**Дневник, 12июня 2026г.**
Андрей, иди на кухню! слышу я в голосе мужа, и в груди поднимается тревога.
Я стою в учебном автошколе, инструктор показывает, как правильно вжаться в параллельную парковку. Телефон вновь вибрирует.
Можно ответить? шепчу я, будто бы мужу не нужен мой голос.
Конечно, отвечает он.
Андрей, я за рулём
А зачем ты не берёшь трубку? Я же звоню!
Нельзя разговаривать за рулём
Понимаю. Права важнее меня? Когда будешь дома?
Через час.
Кто будет готовить ужин? Я сам?
Инструктор, будто бы не слышит, отводит взгляд.
Сейчас приеду, всё приготовлю.
Хорошо. Я уже думал, что ты теперь бизнес-леди.
Дома Андрей бездумно листает телефон на диване. Три месяца без работы, всё «временно», но поиски тащат его всё дальше.
Как продвигается школа? Сложно? голос его звучит с привычной лёгкой улыбкой.
Нормально, сегодня отрабатывали параллельную парковку.
Вот это да, целая наука, да?
Я шлюсь на кухню, где в раковине лежит грязная посуда след от его завтрака.
Андрей, может, наконец разберём коробки? Уже февраль, а будто бы только вчера переехали.
Он поднимает голову от экрана.
Что разбирать? Сама справишься.
Можем вместе, и уборка тоже
Андрей встаёт, подходит ближе. В его взгляде мерцает холод.
Андрей, иди на кухню! произносит он тихо, но ясно. Не крик, а тишина, громче любого вопля.
Я замираю.
Что ты сказал?
Что слышишь! Иди готовить ужин!
Мы же говорили о коробках
О чём? Ты молчала. Я же сказал, ты справишься сама.
Во мне чтото ломается. Не от обиды, а от осознания. Я вспоминаю новогоднюю вечеринку у его друзей, где он был душой компании, флиртовал со всеми девушками, помогал хозяйке. А потом в машине сказал:
Почему ты молчала весь вечер? Смущённо?
Я не пойду на кухню!
Он поднял брови, удивлённый.
Что?
Не пойду!
Андрей, не вызывай меня. Мы же нормально общаемся.
Нормально? Когда ты в последний раз говорил со мной нормально?
Он откладывает телефон.
Какие претензии? Я просто пошутил.
Пошутил? «Недолуга, возьми трубку» тоже шутка?
Можно написать жене, но не «недолуга».
Разница? Ты же понимаешь, что я не из злости.
Понимаю. Поэтому молчала всё это время.
Я села на край кровати.
Знаешь, сегодня инструктор сказал: «У тебя уверенные руки». Представляешь? Уверенные. А дома я боюсь попросить помощи с коробками.
Боитесь?
Андрей рассмеялся.
Ну, тебе бы лучше!
Боюсь. Потому что знаю, что ты найдёшь способ показать, какая я никчёмна.
Ничего подобного! Ты всё выдумываешь.
Выдумываю? А помнишь, как ты у гостей говорил, что я «в автошколе развлекаюсь»?
Это было смешно!
Тебе смешно, а мне стыдно.
Он садится рядом на диван.
Слушай, если тебе не нравится, как я говорю
То что?
Двери там же, где и были.
Тишина. Я смотрю на него, он не извиняется, не объясняет, просто указывает на дверь.
Хорошо.
Я встаю, вытаскиваю дорожную сумку из шкафа и начинаю паковать вещи.
Что ты делаешь?
То, что ты предложил.
Куда собираешься?
К Оксане.
Бегом пробежишь, потом вернёшься. Как обычно.
Как обычно?
Женщины любят драмы: хлопать дверьми, плакать перед подругами.
Я кладу в сумку документы, косметику, зарядку.
А потом ползти обратно!
Подхожу к коробке с свадебными фотографиями, вытаскиваю снимок: мы в ЗАГСе, счастливы.
Тут бы ты так со мной разговаривал?
Андрей смотрит на фото.
Там были люди.
А здесь кто?
Семья. Можно расслабиться.
Я аккуратно возвращаю фото, закрываю сумку.
Расслабиться Понятно.
Стой. Давай обсудим.
Что обсудить? Ты уже показал, кто я для тебя дома.
Я натягиваю куртку в прихожей, Андрей стоит босой в домашнем шорте.
Бросай! Все пары ссорятся.
Мы не ссорились.
Я хватаюсь за ручку двери:
Ты просто решил, что теперь можешь.
Двери грохнули. За спиной раздалось:
Далеко не убежишь!
Через две недели приходит сообщение: «Приеду завтра, когда подойду к часу».
Подруга Оксана качает головой:
Зачем тебе встречаться с ним?
Хочу убедиться, что я права.
Кафе у вокзала. Андрей опаздывает полчаса.
Как дела?
Он садится, не извиняясь.
Хорошо.
Где живёшь?
У Оксаны пока.
«Пока» вырвалось, как привычка смягчать ситуацию.
Дома бардак. Посуда грязная, бельё не выстиранное. Хорошо, соседка помогла с продуктами.
Ко мне подходит официантка симпатичная блондинка, около двадцати пяти лет.
Что будете заказывать?
Два кофе, говорит Андрей, улыбаясь ей.
А что у вас сладкого?
У нас отличные тортики
Тогда всё будет вкуснее.
Он снимает обручальное кольцо и кладёт его на стол.
Теперь, когда дома порядок, можно утешать себя десертами.
Официантка смеётся.
А готовить умеете?
Конечно! Муж и кашу сварит. Главное никто не будет спотыкаться о носки на полу.
Я смотрю на кольцо.
И никто не требует помощи с уборкой квартиры.
Он продолжает. В тот момент я понимаю, что он превращает нашу историю в анекдот для посторонней женщины.
Итак, возвращается к жене, заканчиваем спектакль? Дома без тебя скучно.
Нет.
Что нет?
Я не вернусь.
Впервые за всё время разговора Андрей смотрит на меня внимательно.
Серьёзно?
Да.
Я встаю, кладу деньги за кофе на стол.
Стой. Ты понимаешь, что делаешь?
Понимаю. Впервые за три месяца.
Виола! Мы же взрослые люди!
Именно поэтому я ухожу.
Снаружи идёт моклый снег. В кафе Андрей чтото объясняет официантке, вероятно, жалуясь на «неадекватную» жену.
Через месяц я снимаю однокомнатную квартиру, получаю права, устраиваюсь на новую работу.
Однажды встречаю Андрея в супермаркете он с молодой девушкой, смеются, выбирают продукты. Я прохожу мимо, незамеченной.
Задумываюсь: сколько ещё времени пройдёт, прежде чем он снова скажет: «А ну, иди на кухню»? Месяц? Два?
Вечером я стою у окна своей квартиры, держу в руках кружку чая. На столе лежит телефон, тихий, спокойный. Никто больше не пишет мне «недолуга, возьми трубку».
Я думаю о тех женщинах, которые остаются, веря, что он не из злости, что все мужчины такие. Не осуждаю их, а ощущаю грусть.
Телефон вспыхивает сообщение от коллеги о завтрашней встрече. Деловое, вежливое.
Я улыбаюсь и отвечаю. Затем сажаюсь на диван в своём доме, где могу попросить помощи, не боясь насмеха.
