Я помню, как тогда, в далёких летних днях, когда на улицах Киева ещё пахло свежескошенной травой, в нашем небольшом общежитии появился ребёнок у Лиды Петровны Соколовой и её мужа Игоря Александровича Михайлова. Это была их первая и, как говорили близкие, самая заветная семья.
Игорь девять месяцев охранял её, поддерживал, шёл в институт, а в морозную стужу даже запрещал ей выходить из дома. За несколько дней до родов его отправили в командировку. Он мог бы отказаться, но уже собирался уйти с работы, как только ребёнок появится на свет. Ведь ему не придётся ходить по вахтам, а Лида будет одна с малышом.
Трудности начались, когда Игорь успел уехать. Болезненные схватки были невыносимыми, а мужа рядом не было. Лида и никогда не мечтала о такой родительской одиночестве, ведь первая роды обычно проходят в окружении близких.
Ребёнок, к счастью, появился здоровым, но Лида совершенно не хотела рассказывать мужу о происходящем. Сказала ему: «Пусть же у чужих людей узнают». Она осмотрела палату. Навстречу ей лежала женщина лет сорока, а рядом молодая женщина, уткнувшаяся в телефон. У двери стояла ещё одна женщина, опершись спиной к стене, со слезами на глазах.
После изнурительной работы, которую Лида провела в зале родильного отделения, она упала на синюю подушку с треугольным узором и погрузилась в тяжёлый сон, будто бы мир вокруг исчез.
Будем кормить ребёнка? услышала она сквозь сон. С радостью обернулась.
Медсестра стояла у плачущей женщины, отводившей взгляд от стены.
Что молчишь? Возьми его на руки. Смотри, какой он милый. Женщина замерла, но не повернулась.
Если ноги распухнут, их можно разогнать. А если ты готова взять на себя ответственность, то лучше от ребёнка откажись, сказала медсестра, слегка споткнувшись и уйдя.
Первая заговорила женщина лет сорока: Наталья Сергеевна. Она не смогла сдержать эмоций:
Ты думаешь, я хотела этого ребёнка? Мне уже сорок три, сын женат, внук уже в пути, а теперь вот это Что делать? Всё уже случилось. Малыш невиновен. Если бы ты не хотела, ты бы и не оставила его. Что теперь? Как ребёнку жить, когда сразу после рождения его предают?
Анна Петровна заплакала ещё громче. Слёзы уже не скрывала, а рыдала, будто её сердце разорвали.
Зачем ты плачешь? Это же никому не поможет, не успокаивалась Наталья. Бери ребёнка, корми и не будь глупой.
Может, его насиловали? предположила Альбина Ивановна, отложив телефон. Или ребёнок от родственника, может, от отчима?
Лида слушала рассказ Анны и ощущала, будто виной была она сама ведь всё так сложилось. У неё же был муж, любящий её, родители, которые её ценили. И всё же она находила повод для плохого настроения.
А ведь в этом мире жил человек, которому никто не нужен, и только что пришедший в свет ребёнок, который ещё не совершил ни одного проступка, но уже оказался без поддержки.
Вырастет девочка, озлобленная на всю жизнь, потому что в её семье родители пьют, а отец её предал, пообещав жениться, а потом бросил, как только узнал о ребёнке.
Не будет ни шаров, ни цветов к празднику её рождения. Маме и ребёнку придётся идти в одиночку.
Смущённо и с сожалением она спросила:
А если будет, куда пойти, возьмёшь ребёнка?
Анна взглянула на неё, будто бы в безумии:
Конечно, но так никогда не будет, приняла её слова за шутку, отвернулась к стене и больше ничего не сказала.
Через пару часов Лида торжественно объявила:
Вы будете жить с ребёнком в общежитии. Моя мама комендантка. Ты будешь мыть пол, а им будет выделена комната.
Ой, у меня уже есть конверт для выписки, оторвалась от телефона Альбина. Сейчас позвоню мужу. У нас двое, зачем нам столько?
Я принесу вещи, сказала Наталья, от дочери остались, они не новые, но хорошие. Я их постирала и погладила. Нам не нужны, у меня же сын, а внукам всё новое купят. Им такие вещи не требуются.
На следующий день другие женщины из палат стали приходить, предлагать вещи: ктото принёс коляску, ктото кроватку, одеяло.
Ой, у меня ничего нет, сказала молодая женщина из соседней палаты, могу купить смесь, вдруг молока не хватит.
Анна громко рассхохоталась, теперь уже от счастья, которое неожиданно упало на неё.
Я отдам, я заработаю, бормотала она. А мамы гладили её по плечу и говорили:
Отдай тем, кто в нужде.
Поздним вечером, засыпая, Лида думала, как чудесно всё обернулось. Всё будет хорошо у Анны. Она встретит достойного человека. И у её дочери тоже будет всё в порядке, ведь теперь она будет жить с мамой. Что ещё нужно?
Эти воспоминания, как старый дневник, напоминают, что даже в самых тяжёлых обстоятельствах может появиться луч света.
