— Всё, Марина, я ухожу, чтобы ты наконец поняла, кого теряешь! Поживи недельку одна, поскули по углам без мужчины, может, тогда научишься ценить заботу, — Стас пафосно швырнул носки в сумку, чуть не смахнув мою кружку с Красной площади.
Я стояла в дверях и молчала.
Внутри кипело возмущение, но наружу рвался смех.
Тридцатилетний мужик устраивал спектакль в моей квартире. Купленной, кстати, задолго до свадьбы.
Где-то на окраине Екатеринбурга он грозил мне своим уходом.
Как будто без него обои облезут.
А я засохну, как фикус без полива.
Началось всё, как обычно, после визита к Валентине Петровне.
Это моя свекровь. У неё талант унижать комплиментами.
Стас вернулся от мамы заряженный, как батарейка.
Губы ниткой, взгляд ищет врага, ноздри раздуты.
— Марина, почему полотенца опять не по цвету висят? — начал он с порога. — Мама говорит, это разрушает энергетику квартиры!
Я покачала головой.
— Твоя мама про гармонию по телевизору слышала. Я их так развесила, чтобы сухо было.
Стас надулся, подошёл к плите.
— А овощи почему крупно нарезаны? Мама говорит, настоящая хозяйка всё в блендере делает!
— У твоей мамы зубы на полке лежат, а у тебя свои. Жуй сам, — я отложила ложку.
Муж побагровел и замолчал.
— Ты неблагодарная! — выдал он через паузу. — Мама — специалист по домоводству!
Ага. Всю жизнь вахтёршей в общаге работала.
Кандидат собственных наук, звучит весомо.
Он помолчал, махнул рукой и пошёл собирать сумку.
Тогда и объявил ультиматум.
— Хватит твоего хамства! Уезжаю к маме на неделю. Жду порядок и извинения. В письменном виде!
Дверь хлопнула. В квартире стало тихо.
Обидно, но и свободно. Он решил меня наказать уютом?
Гениально придумал.
Судьба приготовила мне сюрприз получше его истерик.
На следующий день вызывает начальница.
— Марина Андреевна, срочно нужно в Новосибирск. Командировка на три месяца, условия отличные.
Я еле сдержала улыбку. Три месяца без Стаса и Валентины Петровны!
— Конечно, лечу, — выпалила я.
Вышла из офиса и подумала про квартиру — будет стоять пустой, а платить надо.
Тут звонит подруга Верка.
— Маша, выручай! Сестра с семьёй приехала из Чернигова, ремонт у них, гостиница дорогая. Готовы заплатить за три месяца сразу.
Я сложила два плюс два.
— Пусть заселяются завтра. Ключи оставлю у консьержа.
Вечером собрала вещи, украшения спрятала у мамы.
Стас телефон игнорировал — «проучивал» меня.
Утром я летела в Новосибирск, а в квартиру въехала семья Петренко — Олег, Люба, двое детей и ретривер Князь.
Прошла неделя.
Стасу одной недели у мамы хватило с головой.
— Стасик, не причмокивай!
— Вода по счётчику, что льёшь так много?
— Сын, не сиди на полу с телефоном, перегнёшься!
К концу недели Стас выл на луну.
Решил, что я уже извелась без него. Купил три хризантемы и поехал домой.
Вставляет ключ — замок не поворачивается.
Дёргает ручку — закрыто. Звонит в звонок.
За дверью шум, топот, и бас:
— Кто там?
— Это я, Станислав, муж! Откройте!
Открывает Олег — крепкий мужик в шортах, с лопаткой для шашлыка.
Запах мяса, Князь машет хвостом.
— Муж? Нет здесь Марины. Мы квартиру снимаем, договор есть.
— Это моя квартира! Точнее, жены, но я тут жил!
— Жена сказала, муж теперь с мамой живёт. Не мешай отдыхать. Люба, неси борща!
Дверь захлопнулась.
Телефон у меня разорвался через восемь минут. Я сидела в кафе, смотрела на замёрзшую Обь.
— Марина!! — кричал Стас. — Что за табор в квартире?!
— Не ори. Ты сам ушёл, сказал, чтобы я поняла. Я поняла — одной дорого, пустила людей на три месяца.
— Как три месяца?! А мне где жить?
— У мамы же хорошо. Борщ, порядок, фен-шуй.
— Я подаю на развод! Вызову полицию!
— Вызывай. Квартира моя, аренда официальная. Ты там прописан? Нет. Так что прости, стратег.
Я положила трубку.
Через семь минут звонит Валентина Петровна.
— Марина! Муж на улице зимой! Жена обязана кормить и принимать родителей мужа!
— В Семейном кодексе про равенство написано, а в документах на квартиру — только мои данные.
— Меркантильная ты! Я на профсоюз подам!
— Подавайте хоть в Спортлото. Заберите своего Стасика. Только кормите пюре, иначе злой будет.
Она закашлялась и бросила трубку.
Я заказала ещё чаю и улыбнулась Оби за окном.
Три месяца свободы только начинались.