Įdomybės

«Судьба Светланы: неожиданная встреча у заводской проходной с женой Фёдора, обман, беременность, трудный выбор и двадцать три года спустя — путь настоящей любви и материнского счастья»

Выбор А Гриша, оказывается, весь такой семейный вздыхала Зинаида, сидя на скамейке возле Чистых прудов

Įdomybės

«Не нравится, что я хочу свою семью? Я сбежал от вас, начал строить свою жизнь, а вы приехали и опять за старое! Как городская девушка Зина с карьерой и квартирой уехала к любимому в деревню, встретилась с его громкой родней, а на семейном фронте разгорелась настоящая битва за счастье!»

Не нравится тебе, что я свою семью хочу? Я от вас сбежал, начал жизнь строить, а вы приехали и всё сначала!

Įdomybės

– Зачем вам ипотека, живите у нас! Дом ведь всё равно достанется вам! – так сказала моя свекровь, когда узнала, что мы с мужем планируем взять кредит на квартиру. Моя свекровь уговаривает нас отказаться от ипотеки и переехать к ним, ведь её сын — мой муж — единственный наследник, а им всего 45 и 47 лет. Мы с мужем ровесники, нам по 25, оба работаем, можем платить за аренду, но не хотим ссориться с его родственниками из-за бытовых мелочей. Родители мужа настаивают, чтобы мы жили с ними. У моих родителей есть трёхкомнатная квартира, места хватит, но я не хочу жить на чужой территории и чувствовать себя гостем. В доме родителей мужа мне тоже некомфортно. Когда началась пандемия, хозяйка квартиры, которую мы снимали, попросила нас съехать, чтобы заселить свою племянницу с семьёй. Подходящей квартиры мы быстро не нашли, пришлось временно переехать к свекрови. Нас приняли радушно, мать мужа не терроризировала меня упрёками, но всё равно делала замечания по хозяйству, хотя сама на кухню меня не подпускала — считала её своим “царством”. Мне было трудно привыкнуть к её стилю — слишком много специй и лука. Каждую пятницу она делала генеральную уборку, а мы после работы были уставшие и хотели только отдохнуть, но свекровь обижалась, что всё приходится делать самой. Вроде бы мелочи, но мне было неуютно — это был их дом со своими привычками и правилами, и я не чувствовала себя хозяйкой. Мы с мужем договорились не рассказывать родителям, что собираем деньги на своё жильё, платили за коммуналку и продукты, а остальное откладывали. Однажды разговор зашёл о машине, которую купил двоюродный брат мужа, и отец поднял тему — зачем копить на квартиру? – Зачем вам ипотека? Живите с нами, дом перейдёт вам! – сказала свекровь. Мы объясняли, что хотим свой угол, но родители не понимали: «Это глупо, зачем переплачивать банку?» Когда на уговоры не удалось нас убедить, начали давить на то, что нужно думать о детях, а не о квартирах. Каждый день нам приходилось выслушивать доводы за совместную жизнь, мужа это начало убеждать, он повторял слова матери: «И правда, зачем нам ипотека? Дом всё равно наш…» – Через пятьдесят лет дом будет наш, а пока я не хозяйка, – возмутилась я. С тех пор муж всё чаще говорил, что родители уже не молоды, им нужна забота, а ипотека — это кабала, с ребёнком будет труднее платить. Но я хочу быть хозяйкой уже сейчас, а не ждать, когда свекровь оставит мне дом…

Вы можете жить у нас, зачем вам ипотека? Дом ведь всё равно достанется вам! сказала мне свекровь, с легкой

Įdomybės

Когда всей деревней шептались, что Ирина не дочь Леонида: как недоверие мужа, слухи о легкомысленной Вере и нелюбовь родителей едва не сломали судьбу хрупкой девочки — но дед Матвей подарил внучке дом и веру в счастье, а та, следуя дедовскому благословению, нашла любовь и новую жизнь на краю села

8 марта 2007 года Сегодня снова думаю о своем детстве, о семье, о том, как многое в жизни держится на

Įdomybės

«Да куда она денется? Понимай, Витя, жена — как машина в аренде: пока заправляешь и ТО оплачиваешь, поедет, куда скажешь. А мою Ольку я двенадцать лет назад “купил с пробегом и опциями”, всё плачу — значит, и музыка моя. Удобно: ни своей воли, ни головной боли. Шёлковая у меня жена стала. Серёга разглагольствовал, размахивая шампуром на даче, был уверен в своей правоте, как в том, что в понедельник снова на работу. Витя, его старый друг с универа, только ухмылялся. Ольга молча резала помидоры у окна, в голове звучало: “Музыка моя”. Двенадцать лет — не просто жена, а тень, черновик, подушка безопасности. Серёга считал себя королём юриспруденции, приносил домой пухлые конверты, хвастался. А ночью Ольга тихо правила его документы, ловила ошибки и недостающие статьи, а утром невзначай советовала ссылаться на нужный кодекс — он отмахивался, но потом приходил героем. За все эти годы “спасибо, Оль, без тебя бы не справился” так и не прозвучало. Ольга сидит дома, борщи варит — всё просто? Но в тот вечер она не закатила истерику: нарезала салат, заправила сметаной, поставила на стол. “Музыку заказываешь? Послушаем тишину”. В понедельник Серёга бегал по квартире в поисках галстука, кидал: “Оль, где мой синий для удачи?” — “На второй полке”, — спокойно отвечала она. Когда он ушёл, Ольга набрала номер бывшего начальника, того самого Бориса Петровича: “Здравствуйте, Борис Петрович, нужна работа. Архив разгрести не хотите?” Он, помнивший её хватку и мозги, только буркнул: “Приезжай, дело есть”. Вечером Серёга заявился злой: “Что жрать? Пельмени давай. И рубашку на завтра погладь”. В ответ — записка: “В холодильнике, пельмени заморожены. Я устала.” Через пару минут в дверь вошла Ольга в строгом костюме и на каблуках: “Я была на работе, Серёжа. В твоём офисе, в архиве. Борис Петрович взял меня помощником.” Он посмеялся: “Пограешься — успокоишься, поймёшь, как тяжело деньги достаются, опять шелковой станешь”. Но неделя прошла, потом ещё: а “кризис” у жены — не прошёл. Дома — пыль, носки не находятся, сорочки гладить самому. Ольга занимает кухню с ноутбуком, требует тишины: “Завтра сверка по банкротству”. Теперь у неё работа и самоуважение, а Серёга начал делать промахи без домашних консультаций — и на работе резко похолодело. А когда фирме досталась “золотая” клиентка — Анна Марковна Вишневская, и Серёга должен был блеснуть… Но “экспертизой по лбу” клинику не спасти, и Анна Марковна его уволила с дела — с угрозой уйти клиентом. И в этот момент вошла Ольга с подносом чая и, профессионально, без злорадства спасла ситуацию: знала нюансы, добилась мира, вернула клиента. Борис Петрович пожал ей руку: “Ольга Дмитриевна, завтра поговорим о повышении — хватит в архивах прятаться”. Дорога домой прошла в тишине: привычный мир Серёги рухнул — жена, как оказалось, совсем не “шёлковая услуга”, а партнёр, сильная и умная. На кухне он впервые сам приготовил ей яичницу и, глядя в глаза, попросил прощения: “Больше никаких услуг. Теперь мы партнёры, Оля. Быть равными — вот что важно. Я понял”. В тот вечер их ужин перестал быть “обслуживанием”. Это был ужин равноправных.»

Куда же она денется? Ты пойми, Слава, жена как арендованная машина. Пока ты топливо заливаешь и ТО оплачиваешь

Įdomybės

022

«Накануне Нового года мы с мамой зашли в наш московский “Детский мир” просто посмотреть ёлочные игрушки, но я влюбилась в красное вязаное платье с синей окантовкой и упросила маму его купить — оно сидело на мне идеально, как будто сшили специально для школьной ёлки, где я мечтала понравиться однокласснику; а дома, несмотря на пустой холодильник, мы вместе наряжали ёлку, ждали мамину советскую зарплату, которую в итоге задержали, ели только картошку с маслом и тёртую морковь с сахаром, утешая друг друга слезами и праздничными фильмами по двум каналам — и вдруг в самый Новый год в нашу дверь постучала строгая соседка баба Вера, обычно недовольная мной за любые детские проделки, а на этот раз после короткого визита и шутливой ругани принесла нам целую сумку угощений: резала салаты, доставала колбасу, мандарины и шампанское, укорила маму за слёзы, а после этого случая никто никогда не вспоминал о том вечере, но когда спустя годы всей лестничной клеткой хоронили бабу Веру, оказалось — наша строгая соседка всем помогала по-своему и её по-настоящему любили…»

Накануне Нового года мы с мамой зашли в «Детский мир» на Лубянке. Шли-то мы туда за какой-то мелочью

Įdomybės

017

Я Мужа Не Любила… А Счастье Нашла: История Женской Судьбы, Испытаний и Любви на Дальних Стройках и в Семейных Остуках России

А я своего-то мужа никогда не любила А сколько лет-то вместе прожили? Сильно ли много Вон, считай сама

Įdomybės

040

…Раздался звонок… В квартиру, не поздоровавшись и оттолкнув сына, влетела свекровь: “— Ну-ка, расскажи, дорогая невестушка, какие у тебя секреты от мужа?” — Мама? Что случилось, мама?… Когда Фёдор пришёл домой, в квартире стояла тишина. Жена, Светлана, с утра предупредила — сегодня задержится на работе, руководство решило устроить внеплановую проверку. Он зашёл на кухню, заглянул в холодильник — ужина не было. Фёдор вздохнул, включил чайник, сделал себе пару бутербродов и уселся перед телевизором. Несколько минут переключал каналы, пока не нашёл спортивный. Но спокойно поужинать и насладиться боксёрским поединком не удалось. Раздался звонок, и на пороге появилась его мама, Антонина Васильевна. Она ворвалась в квартиру, не поздоровавшись и оттолкнув сына. — Федя, слушай, что я сейчас скажу! Мне Валентина рассказала… — Что случилось, мама? — спросил Фёдор. — А то, что у твоей жены Светки есть ещё одна квартира. Она её сдаёт и деньги тратит на себя! — Мама, ну что ты эту Валентину слушаешь? Она по всему дому слухи собирает, а ты сидишь перед ней, рот раскрыв. — Я знаю, что Валька преувеличить любит, но это точно! Эту квартиру сейчас снимает племянница соседки Валентины. — Девочка только недавно замуж вышла, они с мужем у Светки снимают, пятнадцать тысяч в месяц платят и радостные, что дёшево. Понял? И она квартиру уже больше двух лет сдаёт, это не первые квартиранты. — Вот это поворот, — задумчиво промолвил Фёдор. — А почему она мне ничего не сказала? — А вот придёт Светка с работы — ты у неё и спроси. Хотя всё и так понятно: твоя жена себе запасной аэродром готовит, накопит денег — и бросит тебя, да ещё и обдерёт, — заявила мать. Светлана вернулась часа через полтора. Дома её ждали муж и свекровь. Антонина Васильевна решила не уходить — любопытно, как станет оправдываться невестка. Заодно приготовила ужин и накормила сына. Когда Светлана вошла в комнату, на неё строго и вопрошающе уставились две пары глаз. Свекровь начала первая: — Ну-ка, расскажи, дорогая невестушка, какие у тебя секреты от мужа? — Да вроде никаких, — отвечает Светлана. — Никаких, говоришь? А квартира на улице Академика Сахарова, дом сорок три? — Причём тут квартира и секреты? — удивилась невестка. — А при том, что сдаёшь квартиру, а деньги скрываешь от мужа! — заявила Антонина Васильевна. — Светлана, — сказал Фёдор, — откуда у тебя эта квартира? И почему ты мне не говорила, что сдаёшь её? И куда ты тратишь эти деньги? — Квартира это Раисы Ивановны, двоюродной тёти мамы. То есть для меня — двоюродная бабушка, хоть я в этих хитросплетениях запуталась. — Раисы Ивановны не стало три года назад. Я тебе, Федя, об этом говорила. Ты ещё сказал тогда, что наконец меня по больницам не потащат. — А когда я тебя попросила с похоронами помочь, ты сказал, что завал на работе и некогда. — Почему она оставила квартиру тебе? — удивилась свекровь. — Наверное, потому что кроме меня, никто ее не навещал, — ответила Светлана. — А почему Феде о наследстве не сказала? — не унималась свекровь. — А какое отношение Федя имеет к моей наследственной квартире? — Как это какое? Он вообще-то твой муж! — Ну и что? — Ты что, недалёкой прикидываешься? — гневно спросила Антонина Васильевна. — Деньги от сдачи квартиры должны были идти в семейный бюджет, а ты всё на себя тратила! — Тратила, потому что имею право! Всё, что пришло мне по наследству — это моё личное имущество, и всё, что я с этого получаю — тоже моё. И отчитываться я не обязана! — заявила Светлана. — Свет, я машину чинил, кучу денег отдал, две премии вложил. А ты, выходит, всё время заначивала? Не ожидал от тебя, — вмешался муж. — Федя, это твоя машина. Ты на ней ездишь. А меня подвезти — вечно занят или не по пути. Совет — такси бери. — За прошлый год три раза меня только подвёз… — Так зачем мне оплачивать ремонт автомобиля, на котором я не езжу? — И сколько у тебя там накопилось? — не сдаётся свекровь. — Уже миллион? — Не миллион. Ты, Федя, помнишь, у тебя две дочки-студентки? Когда им последний раз деньги переводил? — спросила Светлана. — Так они сами подрабатывают, — ответил Фёдор. — Подрабатывают, но полностью себя содержать — когда тогда учиться? — Хорошо, а почему сразу не сказала про наследство? — допытывался муж. — Потому что не хотела, чтобы вы мне допрашивали два с лишним года назад. И ещё потому, что видела пример, как твоя мама с Оксаной поступила, когда ей квартира досталась. — Как это я? — поразилась свекровь. — Как ещё назвать? Вы весь год капали Оксане на мозги “зачем тебе эта хрущёвка, давай продадим, купим дачу…”. Продали, купили, оформили на вас, а Оксана теперь что, чужая там? — Без совести ты! — выкрикнула свекровь. — Я с вас пример беру, Антонина Васильевна, — спокойно ответила невестка. — Федя, ты слышишь?! Твоя жена мне дерзит! — А по-моему, я правду говорю! — ответила Светлана. — Вы разве не за этим сюда пришли, как только про моё наследство узнали? Чтобы про справедливую долю стребовать? Вот и забудьте о моём наследстве, будто его и не было! — Значит, будешь тратить как хочешь? — Как хочу. — И с мужем делиться не будешь? — спросила свекровь. — Поделюсь, если сочту нужным! Всё будет потрачено на МОЮ семью. — А я значит не семья?! — возмутилась свекровь. — Моя семья — я, муж и наши дети. Остальные — родственники, — сказала Светлана. Так ничего и не добилась Антонина Васильевна от невестки. Но не сдавалась и ещё не раз пыталась “получить свою справедливую долю”. Только на Светлану её уловки не подействовали. Не на ту напала! Где села — там и встала…

Прозвенел звонок В квартиру, не поздоровавшись и грубо оттолкнув сына в сторону, вихрем ворвалась свекровь.

Įdomybės

027

«Не нравится, что я хочу свою семью? Я ушёл от вас, начал строить свою жизнь, а вы снова приехали и всё по-старому: городская невестка Зина переезжает к Диме в село, сталкивается с его родней, но отстаивает своё счастье, несмотря на скандалы, борьбу характеров, утренние подъёмы и испытания семейным бытом»

Не нравится, что я хочу свою семью? Я ушёл от вас, начал строить своё собственное счастье, а вы приехали