Įdomybės
Особняк выглядел спокойно снаружи, окна широкие, залитые тёплым светом июньского вечера в Харькове.
Семён Николаевич, опять проспали! добродушно, с лёгким укором окликнул меня тогда водитель автобуса.
«Не входи внутрь! Позвони отцу немедленно! За этой дверью тебя ждет человек!» странная старая женщина
Понадобилось шестьдесят пять лет, чтобы это осознать.
Самая большая боль — не пустой дом.
Самая нас…
Понадобилось мне шестьдесят пять лет, чтобы по-настоящему понять. Самая большая боль вовсе не пустая квартира.