У моего мужа была бабушка по имени Людмила Сергеевна. Каждое лето он проводил у неё в маленьком городе под Киевом. Её нисколько не смущало детское присутствие в те годы у бабушки был свой небольшой бизнес. Она всё устраивала сама, организовывала поставки и продавала целебные травы в ближайшие аптеки. Муж до сих пор не знает, как ей это всё удавалось, но хорошо помнит: по тем временам она зарабатывала очень прилично, по несколько тысяч гривен в месяц. Людмила Сергеевна была женщиной с твёрдым характером. Своего внука она любила горячо, на еде не экономила, но ни одной копейки не давала на развлечения даже на мороженое! Вся родня думала: наверное, она на что-то копит. Дома у неё стояли массивные дубовые шкафы с десятками разных отделений всё закрывалось на ключи.
В детстве муж часто пытался узнать, что хранится в этих шкафах, но бабушка лишь строго отвечала: «Это всё по работе». Потом времена сменились. Когда предпринимательство стало доступным для всех, появилась большая конкуренция, и её бизнес стал убыточным. Тогда Людмила Сергеевна занялась народным целительством. За свои услуги она не брала ни одной гривны, но к ней обращались даже очень состоятельные люди уважаемые бизнесмены, чиновники. Мы навещали её, пока она была жива. Она жила очень скромно, ходила в старой одежде, питалась простейшей едой. Мы привозили ей продукты и вещи, но она всегда с улыбкой отказывалась: «Не балуйте меня, дети. Я к такому уже давно привыкла».
Когда бабушка умерла, она завещала дом моему мужу. Когда мы приехали решать наследственные дела, в кладовой обнаружили горы продуктов, но все сроки годности вышли давно. Выяснилось, что благодарные клиенты приносили ей еду но она этого не ела. Настоящий шок ожидал нас, когда мы открыли её шкафы: там лежали огромные запасы редких вещей из девяностых, буквально музей забытых сокровищ, всего в невероятных количествах. Я до сих пор не понимаю Людмилу Сергеевну: почему она хранила свои деньги в этих старых вещах, которые только теряли свою цену? Что двигало этой загадочной женщинойМы с мужем долго молча перебирали всё это наследство: упаковки финских джинсов, наборы конфет «Коровка», игрушки, коробки с советскими настольными играми, швейные машинки, даже патефон в отличном состоянии. Казалось, каждая вещь хранила какую-то свою, маленькую историю: вот коробочка из-под колец, в которую сложены аккуратно сложенные письма на пожелтевшей бумаге, а вот баночка с лавровым листом, внутри которой серебряные ложки, завернутые в газету.
Мы уехали из бабушкиного дома спустя неделю, унося с собой не столько материальные ценности, сколько ощущение тихой тайны. Мне казалось, что Людмила Сергеевна всю жизнь оберегала не деньги и не вещи. Она просто собирала приметы времени, чтобы когда-нибудь напомнить нам: всякая ценность уходит в прошлое, но любовь всегда остаётся. И до сих пор, когда мы перебираем старые фотографии, я вдруг чувствую светлый запах трав и понимаю, что бабушка всё равно рядом.
