Ещё целый год вместе В последние месяцы Аркадий Иванович практически перестал выходить из дома один.
На пороге стоял незнакомец. Игорь давно влюблён в Полину его чувства к ней появились ещё со школы.
На краю России. Метель забивала снег в ботинки, кусала кожу. Покупать валенки мне и в голову не приходило
Мне бывает стыдно брать тебя на корпоратив, Игорь, не поднимая глаз от смартфона, говорил тихо.
Весь день воскресенья я провела в заботах готовила оливье, натирала полы, украшала ёлку, старалась создать
Когда она пришла домой, сняла высокие сапоги и поставила чайник, в WhatsApp всплыло сообщение от начальницы
Витя, не обижайся, но к алтарю я хочу идти с родным папой — всё-таки отец есть отец. А ты… просто муж мамы. На фото с папой красивее будет: он такой представительный в костюме.
Виктор застыл с чашкой чая. Пятьдесят пять лет. Мозолистые руки дальнобойщика, больная спина. Напротив — Алина, невеста, красавица, 22 года. Помнит ее с пяти лет, когда она впервые крикнула: «Уходи, ты чужой!» Он не ушёл: учил кататься на велике, ухаживал ночью, когда ветрянка, платил за брекеты (продав мотоцикл), за институт (работая в две смены). А «родной папа» Игорь — раз в три месяца, медведь, мороженое, байки о бизнесе, и исчезал. Алиментов не было.
— Конечно, Алинка, — тихо сказал Виктор, — родной есть родной. — Ты супер! — чмокнула в щёку. — Надо бы за ресторан добавить. Папа обещал, но счета заблокировали, налоговая проверки. Перехвати сто тысяч? Я потом отдам… С подаренных. Виктор взял конверт — это были деньги на ремонт старой «Тойоты». — Бери. Отдавать не надо. Это мой подарок.
Свадьба шикарная — загородный клуб, арка из живых цветов, дорогой ведущий. Виктор в единственном костюме. Алина сияет. К алтарю ведёт Игорь. Высокий, загорелый (только из Турции), в прокатном смокинге — деньги дала сама Алина. Гости: «Вся в отца!»
Игорь держит тост, женщины плачут. Виктор помнит: Игорь не приехал с роддома.
Виктор выходит покурить. Слышит за веранде: Игорь по телефону — «Гуляем, лохи платят, а мы танцуем. Какая дочка… Ну, ресурс, дура влюблённая. Мать с этим водилой — постарела, кошмар. Хорошо, что ушёл вовремя…»
За плющом стоит Алина. Всё слышит. Макияж поплыл. Смотрит, как «папа» смеётся, называет её ресурсом и дурой. Игорь уходит, Алина сползает на плитку. Виктор молча накидывает пиджак. — Вставай, доча, простудишься.
— Дядя Витя… Папа… Я предала тебя! Я позвала его, а тебя посадила в угол! Я дура!
— Ты не дура, ты хотела сказку. А сказки иногда пишут мошенники. Пойдём. Это твой праздник.
Медленно возвращается в зал. — Я хочу изменить традицию, — говорит Алина в микрофон. — Биологический отец дал жизнь. Но отец — тот, кто оберегал её. Кто лечил коленки, учил не сдаваться, отдавал последнее, чтобы я стояла здесь в этом платье. Папа Витя, пойдём танцевать.
Игорь замер. Виктор выходит — смущённый в тесном костюме. Алина обнимает за шею: — Прости меня, папочка… — Всё хорошо, маленькая…
Прошло три года. Виктор в больнице — инфаркт. Входит Алина с сыном. — Деда! — Мальчик бросается в объятия. — Мы принесли апельсины и бульон. Я уже санаторий купила.
У Виктора нет миллионов, но он — самый богатый человек на свете. Потому что он — Папа. Не отчим. Без приставки.
Жизнь всё расставила по местам. Иногда за прозрение платишь ценой унижения и боли. Но лучше поздно понять: отец — не тот, чья фамилия в свидетельстве, а тот, чья рука держит твои плечи, когда ты падаешь.
Не гонитесь за красивой обёрткой — под ней часто пустота. Цените тех, кто поддерживал вас всегда, ничего не требуя взамен. Когда праздник закончится и гаснет музыка, рядом останется только тот, кто любит не за красивые фото, а по-настоящему.
А у вас был отчим, который стал роднее отца? Или кровь — всё-таки главное? 👇👨👧 ЖЕНЯ, ПРОСТО НЕ ОБИЖАЙСЯ, ЛАДНО? НО Я ХОЧУ, ЧТОБЫ К АЛТАРЮ МЕНЯ ВЁЛ ПАПА. ОН МНЕ ВСЁ-ТАКИ РОДНОЙ.
10 января Сегодня вновь перебирала старые фотографии и думала о прошлом. Как странно всё сложилось в
Когда она пришла домой, сняла высокие сапоги и поставила чайник, в WhatsApp всплыло сообщение от начальницы
