Когда мне исполнилось семнадцать, мой отец ушёл из жизни. Моя мама работала на двух работах за сущие копейки. Мы экономили на всём, что только возможно. Фрукты и сладости на нашем столе появлялись лишь к праздникам. Я даже не решалась попросить что-то у мамы стыдно было. Старалась сама как-то подрабатывать, чтобы не быть в тягость. У меня есть младшая сестра. Мы с мамой делали всё, чтобы она не чувствовала себя обделённой.
Но смерть отца стала только началом наших бед. Мама попала в больницу с инсультом и больше не могла ходить. Пенсия по инвалидности едва покрывала самое необходимое, не хватало почти ни на что. Было очень тяжело, но я верила может, наступит просвет.
Учёбу пришлось бросить теперь только я могла содержать семью. Заботиться о больной маме и сестрёнке оказалось невыносимо трудно. Многие предлагали помощь, но я с упрямством отказывалась. Ещё до болезни мама была доброй и искренней, но после инсульта совсем изменилась.
Сначала она постоянно жаловалась на судьбу, потом на меня и сестру. Всё мы делали не так: готовили плохо, плохо убирались, тратили слишком много денег на самих себя.
Я старалась не обращать внимания, понимала она тяжело больна, ей тяжело. Но внутри меня всё равно болело словно мои старания и забота ничего для неё не значили. Знакомые уговаривали нанять сиделку и устроиться на более высокооплачиваемую работу. У меня действительно был шанс заработать побольше, но тогда я не смогла бы сама ухаживать за мамой. Как это у моей мамы две дочери, а заботиться будет чужая женщина?.. Не могла на это решиться.
Претензий у мамы становилось всё больше. Ругала нас за малейшие покупки, хотя мы всё экономили.
Долго я молчала, терпела. Пока не случилось то, что навсегда изменило моё отношение к ней.
Я заболела. Голова болела так, что казалось, трещит, высокая температура, кашель. Всю ночь не спала, утром решила идти к врачу. Сестра увидела моё состояние, обняла и попросила не тянуть. Мама же, как обычно, заявила, что врачу идти не стоит: мол, молодая организм справится. Она, видите ли, в куда худшем положении и денег ей надо больше. Потрачу всё на анализы и приём а окажется, обычный грипп. Вот, мол, не забочусь о ней и только жду, когда она умрёт.
Я слушала всё это и тихо плакала. Честно сказать, сил больше не было. Ради неё я бросила вуз, работала где придётся, хотя могла бы выбрать и другую судьбу. Может, усталость от всего заставила меня вспыхнуть и наговорить маме всю правду, что у меня на душе.
Обследование показало у меня пневмония. Врач настаивал на госпитализации, но я не могла оставить сестру одну с мамой. Купила лекарства и отправилась к подруге.
Марина открыла мне дверь. Ругала за то, что болтаюсь по улицам, а не лежу под одеялом. Разговорились мы долго. Я рассказала всё про маму и попросила о помощи: нужна была сиделка и жильё. Я просто не могла больше там оставаться.
Марина предложила пожить у неё, пока не найду, где остановиться, а сама начать подыскивать сиделку. Я согласилась, но сперва пошла домой собрать вещи.
Дома, как только я переступила порог, мама заорала. Даже не спросила, как я себя чувствую, только снова считала деньги. Я накормила её, пошла к себе и поняла больше я тут жить не буду.
Подруга быстро помогла: нашла сиделку и приютила у себя. Я сменила работу и больше не навещаю маму. Может, это и выглядит жестоко, но я сделала для неё всё, что смогла. Ни единого слова благодарности за все эти годы.
Каждый месяц я перечисляю деньги на маму и оплачу сиделке даже больше, чем нужно. Вера Николаевна, что теперь заботится о маме, говорит мама всё хуже узнаёт нас, даже не поздравляет с днём рождения. Мы с сестрой всё равно поздравляем, хотя в этом уже мало смысла. Самое главное нам удалось изменить жизнь. Я нашла новую работу, скоро съеду от подруги. Мы с сестрой решили снять вместе квартиру. Она поддерживает меня и говорит: «Заботиться о родителях нужно, но не тогда, когда они медленно губят тебя».
