Įdomybės

«Мама, это мы, твои дети… Мама…» Она посмотрела на них. Анна и Роберт всю жизнь жили в нищете. Анна уже давно потеряла надежду на счастливую и обеспеченную жизнь. Когда-то она была молодой и влюблённой, мечтала о светлом будущем для себя и семьи. Но жизнь сложилась не так, как она ожидала. Роберт работал на износ, но зарабатывал мало. К тому же Анна забеременела. Один за другим на свет появились три сына. Анна давно не работала, одной зарплаты мужа едва хватало. Дети росли, требовали одежды и обуви. Вся зарплата уходила на еду, на коммуналку и самое необходимое. Двенадцать лет они так жили, и это отразилось на всей семье. Роберт начал пить. Он приносил домой весь заработок, но возвращался каждый день пьяный. Анна теряла веру в мужа и в такую жизнь. Однажды муж опять пришёл пьяным с недопитой бутылкой водки в руке. Анна не выдержала, вырвала у него бутылку и сама допила спиртное. С этого момента она тоже стала пить. Через какое-то время ей стало легче. Все проблемы будто испарились. Настроение улучшилось. С тех пор она сама ждала, когда муж принесёт выпить. Так они и начали пить вместе. Анна совсем забыла о своих детях. Сельчане удивлялись, как водка может так изменить человека. Позже мальчики стали побираться по деревне, просить еды. Как-то соседка не выдержала — и сказала: — Анна, лучше бы ты отдала их в детдом, чем смотреть, как они умирают от голода. Сколько ещё можно пить и не думать о своих детях? Анна хорошо запомнила эти слова. Мысли о них долго не отпускали её. Было бы проще, если бы дети и правда не путались под ногами. Через какое-то время Анна и Роберт окончательно бросили своих детей. Так мальчики оказались в детдоме. Плакали и ждали маму с папой, но так никто и не пришёл. Анна с Робертом даже не вспоминали о сыновьях. Прошли годы. Один за другим сыновья покинули детдом. Получили по маленькой однокомнатной квартире – но хотя бы появился свой угол. Нашли работу. Всегда поддерживали друг друга. О родителях не говорили — но хотели встретиться и спросить, почему они так поступили. Однажды они собрались вместе, сели в машину и поехали к дому, где когда-то жили. По дороге встретили мать — она с трудом шла домой. Она прошла мимо, даже не взглянув на сыновей. — Мама, это мы, твои дети… Мама… Она посмотрела на них пустыми глазами. И только потом узнала. Заплакала, стала просить прощения. Но можно ли простить? Сыновья стояли, не находя слов. Но решили: кем бы она ни была, она всё равно их мама. И простили её.

«Мама, это же мы, твои дети… Мама…» Я смотрела на них. Екатерина и Алексей всю жизнь прожили в нищете.

Įdomybės

Новое счастье с Валентином: История вдовы Марины, неожиданной любви в санатории и испытаний на пути к настоящей семье

ПЕРЕРОЖДЁННОЕ СЧАСТЬЕ Мужчина, оставьте меня в покое! Я ведь сказала вам, что у меня траур по мужу.

Įdomybės

031

«Помню ли я? Не могу забыть! Как внебрачная дочь моего мужа просит приютить свою девочку, а я вновь вспоминаю про измены, боль и любовь, проверяю семью на прочность и решаю судьбу чужого ребенка, став для нее бабушкой – семейная история про прощение и испытания»

ПОМНЮ ЛИ Я? НЕ МОГУ ЗАБЫТЬ! Полина, тут такое дело… Слушай, помнишь мою внебрачную дочь Зинаиду?

Įdomybės

Муж всегда говорил мне, что я недостаточно женственная. Сначала это звучало вскользь — что если бы я накладывала больше макияжа, носила платья, была бы «нежнее». Я никогда такой не была: всегда прямолинейная, деловая, не особо следящая за внешностью, решаю проблемы, работаю, делаю то, что нужно. Он знал меня такой, я никогда не притворялась другой. Со временем комментарии участились: муж стал сравнивать меня с женщинами из соцсетей, с женами друзей, с коллегами, говорил, что выгляжу больше как друг, чем как жена. Мы спорили, я не придавала значения — считала это обычными разногласиями в семье. Но в день, когда я хоронила своего отца, все стало иначе. Я была в шоке: не спала, не ела, ни о чем не могла думать, кроме похорон. Натянула первое черное, что попалось, не накрасилась, сделала с волосами самое необходимое — просто не было сил ни на что другое. Перед выходом муж посмотрел на меня: — Ты так пойдёшь? Не могла бы хоть немного привести себя в порядок? Сначала я не поняла, сказала, что мне все равно — я только что потеряла отца. — Ну, люди же смотрят… выглядишь неопрятно, — ответил он. В груди что-то сжалось, как будто изнутри раздавили. На самом похороне он стоял в стороне, выглядел серьезно, принимал соболезнования, а меня почти не обнимал, не спрашивал, как я. Даже у зеркала прошептал: — Соберись, отец не хотел бы тебя видеть в таком виде… После похорон, уже дома, я спросила, неужели это единственное, что он заметил в тот день — неужели не видел, насколько я разбита? Он ответил: — Не преувеличивай, я лишь высказал мнение: женщина не должна запускать себя даже в такие моменты. С тех пор я смотрю на него иначе. Но уйти не могу. Ощущаю, будто не смогу без него. ❓ Что бы вы сказали такой женщине, если бы она была перед вами?

Мой муж всегда уверял меня, что мне не хватает женственности. Сначала это звучало между делом мол, если

Įdomybės

— Надюшка, я дома, встречай! — Лёнь, это ты?! А почему так рано? Ты же говорил, что вернёшься только через три дня… Женщина около тридцати лет вышла в прихожую, торопливо запахивая на себе шелковый халатик и немного растерянно глядя на мужа, стоящего на пороге. — Сделать хотел сюрприз, Надюша. Вижу, удалось! Ты не рада? — Высокий, широкоплечий Леонид расплылся в довольной улыбке. — Очень даже рада! Ты пока на кухню иди, я тебе поесть разогрею. Лёня кивнул жене и отправился на кухню. На столе — клубника, шоколад, горячий ужин прямиком из духовки… Как будто всё специально для него. — Ну надо же, Надя, вот ты даёшь! Так наготовила… Откуда знала, что приеду? Какая же ты у меня догадливая! Лёня навалил себе еды горкой и начал с аппетитом ужинать. Жена всё не появлялась — видимо, принаряжается для любимого мужа… — Лёня, я… Мы… — Надюша, ну и вкуснотища твоя еда! А салат, а блины — пальчики оближешь… Андрюха?! Леонид обернулся — на пороге стояла Надя, держа за руку его родного брата, Андрея. Жена виновато смотрела в пол, а Андрей в шортах и майке устало тёр переносицу. — Привет, Лёня… Да, это я. — Здравствуйте. Так, ну-ка объясните мне, что здесь происходит? Хотя, кажется, уже и не надо… — Лёня, я… Я давно хотела тебе сказать… Я люблю Андрея, твоего брата. И хочу быть с ним. Прости… Лёня выронил тарелку — посуда с остатками еды покатилась по полу. — Вы, значит… Только что… — Да. Прямо только что. — Прекрасно! Вот уж сюрприз, так сюрприз, Надя! Молодцы вы, родные люди! Теперь ясно, для кого ужин готовился… Надя не решалась смотреть мужу в глаза. Казалось, только поднимет взгляд — вся её храбрость улетучится. — А Ира? Что с дочкой? Она знает? — Нет, не знает. — Где она сейчас? — У соседки, мультики смотрит. — Ты её часто к соседке отправляешь? — Уже полгода как… Вопросы у Леонида закончились, как и эмоции. Он устало вздохнул после дороги — скандалить не хотел. Природа у него мягкая: не любит он долго злиться. Но если уж доведут… А эта ситуация удивила его по-настоящему. Даже растерялся — но ненадолго. — Чтобы через десять минут тебя тут не было. Время пошло. — спокойно сказал Лёня жене, отхлёбывая чай. На брата и не взглянул. — И чем это Надя в Андрее нашла? Внешне такие же, даже родинка одинаковая… К труду не приучен, толку мало… Зря она его выбрала. Ну, её дело. — Никуда я не уйду, пока не получу твоего согласия, — вдруг заявил Андрей. — И чего ты хочешь? — На развод… Отпусти Надю, она тебя не любит. — Я же вижу, кого моя жена теперь любит… — ухмыльнулся Лёня. — Хотите развода? Будет вам через суд! Посмотрим, сколько на адвокатов потратите! — Лёня… — Надя легонько положила руку ему на запястье. — Леонид, прошу, давай по-хорошему. Ты ведь добрый, я знаю… Лёня покачал головой. — Ладно. Только братом ты мне больше не будешь, Андрей Валентинович. — Мы… Мы ещё хотели кое о чём попросить… — Что ещё? — Оставь мне квартиру после развода, Лёня! — Надя засияла очаровательной улыбкой, поглаживая мужа по кисти. — Ирочка так привыкла к этому дому, в школе у неё друзья… Если делить жильё — на новую денег нет, придётся к родителям в деревню перебираться… Лёня задумчиво опёрся подбородком на сцепленные руки. Надя заиграла ещё сильнее: — Лёнь, золотой мой… Сделай дочке подарок. Ты ещё заработаешь себе и квартиру, и всё что угодно. Ведь у тебя только одна дочь! Я для неё стараюсь… — Спокойно, Надя, — прервал жену муж. — У меня идея получше. — Какая?! — обрадовалась Надя. — Думаешь, и машину нам оставишь? Вот Ира бы обрадовалась! — Ира будет жить со мной. — Что?! Ты с ума сошёл? Ты же к детям обращаться не умеешь! Вечно в разъездах! Она даже не помнит, как тебя зовут! — Сейчас проверим, — спокойно ответил Лёня и ушёл в коридор. Через пару минут он вернулся с дочкой. Десятилетняя, только в четвёртый класс перешла, крепко держала отца за руку и радостно улыбалась. — И зачем ты её привёл? Чтобы в спор вмешалась?! — раздражённо бросила Надя. Лёня ничего не ответил. Посадил дочку на колени и заговорил: — Ирочка, дочка, можно я тебе вопросы задам, родная? — Конечно, пап! — улыбнулась она. — Только обещай отвечать честно: сейчас буду говорить с тобой, как со взрослой. — Как с дядями на работе? — Именно так. Девочка кивнула. — Мамочка тебя обижала? Била за последнюю неделю? Ира потупилась, заиграла подолом платья. — Что ты себе позволяешь?! — взорвалась Надя. — Оставь ребёнка в покое! — Молчи, Надя. Я с дочкой говорю, — жёстко сказал Лёня, погладив ребёнка по голове. — Не бойся, Ирочка. Обещала отвечать честно? Девочка кивнула, в глазах появились слёзы. Она обняла отца за шею и тихо прошептала: — Да, била. За тройку, за молоко и за то, что наделала Андрея. А они целовались, пока тебя не было… — Не плачь, зайка, не плачь! — нежно погладил он дочь. — Я рядом, теперь тебя никто не обидит. — Она всё врёт! — возмутилась Надя. — Даже пальцем её не тронула! — Так ты квартиру и машину ради дочки хочешь? — прищурился Лёня. — Ирочка, ответишь на ещё один вопрос? — Конечно… — Если бы можно было выбрать, с кем жить — с мамой или со мной, кого бы выбрала? Девочка задумалась, переводя взгляд то на отца, то на мать. Надя пыталась перетянуть дочь на свою сторону, даже руки протянула. — А ты обещаешь, что больше не уедешь надолго? — Обещаю! — сразу ответил отец. — Тогда хочу жить с тобой, папочка. — Ах ты…! — взвилась Надя, но Лёня прижал дочку к себе. Андрей же так и стоял в стороне, ни во что не вмешиваясь. — Всё, Надя, поговорили. Больше ты её не увидишь, — спокойно сказал Лёня и ушёл в детскую. Через несколько минут он помог Ире собрать вещи. Свою командировочную сумку он не разбирал — вот и пригодилась. Леонид с дочкой уехали в отель на другом конце города. …Через несколько месяцев был суд. Учитывая отсутствие дохода и жилья у Надежды с новым мужем, судья постановил оставить девочку с отцом. Квартиру Лёня разделил, свою половину продал. С матерью Ира виделась лишь по выходным, а жила с папой в новой квартире. Лёня полностью перестроил свой график ради дочери и больше не уезжал в длительные командировки. Ира стала чаще улыбаться — а для отца не было награды дороже… Пишите в комментариях, что думаете по этому поводу! Ставьте лайки.

Надюша, я дома! Встречай! Лёня?! А ты что так рано приехал? Ты же должен был вернуться только через три

Įdomybės

043

Зима накрыла двор Андрея пушистым покрывалом снега, но верный его пёс Граф, громадный немецкий овчар, начал вести себя странно.

Зима покрыла двор Андрея мягким слоем снега, а его верный пес Гром, огромный русский овчар, вдруг начал

Įdomybės

Счастье не по расчету: почему Марина выбрала простого мужчину, а не красноречивого — история о том, как спустя 25 лет замужества, разлуки и новой любви, Марина осталась рядом с Игорем, когда он тяжело заболел, и не покинула его, несмотря ни на что

Дневник Марии Кажется, никогда не забуду, как Игорь за один сезон превратил мой участок в райский уголок.

Įdomybės

045

“Сын не приехал на мой семидесятилетний юбилей, сославшись на завал на работе. А вечером я увидела в «ВКонтакте», как он в ресторане с тёщей отмечает её день рождения”

Сон начался со странного ослепительного света будто полдень в июньском Омске, солнце замирает над разбухшей

Įdomybės

За неделю до свадьбы она сказала, что не хочет выходить замуж. Всё уже было оплачено — ресторан, ЗАГС, кольца, даже часть семейного торжества. Я месяцами всё организовывал, работал полный день, а 20% зарплаты тратил на неё — на салоны, подарки, что угодно. Не потому что она не работала — доход у неё был, тратила на себя как хотела. Я покрывал расходы, считал это мужской обязанностью. Никогда не просил с неё денег за коммуналку, платил за кафе, кино, поездки. За год до свадьбы сделал большой шаг — предложил всей её семье отдохнуть на море: родители, братья, племянники, даже двоюродные. Чтобы оплатить всё — жильё, транспорт, питание — работал без выходных, экономил на себе. Все были счастливы, она — благодарна. Но оказалось, для неё это ничего не значило. Когда она сказала, что уходит, объяснила: я «слишком много». Слишком много любви, заботы, внимания, объятий, сообщений — я её «душил». Оказывается, она всегда была холоднее, а я требовал то, что ей не нужно. Призналась: никогда не хотела замуж, но согласилась, потому что я слишком настаивал, а отказать при всех не решилась — сделал предложение в ресторане, перед семьёй. Для меня — романтика, для неё — ловушка. За пять дней до росписи, когда всё уже было готово, она решилась сказать правду: чувствовала, что я навязываю ей чужую жизнь, и моё старание — давление, долг, привязанность, от которой хочется убежать. Лучше уйти, чем играть роль. После этого разговора она ушла. Без скандала, без попыток что-то исправить. Остались только оплаченные счета, договоры, несостоявшаяся свадьба и решение, которое она не изменила. Тогда я понял: быть мужчиной, который за всё платит, всё делает и всегда рядом, не значит, что женщина захочет остаться с тобой.

Свадьба должна была состояться через неделю, когда она сказала мне, что не хочет выходить замуж.