Слушай, хочу рассказать тебе одну историю, прям душу берёт. Представь, заброшенная русская деревня, серое утро, на дороге только ворон кружит… А тут идёт баба Валя. Помнишь, я тебе про неё говорила? Наш человек, прямая, сердечная, всё сама. Она кое-как калитку открывает, еле до двери доковыляла, с замком этим старым повозилась ржавый, проклятый и зашла в дом свой старый, холодный, села на стул у печки чернеющей.
В доме прямо пахнет пустотой таким, знаешь, когда давно никто не жил. Всего три месяца её не было, а потолки заволокло паутиной, стул древний жалобно скрипит, ветер в трубе стонет. Прямо видно обиделся дом: где ж ты была, хозяйка? На кого дом-то забросила? Как жить будем, чем зиму топить?..
Сейчас, милый мой, подожди чуть-чуть… отдышусь, да как затоплю погреемся, шепчет баба Валя.
Год назад она ещё враз всё делала: побелит тут, там покрасит, воду принесёт. То перед иконами склонится, то у печи хозяйничает, то в саду как ветром пронесётся всё успевала: и посадить, и прополоть, и полить. Дом радовался, когда она рядом: половицы скрипели весёлым её шагам, двери распахивались от лёгкой её руки, печка пироги пекла пышные, ароматные. Прямо счастливы были Валя и её домишко.
Мужа ты её помнишь рано схоронила, осталась одна с тремя детьми. Всех на ноги поставила, всех устроила. Старший сын капитан дальнего плавания, второй военный, полковник, оба разъехались далеко, редко в село заглядывают. Только младшая дочка, Тамара, на месте осталась, агрономом работает, восемь лет не видит дома, всё на работе. Воскресенье у мамы пирог съест, пообнимутся и снова неделю не видятся. Радость у бабы Вали внучка, Светочка. Сама у бабушки и выросла.
А Света каких сейчас не найдёшь! Красавица: серые глаза, волосы русые по пояс, кудряшки блестящие, прямо солнышком сияет. Как хвостик сделает вся улица замирает, так парни столбенеют. Фигура что надо, осанка прямо царица, и ведь деревенская девочка, а грации как у балерины… Баба Валя в молодости хороша была, но если старое фото Валиной молодости сравнить со Светкой тот же пастушок да царица…
Умная ещё: закончила в Новосибирске сельхозинститут, вернулась к себе в село, экономистом работать устроилась, вышла за ветеринара парень хороший, надёжный. По молодой семейной программе дали им новый дом настоящий особняк по здешним меркам, кирпичный, просторный. Только в саду у бабы Вали всё в цвету, яблони, малина, а у Светки пока что три кустика да палисадник. И вообще к земле Света не приучена, мягкая она, бабушка её от всякой тяжёлой работы оберегала. Ещё и сынок родился Васенька. Тут уж некогда ей грядки полоть.
Вот и уговаривает Света бабушку: “Переезжай ко мне, дом большой, не надо печку топить, удобства…”. Баба Валя и сама уже не девочка восемьдесят стукнуло, ноги начались сдавать, согнулась чуток под возрастом, сил меньше стало. Сдалась внучке поехала на новую квартиру.
Жила пару месяцев, а потом как-то слышит от любимой Светки: “Бабушка милая, люблю тебя! Но что ты всё сидишь? Ты ж всегда работала, а тут вот раз засела…” мол, развести хочу хозяйство, а помочь никто не может.
Да я не могу, родная, ноги не слушаются уже, стара стала…
Как только ко мне приехала сразу старая
И отправили бабу Валю обратно, мол не оправдала ожиданий. Дошла она кое-как до своего дома, от переживаний слегла. Ноги еле волочит, каждый шаг мучение, а до храма дойти и не мечтай.
Отец Борис, наш батюшка, сам к ней зашёл, увидел её за столом письма сыновьям пишет, как всегда. Холодно дома, печка чуть тлеет, пол ледяной, на Вале старая кофта и потёртый платок, на ногах валенки дырявые. Батюшка вздохнул: ну как же так, ей нужна забота.
Подумал о соседке Анне она на двадцать лет моложе, может присматривать. Принёс хлеба, пряников, половину большого рыбного пирога от матушки Александры. Засучил рукава и печку выгреб, и дрова на три топки принес, чайник на печь поставил.
Батюшка, милый, помоги адреса на конвертах написать, я-то своей куриной лапой как напишу не дойдёт ведь…
Отец Борис сел, написал адреса, взглянул на листочки там криво, но большими буквами: “Живу хорошо, сынок дорогой, всего хватает, слава Богу!”… А клякс солёных на письмах хоть выжимай.
Анна из соседей стала помогать старушке, отец Борис и причащал, и исповедовал. На праздники муж Анны, дядя Петя старый моряк привозил её на службу на “Урале”. Жить бабы Вали вроде наладилась бы, да только внучка с глаз пропала. Потом проходит несколько лет, и узнают: Света тяжело заболела. Всерьёз. Оказался рак лёгких. За полгода угасла, как свеча.
Муж её горе лютует, чуть ли не поселился на могиле, пил. А маленький Васенька стал никому не нужен: грязный, сопливый, голодный. Взяла его Тамара, но её жизнь работа да работа, сына своего даже не видела бы, не то что внука. Начали собираться отдавать мальчишку в интернат хороший, правда, интернат: и директор толковый, и кормят хорошо, можно домой по выходным брать. Но не домашнее это…
И тут приехала на “Урале” с дядей Петей сама баба Валя, с видом грозным, коротко так сказала:
Васеньку я к себе забираю.
Мам, да ты сама еле ходишь, куда тебе с ребёнком управиться?
Пока я жива, Васю в интернат не отдам, ответила она и не отступила.
Все в шоке, но Тамара вещи собрала, детей погрузили в «Урал», дядя Петя чуть ли не на руках бабушку с внуком до дома донёс. Соседи судачат: мол, старушка умом тронулась, за собой уже не простежишь, а тут ребёнка брать на себя!
Батюшка после службы заехал проверить не голодный ли Вася, не грязный ли? А в доме тепло, Васенька довольный, пузатый, на диване слушает старую сказку на пластинке, а баба Валя летает по избе, так бодро двигается, будто помолодела на десять лет. Ватрушки в печке, взбитые яйца в тесто, всё по старинке, тепло и уютно.
Батюшка, а я тут ватрушек напекла подожди, матушке Александре гостинчик соберу.
Отец Борис пришёл домой, весь в раздумьях как так? Почему в ней силы появились? А матушка Александра улыбнулась, взяла с полки бабушкин дневник, вспомнила свою прабабушку Веру Егоровну, которая летом чуть не умерла, но внука новорождённого на руки взяла и как рукой сняло, жила потом ещё десять лет!
А помирать нам рановато есть ещё у нас дома дела! как любила она петь.
Точно, у бабушки Валечки тоже есть ради кого жить. Вот тебе и вся жизнь.
