Поздний подарок
Автобус рванул, и Анна Петровна инстинктивно сжала ладонями поручень, почувствовав, как под пальцами прогибается жёсткий пластик. Пакет с продуктами полз вниз по коленям, яблоки глухо перекатывались внутри. Она стояла возле двери, мысленно считая, сколько остановок осталось до её дома.
В ухе еле слышно шипели наушники: внучка просила не выключать телефон «Бабушка, вдруг позвоню, ты ответь». Телефон лежал в наружном кармане сумки, тяжёлый, будто булыжник. Анна Петровна поневоле проверила застёгнута ли молния, всё ли на месте.
В голове она уже прокручивала домашние хлопоты: как войдёт в квартиру, поставит пакет на табурет, переобуется, снимет пальто, повесит шарф на место. Потом разложит продукты, поставит бульон на плиту. Вечером зайдёт сын заберёт контейнеры, сам-то он работает сменами, готовить некогда.
Автобус остановился, двери растянулись, впуская сырой воздух. Анна Петровна осторожно перешагнула на землю, крепко держась за перила. Во дворе мальчишки гоняли мяч, девочка на самокате едва не задела её, в последнюю секунду свернула в сторону. От подъезда тянуло смесью кошачьего корма и сигаретного дыма.
В прихожей она аккуратно поставила пакет, сняла ботинки и пристроила их носками к стене, как делала всю жизнь. Повесила пальто на крючок, шарф сложила на полку. На кухне начала разбирать покупки: морковь добавила к овощам, курицу убрала в холодильник, хлеб в хлебницу. Достала кастрюлю, наполнила её водой, примеряясь ладонью к уровню.
Телефон завибрировал на столе. Она вытерла руки об кухонное полотенце, пододвинула телефон.
Да, Саша, откликнулась она, наклоняясь ближе, будто так будет лучше слышно.
Мам, привет, как у тебя дела? голос сына резкий, на том конце кто-то что-то выкрикивал.
Всё в порядке, суп варю. Ты подъедешь?
Да, буду часа через два. Мама, слушай у нас опять сбор на ремонт в детском саду. Ты могла бы ну, как в прошлый раз помочь?
Анна Петровна уже вытаскивала ящик с документами, где хранилась серая тетрадка с расходами.
Сколько нужно? спросила она.
Если получится, три тысячи. Все собирают, ну ты же знаешь, сейчас тяжело.
Понимаю сказала она. Дам, куда денусь.
Спасибо, мам, ты у меня просто золото! Вечером зайду и борща твоего попробую!
Когда она положила трубку, вода уже бурлила. Анна Петровна бросила в кастрюлю курицу, посолила, добавила лаврушку. Села за стол, открыла тетрадку. Рядом с графой «пенсия» аккуратно выведена сумма. Далее «коммуналка», «лекарства», «внуки», «непредвиденные».
Она вписала новое: «садик» и нужную сумму, на миг задержав ручку. Цифры сдвинулись вниз осталось не так много, как хотелось бы, но не беда. «Ладно, обойдёмся», подумала она и закрыла тетрадку.
На холодильнике висел магнит с календарём и рекламой: «Дом культуры. Абонементы на сезон. Классическая музыка, джаз, театр. Скидки пенсионерам». Магнит подарила соседка Тамара вместе с пирогом на день рождения.
В последнее время Анна Петровна всё чаще разглядывала надпись, пока ждала чайник. Вот и сейчас взгляд зацепился за «абонементы». Она вспомнила, как в молодости с подругой ходили на концерты в филармонию: билеты стоили копейки, но очередь приходилось отстаивать на ветру, стуча ногами и смеясь. Она тогда носила длинную косу, собирала её в пучок и надевала лучшее платье.
Вспомнился зал, которого не видела много лет. Внуки водят её лишь на детские утренники там шум и суета. А тут иначе Даже не знала, что сейчас дают и кто ходит на такие вечера.
Потрогала магнит, повернула его, на обратной стороне номер телефона и сайт. От сайтов ей проку мало, а вот телефон Поставила магнит на место, но мысль уже засела в голове.
«Глупости, одёрнула она себя. Лучше внучке на куртку отложить, всё дорогое нынче».
Она подошла, убавила огонь под супом, но тетрадку больше не тронула. Вместо этого достала из ящика старый конверт заначку «на чёрный день». Купюры за месяц-два, сумма не ахти, но если беречь, хватит и на ремонт машинки, и на лекарства.
Перебирала бумажки, прикидывая а хватит ли на абонемент, если потратить? В голове вертелась реклама с магнита.
Вечером вернулся сын. Скинул куртку на спинку стула, выложил контейнеры.
О, борщ! Мам, ты как всегда! Ела?
Ела, ела. Садись, наливай. Деньги приготовила, достала из конверта три тысячи, отложила аккуратно.
Мам, ты бы записывала, сколько осталось, а то вдруг потом не хватит, взял купюры.
Я всё пишу, успокоила она. Всё по полочкам.
Ты у нас бухгалтер! Кстати, сможешь в субботу с внуками посидеть? Нам с Танькой в центр надо, некому.
Приду какие у меня ещё дела.
Рассказал новости с работы, поругал начальника и ушёл. В прихожей уже обуваясь спросил:
Мам, а ты себе хоть что покупаешь? Всё на нас, на внуков.
Да у меня всё есть, беззаботно ответила она.
Он махнул рукой.
Ну, смотри, как знаешь.
Когда за ним закрылась дверь, квартира опять охватила тишина. Анна Петровна перемыла посуду, вытерла стол. Вновь взгляд зацепился за магнит. В голове эхом стучал вопрос сына: «Ты хоть что-то себе покупаешь?»
Утром она долго не вставала, глядя в потолок. Все дома разъехались сын на работе, внуки в садике и школе. День был свободным, но заставлен мелкими делами: полить цветы, протереть пыль, разобрать старые газеты.
Встала, сделала зарядку, как велел врач: плавно подняла руки, потянулась, покрутила головой. Поставила чайник, засыпала заварку. Пока ждался чай, снова посмотрела на магнит.
«Дом культуры. Абонементы»
Она набрала номер, записанный на обратной стороне.
Дом культуры, касса, слушаю, в трубке откликнулся женский голос.
Здравствуйте. Я про абонементы хотела узнать, голос у неё немного дрожал.
На какой цикл интересуетесь?
А какие есть?
Женщина терпеливо перечислила: симфонический оркестр, камерная музыка, «вечера романса», детские программы.
Для пенсионеров скидка. Но абонемент всё же выходит не дёшево. Четыре концерта в этом цикле.
А если по одному брать?
По одному дороже, абонемент выгодней.
Анна Петровна мысленно подсчитала сумму в тетрадке. Спросила цену. Сумма прозвучала как тяжёлый удар: можно, конечно, но «на чёрный день» почти ничего не останется.
Думайте, сказала женщина. Абонементы быстро разбирают.
Спасибо, ответила она, отключилась.
Чайник уже свистел. Она наливала кипяток, села за стол, потянулась к тетрадке. На чистой странице написала: «Абонемент». Рядом сумму, ниже: «Четыре концерта». Посчитала, сколько это за один месяц. Оказалось, не так страшно. Можно чуть меньше покупать сладостей, с подругами не пить лишний раз дорогой чай.
Внуки возникли в мыслях: младшему конструктор хочется, старшей новые балетки, сын и сноха всё о кредите переживают. И тут же её собственное желание, которое казалось почти постыдным.
Тетрадку закрыла, решения не приняла. Пошла мыть полы, потом бельё развесила. Мысль не отпускала.
После обеда пришла соседка Тамара принесла банку с солёными огурцами.
Бери, у меня уже вся кладовка ими забита. Как ты тут?
Живу улыбнулась Анна Петровна. Думаю вот
Она запнулась, но Тамара, устроившись с вязанием, кивнула:
О чём думаешь?
Про концерт, почти шёпотом выдохнула она. В Доме культуры абонементы есть. Дорого, правда. В молодости-то я в филармонию бегала
Тамара усмехнулась:
Так чего спрашивать? Хочешь иди. Деньги всегда куда-то надо, так и сгоришь с этой экономией.
Они ведь скажут, что лучше бы внукам, вздохнула Анна Петровна.
Да и плевать, махнула соседка рукой. Вон, сыну помогаешь? Помогаешь. Себе раз можно. Ты ж не просишь. Со своей пенсии, свои копейки.
Всё равно боязно ну а вдруг не дойду, лестницы там. Сердце ведь шалит.
Там лифт! Я в прошлом месяце в театр сходила, ничего, два дня только хромала, зато сколько впечатлений осталось!
Они ещё немного поговорили. После ухода Тамары Анна Петровна вновь взяла телефон, не раздумывая, и набрала кассу.
Я хочу оформить абонемент на «вечера романса».
Объяснили, что нужно прийти лично, с паспортом. Записала адрес, повесила листок на холодильник. Сердце колотилось.
Вечером позвонила невестка:
Анна Петровна, вы в субботу точно сможете с детьми? Нам надо в центр, там скидки на технику.
Конечно смогу.
Спасибо! Мы вам что-то привезём: чай, полотенца?
Не надо, мне ничего не надо.
Положив трубку, посмотрела на листок с адресом: касса до шести вечера, успеть бы.
Ночью снился зал: свет, мягкие кресла, чужие люди рядом. Держала программку и боялась кашлянуть.
Утром приготовила лучшее пальто, шарф, удобную обувь, собрала документы, таблетки, воду.
Присела перед выходом на табурет, прислушалась к себе. Всё спокойно. «Дойду», решила она.
Два квартала до остановки прошла неспеша. В автобусе уступил место парень. Поблагодарила, села у окна.
Дом культуры оказался светлым зданием с колоннами. На входе женщины, болтающие о своём. Внутри запах пыли, дерева и чего-то сладкого.
У кассы объяснила, что хочет абонемент на романсы. Кассир рассказала о скидке, показала свободные места.
Сумма всё равно казалась солидной, но скупиться не стала. Заплатила, получила на руки аккуратную картонку-абонемент. Первый концерт через две недели.
Вышла, села на лавку, сделала глоток воды. Рядом подростки обсуждали музыку, которую она не понимала.
«Вот и купила, подумала она. Назад дороги нет».
Недели были будничными: сидела с внуками, варила каши, писала расходы. О концерте почти никому не говорила.
В день концерта встала рано, тревожилась. Приготовила всё к вечеру, позвонила сыну:
Я сегодня вечером ухожу, если что звоните заранее.
Куда ты? удивился он.
В Дом культуры. На концерт.
Пауза.
Мама, зачем тебе это? Могла бы деньги отложить
Я понимаю, оборвала она. Но я тоже кое-что хочу. Это мои деньги.
Ладно Только будь осторожна, позвони, когда вернёшься.
Переоделась: синее платье, аккуратная причёска, чуть губы подкрасила. В автобусе была сутолока. На входе в Дом культуры оказалось много пожилых, людей среднего возраста, молодёжь.
Гардероб, затем полутёмный зал. Своё кресло нашла, присела, положила сумку на колени. Вся дрожь исчезла только предвкушение.
Свет погас, зазвучала музыка. Голос певицы проникал насквозь. Слова романсов были о любви, тоске, разлуке всё казалось вдруг родным. Анна Петровна сидела, вцепившись в сумку, и слушала, чувствуя, как уходит тревога и боль.
В антракте купила шоколадку. Рядом оказалась женщина её возраста.
Хороший концерт? спросила.
Очень, ответила Анна Петровна. Первый раз за много лет
Вот и я подумала: если не сейчас то когда ж?
Вернулась в зал. Вторая часть пролетела незаметно. Аплодировала до боли в ладонях, улыбалась не себе даже, а всему.
Выйдя на улицу, ощутила лёгкость и какое-то внутреннее тепло.
Дома тут же позвонила сыну.
Я дома. Всё хорошо.
Ну и как? Не замёрзла?
Было хорошо.
Главное, чтобы довольна. Только не забывай помогать у нас ремонты
Я не забыла. Но ещё три концерта впереди.
Ну, раз купила
На кухне налила себе чаю, села. Аккуратно выписала даты концертов в календарь и обвела кружком.
Позже, когда сын вновь обратился за поддержкой, она спокойно ответила:
Я помогу, но только частично мне самой кое-что нужно.
На что?
На себя.
Сын хотел возразить, но махнул рукой.
Ладно, мам.
В тот вечер Анна Петровна разглядывала старую фотографию: юная она в белом платье филармонии, с программкой в руках и стеснительной улыбкой.
Положила снимок на место. Календарь на холодильнике украшала новая запись: «Следующий концерт 15-го». Её жизнь текла по-прежнему: готовка, стирка, внуки, просьбы сына. Но где-то внутри появилось ощущение, привычное и почти забытое: у неё есть свои планы и маленькие праздники, за которые не надо оправдываться.
Иногда её рука машинально касалась на холодильнике даты ближайшего концерта. В тот же вечер она вырезала объявление «Уроки английского в библиотеке для старшего возраста». Бесплатно, но записываться заранее.
Вырезку сложила рядом с абонементом. Решила: сначала дослушаю романсы, там видно будет.
Вечером подошла к окну, прислушалась к жизни двора: мальчишки, фонари, шаги по асфальту. Анна Петровна почувствовала в груди удивительно мирное спокойствие. Да, жизнь не оборотилась и не изменилась вдруг. Но в ней осталось место для собственного желания пусть маленького, пусть позднего, но своего.
Она выключила свет, прошла к себе, аккуратно укрылась одеялом. Завтра всё как обычно, но на календаре стоял её кружок. Иногда самому скромному желанию приходит время и это, пожалуй, важнейший урок жизни.
