Мне было восемь лет, когда мама ушла из дома: она сказала, что выйдет на угол, поймала такси и не вернулась. Моему брату тогда было пять. С тех пор всё в нашей квартире изменилось — папа стал делать то, чего раньше не умел: вставал пораньше, готовил завтрак, учился стирать вещи, гладить школьную форму, неуклюже расчесывать нам волосы перед школой. Я видела, как он ошибался с пропорциями риса, подгорал еду, забывал разделять белые вещи от цветных, но никогда не допускал, чтобы нам чего-то не хватало. После работы он уставший проверял наши домашние задания, подписывал тетрадки, готовил перекус на следующий день. Мама больше ни разу не пришла нас навестить. Папа никогда не привёл в дом другую женщину, не называл никого своей избранницей — хотя мы знали, что он иногда куда-то выходит, задерживается, но личная жизнь всегда оставалась вне стен квартиры. Нас было только двое — я и брат. Я никогда не слышала, чтобы он говорил о новой любви. Его повседневность была проста: работать, возвращаться домой, готовить, стирать, ложиться спать и снова всё сначала. На выходных папа водил нас в парк, на Москву-реку, в торговый центр — даже если просто поглазеть на витрины. Учился плести косы, пришивать пуговицы, готовить обеды. Если нужны были костюмы для школьных праздников — делал их сам из картона и старых вещей, не жаловался, ни разу не сказал: «Это не мужская работа». Год назад папа ушёл к Богу — быстро, без долгих прощаний. Разбирая его вещи, я нашла старые записные книжки, где он вёл расходы, записывал важные даты, напоминания: «Оплати кружок», «Купи обувь», «Своди дочку к врачу». Но не было ни любовных писем, ни фотографий с другими женщинами, ни следов личного счастья, только забота отца, который жил ради своих детей. С тех пор, как его не стало, меня не отпускает один вопрос: был ли он счастлив? Мама ушла искать свое счастье, а папа остался — и будто отказался от своего. Он так и не завёл новую семью, не создал дом с женщиной, не стал для кого-то приоритетом, кроме нас. Теперь я понимаю, что у меня был невероятный отец, но также осознаю: он был мужчиной, который остался один, чтобы не были одни мы. И это тяжело. Потому что теперь, когда его нет, я не знаю, получил ли он ту любовь, которую заслуживал. Мне было восемь лет, когда мама ушла из дома. Она вышла на улицу у Московского проспекта, поймала машину
Эхо в ночи В отделение реабилитации Александра Ивановна попала за две недели до наступления Нового года.
Игорь был уверен, что жена его изменяет. Он решил проучить ее и был поражён результатом. Милый, ты ведь
Мужчина, прекратите ходить за мной, будто я ваша последняя надежда! Я ведь ясно сказала, что после смерти
Двойня?! вырвалось у Ирины Сергеевны. Женщина изо всех сил пыталась спрятать свое отчаяние, но из этого
Слушай, друг, вот какая у меня история Моя заловка, Лидия, всё это время отдыхала на курортах, пока мы
Убирайся! вскрикнул Борис. Борюша, ты чего свекровь попыталась подняться, вцепившись в край стола.
Хочешь моего мужа? Он твой! сказала жена с улыбкой, обращённой к незнакомке, которая вдруг появилась
ДНЕВНИК ИВАНА Любить, терпя, терпеть, любя Меня зовут Иван Сергеевич Максимов, я родился и всю жизнь
