Одна ошибка — и расплачиваешься всю жизнь.
Анфиса шла по осенней Москве, таща за собой потрёпанный чемодан. Ветер рвал волосы, мелкий дождь стучал по лицу, а ноги ныли от новых туфель — натёрли до крови. Но больнее всего было внутри.
— Как же так вышло?.. — прошептала она, глядя на отражение в лужах. — Как я могла так наивно поверить?
Шесть лет с Вячеславом. Обещания, путешествия, жизнь в его квартире, подарки, букеты… А теперь — чемодан, улица, пустой кошелёк и ни рубля от того, кто клялся быть с ней до конца. Просто выставил за дверь. Просто сказал: «Я встретил другую».
Анфиса не плакала. Гордость не позволяла. Но внутри — пустота, как после бури.
Проходя мимо уютного кафе, она не выдержала: потянуло к теплу, к тишине. Зашла, заказала крепкий кофе и пару пирожных. Присела у окна. Впервые за день — присела. Осмотрелась. В зале было оживлённо: дамы с подругами, влюблённые пары, пожилые супруги. И у дальнего столика — мужчина в строгом костюме, с ноутбуком, деловой, уверенный.
Анфиса едва не уронила чашку. Это был он. Иван.
Тот самый Иван, которого она бросила семь лет назад ради Славы. Тогда он снимал комнату в хрущёвке, носил потёртые джинсы, копил на курсы и просил её подождать — мол, всё будет. А она не захотела. Не захотела ютиться в старом доме с скрипучим паркетом и запахом папиных сигарет. Захотела «красивой жизни». Захотела сразу.
А теперь Иван — солидный, успешный, с дорогими часами на запястье. Видно — не бедствует. Анфиса уставилась на него, забыв про кофе. В голове всплывали прошлые дни: их вечера на кухне с чаем и разговорами; его мать, добрая и мудрая; он сам, жаривший ей блины и шептавший «моя звёздочка».
Сердце сжалось. Вот он, шанс. Может, он свободен? Может, вспомнит? Может, простит?
Она встала. Прошла ползала. Сердце колотилось, ноги дрожали. Но тут раздался звонкий голосок:
— Папа!
Иван поднял голову. К нему бежала девочка лет шести. За ней — изящная женщина с каштановыми волосами. Он подхватил дочь на руки, нежно поцеловал жену. И увёл их к своему столу.
Анфиса замерла. Потом развернулась, вернулась к своему месту. Чемодан, остывший кофе, недоединенный эклер. Сердце сжалось так, что хотелось кричать.
Ошибка. Та самая, роковая. Когда меняешь человека, который любит, на пустые обещания. Когда выбираешь красивые слова вместо настоящих чувств.
Теперь Иван счастлив. А она — никому не нужна. Ни дома, ни любви, ни веры в завтра. Только воспоминания и старый чемодан в руках.
Она вышла из кафе, захлопнула дверь и вдруг осознала: настоящие ошибки — не в том, чтобы выбрать не того, а в том, чтобы не понять, кто любил тебя по-настоящему.