Мой муж, Василий, уже пятнадцать зим подряд исчезает в поисках заработка. То в Германии за рулём грузовика, то в Польше поправляет крыши, то в Донецкой области на стройке. Он уезжает туда, где блестят монеты. У нас двое сыновей Илья и Дмитрий, и мы мечтали подарить им светлое будущее, зная, что в нашей родной украинской земле, где шумят улицы Киева, мы почти ничего не добьёмся без чужих денег.
Складывалась странная картина: раз в месяц Василий присылал нам посылки, в которых пахли консервированными помидорами, гороховыми крупами, ароматом подсолнечного масла и сладостями, будто из забытой лавки в старом Львове. Плюс он переводил деньги на мою карту, чтобы я клала их в «ПриватБанк» под проценты. За годы мы собрали достаточный капитал, чтобы купить старшему сыну киевскую квартиру за несколько сотен тысяч гривен.
Казалось, всё в нашей жизни застыло в ритме успокоенного сна. Но несколько лун назад я ощутила, что чтото в моём теле не так. Первая мысль менопауза, но это не она. Я набрала вес, всё время хотела спать, ела, как будто в меня вваливают хлебные крошки, а настроение менялось, как облака над Днепром. Поиск в сети подсказал: «возможно, беременность». Взрослая женщина в сорок пять? Сомнения растворились, когда на полоске теста всплыло две красные линии, ярче ночных огней Одессы.
Я решила никому, ни сыновьям, ни их женам, не раскрывать тайну. Зачем? Чтобы они не смеялись и не говорили, что «мамин мозг с возрастом отступает». Зимний холод обвил меня теплыми пальто, и под пуховиком мой живот оставался невидимым, словно призрак в снежной вьюге.
Но я не желала рожать этого ребёнка. Ктото скажет, что у меня нет сердца Бога, но мне уже сорок пять, я не юна. У меня есть сыновья и внуки, которым я хочу уделять время, а не кружиться вокруг подгузников. К тому же средств на третьего ребёнка не хватало. Василий, как всегда, мог бы снова отправиться за границу, а без него я будто потеряю опору.
Врачи говорили, что срок уже поздний, операция слишком рискованна, и даже не знать, не навредит ли она мне. Я пыталась убедить себя, что всё будет хорошо. Может, Василий обрадуется, узнав о малыше? Я позвонила ему в Скайп, но включила лишь микрофон, скрыв лицо.
Алло, Васю
Это не Вася. Это Агния.
Агния? А ты кто?
Уважаемый, а вы кто? Я жена Василия. Он сейчас не дома, задерживается на работе.
Я бросила трубку и заплакала горько, будто в моём сне кристаллизовалась горькая реальность: муж может предать гдеугодно и с кемугодно. Я хотела написать заявление о разводе, выбросить все вещи Василия в реки Днепра и никогда больше его не слышать.
Но в моём сознании ещё мерцала надежда, что возлюбленный вернётся, узнав о ребёнке. В календаре февраль обещал прибытие мужа, ведь у сыновей были дни рождения, и ему дали отпуск. Я даже увидела во сне, как мы втроём гуляем в парке, где Василий держит за одну руку нашу будущую дочку, а я за другую.
И вот 14 февраля, День всех влюблённых, он приехал. Я накрыла стол свечами, включила нежную музыку, создав атмосферу, будто в нашем доме зажглись звёзды.
Васёк, у меня сюрприз. Я беременна. Будет девочка.
Чёрт тебя дери! крикнул он, лица его покрыло пылающее зарево, он сбросил тарелки, ломая их о пол, стучал кулаками по столу:
Ты пока меня везёшь, как лошадь, а сама скачешь с чужими мужьями? И сейчас хочешь мне повесить на шею этого «младенца»?
Васёк, я всё объясню
Убирайся, я не хочу тебя видеть! он толкнул меня так резко, что я упёрлась животом в остроконечный край стола и упала.
Василий ушёл, схватив сумку, грохнул дверью. В голове закружилось, я увидела красные пятна на полу, как будто кровь капала с небесных звёзд. Живот сильно тянул, я корчилась от боли, едва успела набрать номер скорой помощи. Чувствовала, что ребёнок вотвот появится.
Когда врачи пришли, я держала в руках нашу дочку. Девочка спала спокойно, её маленькое лицо сияло, как лунный свет над Днепром.
Ну что, мамочка, едете с нами?
Нет. Забирайте ребёнка, он мне не нужен.
Как так?
Как хотите, забирайте! Этот ребёнок разрушил мою семью! Может, ктото полюбит её, но не я. Всё, берите, я больше её не вижу!
Без капли угрызений совести я отдала девочку врачу. Меня осмотрели, ни одной трещины роды прошли спокойно. Как только скорая уехала, я убрала дом, приняла душ и лёгла спать.
Ни один из сыновей не знает, что я отдала дочку. Каждый день я хожу в церковь и молюсь, чтобы девочка выросла здоровой, нашла свою семью, потому что понимаю, что сама я не справлюсь. Я не хочу снова переживать тяжесть материнства. Хочу лишь, чтобы Василий вернулся домой. Но он снова уехал в Германию, общается лишь с сыновьями.
Можно назвать меня безумной, но я выбираю мужа, а не ребёнка. И судья будет только Бог.
Друзья, если вам хочется услышать ещё больше подобных историй оставляйте комментарии и ставьте лайки. Это даёт нам силы писать дальше.
