Дома снова собрались гости. У нас дома они появлялись почти каждый вечер люди приходили, уходили, болтали на кухне. Все пили водку, дешёвое пиво, на столе полно пустых бутылок и грязных стаканов, а вот еды не было совсем. Я шарил по столу, надеялся хотя бы на кусочек хлеба… Но только окурки, банка из-под шпрот да пустая тарелка ничего подходящего.
Ладно, мама, я пошёл, сказал я, начал натягивать свои старые, потрёпанные сапоги, что мама принесла ещё неизвестно откуда. Всё ждал, вдруг она меня остановит, скажет: «Куда же ты, сынок, голодный да разутый? Сиди, я сейчас сварю тебе картошку, а гостей выгоню полы и отмою». Но ласковых слов от мамы я, впрочем, не слышал никогда. Она говорила грубо, будто у неё язык весь в колючках каждый раз прячешься внутрь себя, когда она заговорит.
В тот вечер я решил, что ухожу навсегда. Мне было тогда шесть лет, и я считал себя вполне взрослым мужчиной. Для начала я решил заработать немного денег, чтобы купить себе булочку или, если повезёт, сразу две живот урчал, требовал еды.
Как заработать, я не знал, но когда проходил мимо киоска возле метро, заметил в сугробе пустую бутылку. Поднял её, положил в старый мешок, потом нашёл выброшенный полиэтиленовый пакет и весь световой день собирал бутылки по дворам. Мешок стал тяжелее, стекло глухо звенело внутри.
Я мечтал о самом простом булочке с маком или изюмом, а может, с глазурью хотя, понимал, на глазурь бутылок не хватит, а потому искал ещё. Влез на платформу электрички, где ждали поезда мужики и пили пиво. Я поставил мешок у газетного киоска, а сам побежал за только что выброшенной бутылкой. И тут появился злой, неряшливый мужик сунулся к мешку, схватил все мои бутылки, посмотрел на меня так, что я сразу понял: лучше уйти, чем попасть под его кулак.
Булочка осталась только мечтой. «Даже собирать бутылки не лёгкая работа», думал я, бредя по мокрому рыхлому снегу. Сапоги промокли насквозь, а ноги замёрзли. Вечер наступил, стало совсем темно. Как попал в старый подъезд, не помню просто упал на площадке, подполз к батарее и заснул в жарком сухом тепле.
Проснувшись, подумал, что всё ещё сплю было необыкновенно тепло, уютно, пахло чем-то вкусным, даже сладким! Потом в комнату вошла женщина с доброй приветливой улыбкой.
Ну что, мальчик, сказала она ласково, согрелся? Отоспался? Пойдём завтракать. Я ночью домой вернулась, а ты, как щенок, на лестнице спишь Я тебя забрала и отогрела.
Это теперь мой дом? спросил я с недоверием.
Если у тебя нет другого, значит твой, ответила женщина.
Всё последующее казалось настоящей сказкой. Эта незнакомая тётя заботилась обо мне, кормила, покупала чистую обновку; постепенно я стал рассказывать ей про свою жизнь с мамой. Её звали Лилия. Имя показалось мне волшебным; всё было как в детских фантазиях добрый человек появляется и спасает тебя, а у него непременно красивое имя.
А хочешь, я буду твоей мамой? однажды сказала она, нежно обнимая, крепко прижимая к себе, как это делают только любящие родители.
Я молча кивнул с радостью согласился. Но счастье длилось недолго: спустя неделю явилась моя мама почти трезвая, но злость плескалась в голосе.
Меня ещё не лишили материнства! Я за сыном пришла, у меня на него все права, кричала она, оттаскивая меня за рукав.
Когда мы уходили, с неба тихо падал снег; я думал о том доме, похожем на белый замок, где осталась добрая тётя Лилия.
Дальше стало совсем плохо дома вновь ссоры, мама пьёт почти каждый вечер, я убегал, ночевал на вокзале, собирал бутылки, покупал черствый хлеб. С людьми не общался, ни у кого ничего не просил.
Позже маму всё-таки лишили родительских прав, а меня определили в детский дом.
Самое грустное для меня оказалось то, что я никак не мог вспомнить, где тот белый дом, похожий на замок, в котором живёт добрая женщина Лилия.
Прошло три года. Я по-прежнему был замкнутым ни с кем не сближался, только любил рисовать. Я рисовал дом белоснежный, а с неба падает мягкий снег.
Однажды в наш детский дом приехала журналистка воспитательница водила её по коридорам, знакомила с детьми. Вот и подошли ко мне.
Леонид хороший и интересный мальчик, но до сих пор трудности с адаптацией. Мы стараемся подыскать ему семью, рассказала наша воспитательница.
Давай знакомиться, я Лилия, сказала журналистка.
Я вздрогнул, будто очнулся, тут же начал рассказывать ей всё про ту добрую тётю Лилию, что когда-то спасла меня Мои слова лились рекой в душе вдруг стало тепло, а на щеках появился румянец. Воспитательница удивилась меня словно подменили.
Имя Лилия стало настоящим ключом к моему сердцу.
Журналистка расплакалась, слушая мою историю. Она пообещала напечатать статью обо мне вдруг та женщина её прочитает и узнает, что Лёня ждёт встречи.
И случилось настоящее чудо.
У той женщины не было подписки на газеты, но в день рождения коллеги подарили ей цветы, завернув в свежий номер. Когда она дома разворачивала букет, обратила внимание на заголовок: «Добрая женщина Лилия, вас ищет мальчик Леонид! Откликнитесь». Она сразу вспомнила меня, поняла это я, тот самый мальчик, которого однажды она принесла домой и хотела усыновить.
Я сразу узнал её. Бросился к ней на шею мы обнялись так, как обнимают близких после долгой разлуки. Плакали все: и я, и Лилия, и воспитатели.
Я тебя так ждал, сказал я.
Лилию удалось с трудом уговорить отпустить домой скоро начнётся процедура усыновления, пока её провести не могут, но она обещала приходить ко мне каждый день.
P.S.
Дальше началась новая счастливая жизнь. Сейчас мне уже 26 лет, я окончил Московский технологический институт, собираюсь жениться на доброй русской девушке. Я весёлый, общительный парень, всегда благодарен своей маме Лилии ей обязан всем.
Уже когда я вырос, она рассказала мне секрет: когда-то муж ушёл от неё, потому что у них не было детей, а она чувствовала себя несчастной и разбитой. Именно тогда, на пустой лестнице, она нашла меня и отогрела своей любовью.
Когда меня забрала мать, Лилия думала с грустью: значит, не судьба Но была безмерно счастлива, когда увидела меня снова в детском доме.
Судьбу своей настоящей матери я пытался узнать оказалось, мы жили на съёмной квартире в Твери, потом она уехала неизвестно куда с мужчиной, ранее освободившимся из тюрьмы. Дальше искать не стал смысл?
Главный урок, который я вынес из своей жизни: на свете есть люди, способные подарить тепло и заботу даже тем, кто отчаянно в них нуждается. Всё, что остаётся учиться быть таким же человеком.
