МУЖ ДОРОЖЕ ГОРЬКИХ ОБИД Игорь, это была последняя капля! Всё, разводимся! Можешь даже не становиться
В ЖИЗНИ ЧУЖОГО НЕ ЗАБИРАЛА Вера, ещё занимаясь в средней школе на окраине Нижнего Новгорода, нутром презирала
30 октября. Сегодня был день, когда я решил записать в свой журнал всё, что произошло в нашей семье
Чудо под Новый год Серёжа, ну ты мне объясни: как ты мог забыть? Лена смотрела на мужа, как учительница
Не ждали Наш с Машкой отец, Владимир Петрович, как настоящий русский вольный сокол, периодически исчезал
ЖИЗНЬ В ПОРЯДКЕ Лада, я запрещаю тебе общаться с сестрой и её семьёй! Пусть у них будет своя жизнь, а
Вырвалась из плена чувств В девятом классе Алёна впервые ощутила, как её одноклассник Владимир повсюду
ПОЧТОВАЯ МАРКА Фёдор ушёл от Вари, мама тяжело выдохнула, как будто вытаскивали кость из горла. В смысле ушёл?
— Мама, я женюсь! — весело объявил сын.
— Радость моя, поздравляю, — без особого энтузиазма откликнулась Софья Павловна.
— Мама, ну ты чего? — недоумённо переспросил Виктор.
— Ничего… А где жить собираетесь? — прищурившись поинтересовалась мать.
— Здесь. Ты же не против? — уточнил сын. — Квартира трёхкомнатная, неужели не поместимся?
— А у меня есть выбор? — с горечью спросила мать.
— Ну не снимать же квартиру, мам… — уныло заметил сын.
— Понятно, не оставили мне шанса, — обречённо сказала Софья Павловна.
— Мам, сейчас такие цены на аренду, что нам на еду не останется! — объяснил Витя. — Да и мы не навсегда, будем копить, работать — так намного быстрее свою квартиру купим.
Софья Павловна пожала плечами:
— Ладно… Соглашусь, но при двух условиях: за коммуналку платим поровну и домработницей я не становлюсь.
— Хорошо, мам, договорились! — обрадовался Виктор.
Молодые сыграли скромную свадьбу и стали жить вместе — Софья Павловна, Виктор и невестка Ирина — в одной квартире.
С первых же дней с приездом молодых у Софьи Павловны появились неотложные дела: после работы молодожёны приходят, а мамы дома нет, в кастрюлях пусто, и бардак остался тот же, что был утром.
— Мама, где ты была? — удивляется сын вечером.
— Ты знаешь, Витюш, звонили из Дворца культуры, пригласили в хор народной песни. Голос у меня — сама знаешь…
— Правда? — изумился сын.
— Конечно! Я давно говорила! Там же пенсионеры, такие же как я — поём, отдыхаем, завтра опять пойду! — с энтузиазмом отвечает Софья Павловна.
— А завтра снова хор?
— Нет, завтра литературный вечер, Пушкина будем читать. Ты же знаешь, как я люблю Пушкина!
— Правда?! — снова удивился сын.
— Да, говорила же тебе, ты невнимательный! — с лёгким упрёком отвечает Софья Павловна.
Невестка молча наблюдала за разговором.
С тех пор, как сын женился, у Софьи Павловны будто второе дыхание открылось: кружки, новые подруги, весёлые посиделки до полуночи на кухне с чаем да печеньем, вечера за шахматами или сериалами — так увлечённо, что детей по вечерам не замечала.
К домашней работе Софья Павловна принципиально не притрагивалась — всё по дому легло на плечи невестки и сына. Сначала молодые терпели, потом стали возмущаться, но Софья Павловна не обращала на их недовольство внимания — жизнь у неё кипела!
И вот однажды приходит она счастливая, напевая «Калинку-малинку», и на кухне, где молодые уныло едят суп, весело заявила:
— Дети, поздравьте меня! Познакомилась с замечательным мужчиной, завтра вместе едем в санаторий! Вот радость!
— Серьёзно? — осторожно спросил сын.
— Пока не знаю, надеюсь поездка всё прояснит. — улыбнулась Софья Павловна.
После санатория Софья Павловна вернулась разочарованной: Алексей не её уровня, но впереди новые встречи, кружки, прогулки!
Вскоре терпение невестки лопнуло — хлопнула дверью холодильника и возмутилась:
— Софья Павловна! А можно хоть немного заниматься хозяйством? В квартире бардак, еды нет! Почему мы всё делаем, а вы нет?
— А с чего бы мне быть вам служанкой? — удивилась Софья Павловна. — Если бы жили одни — сами бы и справлялись! Я Витю сразу предупредила: домработницей не стану. А если он тебя не предупредил — это ваши вопросы!
— Я думал, ты шутила… — растерянно ответил Виктор.
— Хотите жить на всем готовом? Нет! Не буду — и точка! Не нравится — съезжайте! — и ушла к себе.
А утром, словно ничего не случилось, напевая «Ой, да не вечер», Софья Павловна надела нарядную блузку, накрасила губы алой помадой и пошла во Дворец культуры — там её ждал хор народной песни… Мама, я женюсь! с жгучим волнением выкрикнул сын, глаза его блестели, будто зажглись все лампы на Арбате.
