! Что тебе надо?
Злата, переступив порог, почувствовала, как ком сдавливает горло.
Он он действительно приходит. Топчётся там, где вы сказали. Я видела его прошлой ночью голос её дрожал. Я подумала если вы видите таких и не боитесь значит, сталкивались с этим и раньше. Может, вы знаете, как его прогнать? Она бессознательно заламывала руки, а её безупречный маникюр блестел в полутени.
Думала, правильно, детка, кивнула старушка, и в её глазах мелькнуло нечто сложное, что Злата не смогла прочитать. Хочешь, чтобы я его прогнала?
Злата лишь кивнула, а потом, лихорадочно, открыла изящную кожаную сумочку и вытащила несколько крупных, хрустящих купюр.
Я не знаю, сколько это обычно стоит. Я не из жадных, честно! Если нужно больше я съезжу в банкомат, привезу! Скажите, сколько?
Вера Петровна внимательно посмотрела на деньги, а потом прямо в глаза Злате. Её взгляд смягчился.
Хватит, тихо и даже ласково произнесла она. Я помогу. Садись, присаживайся, я сейчас замолчала и слегка смутилась, опустив глаза. Извини, чайку предложить не могу. Вчера закончился. А в магазин за три версты старые кости уже не тянут.
Злата робко села на краешек покрашенной табуретки и украдкой осмотрела жилище. Чистый, но старый и многократно заштопанный тюль на единственном окне. На столе не было скатерти, и ничто не скрывало глубокие трещины на когдато лакированной поверхности. От старого буфета отломана одна дверца, внутри пусто. Прозрачная сахарница пуста, как и плетёная хлебница. Было бедно. Было пусто. Было одиноко.
Достанька из холодильника бутылочку, прозрачную, крикнула Вера Петровна из соседней комнаты. Там у меня травяной настой собственного приготовления. Вкусный, целебный. Попробуй. И мне налей, будь добра. Горьковат немного, но силу даёт.
Злата подошла к старенькому, потрескивающему холодильнику и открыла его. Сердце её сжалось ещё сильнее. Помимо поллитровой бутылки с мутной жидкостью, там лежали три яйца, трёхлитровая банка квашеной капусты и пустая, вытертая до дыр масленка.
Боже правый прошептала она, ощутив острую боль. Она живёт в такой нищете, а я приехала к ней на дорогой машине в шёлковом платье.
Нашла? донёсся голос старушки.
Да, бабушка Вера, сейчас!
Вера вышла и протянула небольшой, туго свернутый узелок из простой газеты, перевязанный бечёвкой.
Вот. Закопай это у себя на том участке. Не глубоко, на штык лопаты. Через три дня твой гость уйдёт и больше не вернётся. Не бойся. Это просто травы, веточки сухие, ягоды лесные всё заговоренное на добро. Ну, как, отвар вкусный?
Злата сделала глоток горьковатой, но ароматной жидкости.
Очень вкусный, искренне улыбнулась она, принимая свёрток. Спасибо вам огромное. А можно могу я вас тоже чемнибудь угощать? Вы знаете, перед приездом я в магазине зашла привычка такая: вижу акцию сразу берут два, а потом не знаю, куда деть. Никак не могу отучиться. Может, вам чтото пригодится? Я сейчас!
Не дожидаясь ответа удивлённой старушки, Злата выбежала из дома. Через минуту вернулась, согнувшись под тяжестью огромного бумажного пакета, и принялась выкладывать его содержимое на стол, не переставая тараторить:
Масло подсолнечное зачем я два взяла? Я же всегда на пару готовлю, у Дмитрия проблемы с желудком Чай ой, чёрный, а мы обычно зелёный пьем Сладости люблю, но надо худеть, а дома шоколада полно Вы печенье любите? С ча́йкой самое то! Пастилу зачемто купила не очень её Мясо боже, сколько набрало? А морозильник уже забит под завязку! Не обидитесь, если я вам это оставлю? Можно? Крупы бурый рис, зелёная гречка. После того как у мужа проблемы начались, я пошла на курсы правильного питания, теперь только такое покупаю
Она раскладывала продукты, аккуратно складывая их в угол стола, и не решалась поднять глаза на Веру Петровну. Ей было страшно, будто старушка воспримет это как милостыню, как подачку от богатой соседки, и обидится.
Но когда она наконец рискнула взглянуть, увидела, как по щекам старой женщины катятся тихие светлые слёзы. Вера Петровна молча вытерла их краешком платочка.
СпасибоИ, когда последняя нотка её смеха растворилась в ночном ветре, Злата поняла, что истинный покой приходит не от изгнания призраков, а от умения принять их частью своей истории.
