Снег падал густым пушистым покрывалом, полностью покрывая парк в центре Киева, словно слой белого сахара. Деревья стояли безмолвно, их ветви, обложенные инеем, слегка шевелясь от холодного ветра. Качели поскрипывали, качаясь едваединственно, но никого не было, кто бы их использовал. Парк казался забытым и пустым, будто бы в нём остановилось время.
Среди падающих хлопьев появился маленький мальчишка явно не старше семи лет. Куртка у него была тонкая и порвана, ботинки промокшие, изношенные, с дырками в пятке. На него не действовал холод; в объятиях он держал трёх крошечных младенцев, завернутых в старые, изодранные одеяла.
Лицо ребёнка стало алое от сквозящего ветра, руки болели от того, как долго он носил крошечные тела. Шаги его были медленными и тяжёлыми, но он не останавливался, прижимая малышей к груди, пытаясь согреть их тем скромным теплом, что ещё сохранялось в его крошечном теле.
Добро пожаловать в «Холодный Пёс», а сегодня в эфире привет от Алины, которая смотрит из Киева. Спасибо, что вы часть нашего дружного сообщества! Чтобы поддержать нас, ставьте лайк, подписывайтесь на канал и пишите в комментариях, откуда вы нас видите.
Трёхмладенцы были крошечны: их лица были бледными, губы посиневшими. Один из крохотных уже тихо всхлипнул. Маленький Алексей наклонил голову и прошептал: «Всё будет хорошо. Я здесь. Не оставлю вас».
Вокруг него мир мчался: машины свистели, люди бросились домой, но никто не заметил мальчика и трёх жизней, за которые он боролся. Снег всё гуще, холод усиливался. Ноги дрожали с каждым шагом, но он шёл дальше, измотанный до предела, но не желающий сдаваться у него было обещание.
Пусть никому и не было дела, он бы защищал их. Однако тело его было слабым: колени предали, и Алексей медленно опустился в сугроб, держась за младенцев, всё ещё крепко обвёрнутых в одеяла. Он закрыл глаза, и мир растворился в белой тишине.
Под снегом, в холодном парке, четыре крошечные души ждали, надеясь, что ктото их заметит. Мальчик открыл глаза, ощутив, как холод кусает кожу, а снежинки оседают на ресницах, но он их не отряхивает. Всё, о чём он мог думать, эти три крошки в его руках.
Он попытался снова встать, ноги дрожали, руки онзмёрзшие и уставшие боролись удержать младенцев. Но он не отступит. Сделал ещё один шаг, потом ещё один.
Сквозь каждый ломающийся от холода кристалл снега, он шёл, будто бы земля под ним могла сломаться. Если бы он упал, малыши могли бы пострадать он этого не позволил бы. Ветер рвал его тонкую куртку, каждый шаг становился всё тяжелее, ноги промокали, руки дрожали, сердце билось болезненно.
Он наклонился и прошептал крошечным: «Держитесь, пожалуйста, держитесь». Младенцы издали слабый крик, но были живы. И в этом бесконечном белом царстве ещё чутьчуть оставалось надежды.
