Я часто вспоминаю те годы, когда я, Филипп, был юн и безмолвно влюблён в Лизу, нашу одногруппницу из школы. Мы мечтали когданибудь узаконить свою связь, выйти замуж за меня и жениться на ней.
Но моя мать, Ангелина Семёновна, заведующая родильным отделением в городской больнице, не одобряла выбор сына. Ей всё время нравилась медсестра Кристина её любили и пациенты, и персонал, а в её семье было несколько врачей. Ангелина надеялась, что Филипп возьмёт её в жёны.
После выпускного я поступил в медицинский институт, а Лиза в институт иностранных языков, чтобы стать переводчицейангличанкой, как её мать и бабушка. Однокурсники решили отпраздновать окончание учёбы на природе и съездили к нашему семейному дачному дому в Подолье.
Мы пробыли там почти месяц, наслаждаясь тишиной, и лишь потом поняли, что занятия уже начинаются, и нужно готовиться к новому учебному семестру.
Осенью Лиза, глядя мне в глаза, произнесла:
Я беременна. Как ты отреагируешь?
Что ты, конечно же, возьму тебя в объятия и отведу в ЗАГС, ответил я, улыбаясь.
Я не одна, и я уже тяжёлая, возразила она.
Пугать спортсмена? Я в школе борцовкой был, а ты для меня лёгка, как перышко, подшутил я, радуясь её смеху.
А как быть с учёбой? спросила она, тревожно поглядывая на меня.
Учёба, да, Лизонька, придётся взять паузу на год после родов, сказал я.
Я перейду на дистанцию, как моя мать, заявила она. Она родила меня в девятнадцать и всё успела. Но договоримся, Филипп: после свадьбы ты переедешь к нам, а ты будешь уважать свою маму издалека. Я давно знаю, что она меня не примет у неё характер непрост.
Ради твоего спокойствия, Лизонька, согласилась я.
Мы подали совместные документы в ЗАГС, а потом разошлись по своим домам. У Лизы в квартире уже собирались гости: друг её отца прибыл со своей женой и сыном Александром, шестнадцатилетним, но уже выгляделим как взрослый.
Дома я рассказал родителям о предстоящем событии и попросил их готовиться к свадьбе. Ангелина Семёновна, недовольная, вечером отправилась к родителям Лизы, чтобы поднять шум. Она несколько раз стучала в дверь, но никого не открывало. В гостиной стоял стол, звенела музыка, похожая на мелодию звонка, и хозяева, погружённые в разговор, не обратили внимания. Александр в тот момент принимал душ и оказался удивлён тем, что звонок не услышали. Обернувшись в полотенце, он открыл дверь.
Ангелина, поняв, что держит в руках телефон, начала запись, снимая коридор и юного Александра в полуприлёте.
Вы к Анне Николаевне пришли? спросил он, не понимая, зачем женщина снимает себя.
Нет, отозвалась мама, спускаясь вниз по лестнице.
Дома она показала мне запись, подчёркивая, как долго они открывали дверь.
Видишь, о чём речь? Кто же сынок её? спросила она.
Понял, мама. Ты была права. Она мне не подходит, ответил я.
Я отправил Лизе резкое сообщение, а затем выключил телефон. Она ничего не поняла, но, не спеша, пошла ко мне, хотя уже стемнело.
Ангелина, предвидя её прибытие, ждала у окна. Увидев девушку, она бросилась в коридор и сама открыла дверь, не позволяя Лизе зайти. Выбросив её на лестничную площадку, она крикнула:
Что тебе от Филиппа? Он уже спит. Ты играешь в две игры? Ходишь к другим, двулик! и, закрыв дверь, бросилась в свою квартиру.
Лиза стояла на ступеньке, рыдая, и только потом вернулась домой. На кухне её мать, Анна Николаевна, мыла посуду, а плачущая дочка обняла её.
Лизонька, что случилось? Свадьба уже близко, должна радоваться.
Мам, всё кончено, я лишь держу в себе твоего ребёнка. Похоже, мать Филиппа всё испортила, узнав, что мы подали в ЗАГС, шептала она, показывая маме сообщение о том, что «неизвестный» Филипп изменил ей.
Если Филипп так поступит, он будет слушаться лишь своих родителей. Бог отнял его от тебя. Мы воспитаем ребёнка сами, попыталась утешить её мать.
После ссоры с Филиппом Лиза тяжело переживала беременность. В один из дней её срочно доставили в родильный отдел, где мать работала. При родах ей сделали анестезию, но, к сожалению, новорождённый оказался мёртвым.
После оформления всех бумаг тело новорождённого отдали родителям, и они похоронили малыша. Лиза всё ещё находилась в роддоме, поэтому пропустила церемонию.
Эти события заставили родителей Филиппа быстро продать свою квартиру и уехать из района.
Так будет лучше, дочь. Ты же устала от случайных встреч с Филиппом, а он всё лишь над собой смеётся, сказала мать.
Я тоже надеюсь, мамочка, забыть его скорее, ответила Лиза.
Прошло восемь лет. Лиза работала переводчицей в небольшом офисе, пока однажды в её кабинет не вошёл Филипп.
Зачем ты вновь появляешься в моей жизни? Я тебя давно забыла, сказала она.
Прости, но трагедия привела меня к тебе, ответил он.
Странно, Филипп. У тебя классная мама, иди к ней со своими проблемами. У меня нет времени, уходи, пожалуйста, из офиса, бросила она, отводя взгляд к монитору.
Лизонька, прошу, выслушай меня. Это важно и для тебя. Я подожду тебя в кафе напротив после работы, умолял он.
Прикажу только из любопытства, коротко ответила она, показывая, что разговор окончен.
Вечером они вновь встретились.
Прости, Лиза, мой сын болен, нужен донор, сказал Филипп.
Ты попал не туда, Филипп. У твоей мамы здесь больше возможностей, ответила она.
Мы ждали, но доноров нет. Я даже квартиру выставил на продажу. Ты мать, у тебя больше шансов помочь нашему сыну, умолял он.
Ты шутишь? Наш ребёнок умер при рождении, мои родители его похоронили, возмутилась она.
Он жив, ему уже восемь лет, произнёс Филипп.
Как так? спросила она.
Помнишь день, когда мы подавали документы в ЗАГС?
Я никогда не забуду твоё гадкое сообщение, ворчала она.
Филипп повторил рассказ, который слышал от своей матери о том, кого та видела в её квартире. Лиза объяснила, кто был Саша, и Филиппу стало бледно. Он всё ещё любил её, но не женился, а она боялась снова выносить ребёнка, опасаясь повторить горе.
Филипп, расскажи о своём сыне, что сделала твоя мать? спросила она.
Когда ты была в роддоме, моя мама была рядом и видела, как тебя везут по коридору в операционную. У неё было подозрение, что ребёнок мой, и тест подтвердил отцовство, но она не захотела отдавать тебе ребёнка. Я виноват, что согласился. Моя обида на тебя мучила меня, и, видимо, Бог наказал меня: наш сын Сергей болен, признался он.
Пойдём к нему. Дадут проверку совместимости. Если ты не подойдёшь, значит, у него первая группа крови, как у меня, предложила Лиза.
Да, у меня третья, уточнил он.
Руки Лизы дрожали, сердце колотилось, когда она увидела мальчика в палате клиники.
Сергей, я нашла твою маму. Мы долго потерялись, но люди помогли нам встретиться, произнёс Филипп, а Лиза осталась немой.
Мам, я ждал тебя, представлял себя именно так, хотя у нас нет твоих фотографий в квартире, сказал Сергей.
Сынок, всё будет хорошо. Я рядом и сделаю всё, чтобы ты поправился, плакала Лиза, обнимая ребёнка.
Сынок, отпусти маму. Ей надо поговорить с врачом, сказал Филипп.
Оказалось, что Лиза совместима, и Сергей поправился. Филипп продал свою квартиру и расчитал клинику за лечение. Сейчас они живут вместе в квартире у родителей Лизы.
Лизонька, прости меня, но нам нужно снова пожениться, а тебе нужно ещё одного ребёнка. Я хочу, чтоб наш сын был здоров, а врач сказал, что братьядоноры лучше, чем родители, сказал он.
Я читала об этом, Филипп, и ради здоровья детей готова на всё, согласилась она.
Филипп и Лиза поженились, а теперь, помимо Сергея, воспитывают ещё двоих: сына и дочь. Их история, полная горечи и неожиданного счастья, остаётся живой памятью, которую мы храним в сердце.
