Было это много лет назад, хотя помнится так отчётливо, словно случилось вчера. Каждый вечер на балкон моей киевской квартиры забиралась рыжая кошка. Она мяукала так, будто звала на помощь – не давала покоя ни мне, ни совести. Я уже почти набрала номер службы отлова, но стоило открыть дверь – она прыгала прочь. Прямо навстречу тому, чего я так боялась.
– Опять ты! – Я отдёрнула штору и поглядела на балкон. Рыжая сидела на перилах и смотрела прямо на меня. Глаза её горели в вечерних сумерках, а из горла вырывалось протяжное, почти человеческое мяуканье.
– Уходи, – махнула я рукой и снова задернула штору.
Пятый вечер подряд всё повторялось до смешного: только захожу домой после работы – опять эта кошка. Опять на моём балконе на четвёртом этаже! Как она туда пробиралась, для меня оставалось загадкой, но вот же она – снова здесь.
Я работала бухгалтером в небольшой фирме в Киеве, и последние месяцы выдались особенно тяжелыми. Сдача квартальной отчётности, проверки, постоянные звонки. Домой я приходила совершенно без сил. Всё, что мне было нужно, – тишина, горячий чай и любимый сериал. А тут ещё эта кошка со своими концертами.
– Слушай, может, просто покорми её? – предложила моя коллега Света на следующий день. – Поест и отстанет.
– Я не собираюсь приручать бродячих животных, – отрезала я. – У меня и без того проблем хватает.
И это была правда. После развода три года назад я устроила свою жизнь так, как мне нравилось. Никаких зависимостей, никаких обязательств. Квартира была моей крепостью, где царили порядок и предсказуемость. Животные в эти планы не вписывались.
Но кошка, похоже, думала иначе. На шестой вечер она мяукала так громко и настойчиво, что соседка снизу позвонила в дверь.
– Ольга, вы не могли бы что-то сделать с этой кошкой? – попросила она. – У меня голова раскалывается от этого воя.
– Извините, Мария Степановна, – пробормотала я. – Я сейчас разберусь.
Разбираться не хотелось совершенно. Я подумывала позвонить в службу отлова, но потом вспомнила, что там делают с бездомными животными, и как-то не смогла.
– Что тебе нужно? – Я открыла балконную дверь и вышла наружу. Кошка перестала мяукать и внимательно посмотрела на меня. Она была худой, шерсть свалялась клочьями, но глаза были совершенно здоровые и умные. Очень умные.
– Ну же, говори, чего тебе надо? Еды? – Я протянула руку, чтобы погладить её, но кошка отпрыгнула, спустилась по пожарной лестнице на пару ступенек вниз и остановилась. Обернулась. Посмотрела на меня. Снова мяукнула.
– Ты хочешь, чтобы я пошла за тобой? – недоверчиво спросила я.
Кошка спустилась ещё ниже и снова оглянулась.
Любопытство – удивительная вещь. Оно подтолкнуло меня к действию – иначе и не скажешь. Я вцепилась в рукав куртки, наскоро сунула ноги в кроссовки, даже не задумываясь об уюте, и шагнула в коридор. Кошка, будто знала всё заранее, уже сидела у двери. Увидела меня – и тут же рванула вниз по лестнице, не оборачиваясь. Почти беззвучная тень скользнула вперёд. Мне оставалось только поспешить за ней.
Мы спустились на первый этаж, но кошка не остановилась. Она направилась к двери в подвал, которую я никогда не открывала. Дверь была приоткрыта, внутри зияла чёрная пустота.
– Ты хочешь, чтобы я туда полезла? – Я посмотрела на кошку. – Даже не мечтай.
Но кошка проскользнула внутрь и через секунду снова появилась. Села у порога. Посмотрела на меня своими необычными глазами.
И тут я услышала. Тоненький, едва различимый писк. Несколько голосов разом.
– Котята? – прошептала я.
Я достала телефон, включила фонарик и осторожно вошла в подвал. Пахло сыростью и плесенью. Кошка шла впереди, время от времени оборачиваясь, проверяя, иду ли я следом.
В дальнем углу подвала, за старыми трубами, я увидела их. Четыре крошечных кошечки лежали на куске грязной тряпки. Они были такими маленькими, что глаза ещё не открылись. Писк раздавался отчаянный, голодный.
– Господи…
Я присела рядом.
– Как вы здесь оказались?
Кошка подошла к своим малышам, легла рядом, и они тут же присосались к ней. Но я видела – она сама была истощена, молока явно не хватало. А температура в подвале была градусов десять, не больше. Ночью могло быть ещё холоднее.
– Ты за помощью приходила, – сказала я кошке не вопросом, а утверждением. – Ты искала того, кто поможет твоим детям.
Кошка посмотрела на меня и тихо мяукнула. В её взгляде была благодарность.
Я достала телефон и позвонила Свете. Та ответила не сразу.
– Оль, ты чего звонишь? Уже десятый час.
– Мне нужна помощь. Срочно. У меня тут ситуация.
Света приехала через двадцать минут с коробкой, тёплым пледом и бутылочкой для кормления котят. У неё был опыт – год назад она выходила брошенного щенка.
– Внушительно, – скомандовала она, оценивая обстановку. – Кошечек берём домой немедленно. Мать тоже. Завтра с утра к ветеринару. Мне понадобится помощь с кормлением, они слишком маленькие.
– Я помогу, – тихо сказала я.
Мы аккуратно переложили кошечек в коробку. Кошка сначала занервничала, но потом поняла, что им ничего не угрожает, и спокойно запрыгнула следом.
Дома я устроила им место в ванной – там было теплее всего. Света показала, как лучше кормить кошечек из бутылочки, если мать не справляется. Кошка ела с жадностью – впервые, наверное, за много дней.
– Знаешь, – проговорила Света, глядя на меня, – я всегда думала, что ты слишком закрыта от мира после развода. Боишься снова кому-то довериться, даже животным.
– Может быть.
Я погладила рыжую голову.
– Но эта кошка открыла мне, каким бывает настоящее чувство преданности. Она могла просто бросить своих малышей и искать еду для себя. Но она искала помощь для них.
Ветеринар на следующий день сказал, что кошечки выживут, но им нужен тщательный уход. Кошке-матери требовались витамины и усиленное питание.
– Редко встретишь такой сильный материнский инстинкт, – говорил врач, словно размышляя вслух. – Обычно бродячие кошки прячут потомство в укромных местах. А эта нашла способ попросить помощь.
Следующие три недели я жила по расписанию кормлений. Будильник звонил каждые три часа, днём и ночью. Света помогала, когда я была на работе. Кошечки крепли, открыли глаза, начали ползать.
Кстати, забыла сказать: на работе все думали, что у меня появился младенец. Такие круги под глазами были от недосыпа. Коллеги спрашивали, всё ли в порядке, не заболела ли. А я отшучивалась – мол, бессонница замучила.
– Оля, ты понимаешь, что в твоей однокомнатной квартире не может жить пять кошек? – осторожно спросила Света.
– Понимаю, – кивнула я.
Я разместила объявление о пристройстве кошечек в хорошие руки. Желающих нашлось много, но я тщательно отбирала будущих хозяев, проверяла условия, в которых будут жить малышки.
Через два месяца все четыре кошечки обрели дом. Одну взяла соседка Мария Степановна – та самая, что жаловалась на мяуканье.
– Внуки приедут, обрадуются, – улыбнулась она. – А я давно хотела завести кошку, да всё не решалась.
Рыжая кошка осталась со мной. Я назвала её Рыжухой – просто и без изысков. Она оказалась удивительно умной и благодарной. Спала на моей подушке, встречала с работы, мурлыкала по вечерам, устроившись на коленях.
– Знаешь, Рыжуха, – проговорила я ей однажды вечером, – ты многому меня научила. Я думала, что не хочу ни за кого отвечать. А теперь понимаю: когда отдаёшь тепло другому, собственная жизнь становится насыщеннее.
Рыжуха посмотрела на меня своими умными глазами и положила голову мне на руку.
Через полгода Света рассказала, что кошечки выросли здоровыми и счастливыми. Мария Степановна души не чает в своей питомице. А у меня появилась традиция: каждый вечер я открываю балконную дверь и пускаю Рыжуху подышать свежим воздухом.
Теперь, оглядываясь назад, я понимаю: иногда милосердие приходит к нам в самом неожиданном виде. В виде настойчивой бродячей кошки, которая не сдалась и нашла способ спасти своих детей. Материнская любовь не знает границ – ни у людей, ни у животных. А человеческое сердце способно растаять даже после многих лет одиночества, если в нём проснётся сострадание.
А вы обращали внимание на бездомных животных? Может, кто-то из них тоже просит о помощи. Поделитесь своей историей в комментариях.
источник.
