Сегодня был, кажется, самый жаркий день лета, и воздух в автомастерской стоял густой от запаха масла и стука инструментов. Я, Артём Сергеевич, в очередной раз задумался, как быстро летит жизнь: не так давно ещё был учеником, а теперь уже опытный слесарь, чьи руки давно знакомы с мазутом и ожогами. Деньги у меня, как всегда, почти на исходе всё уходит на лекарства для мамы. Я давно привык обходиться малым, но сердце своё беречь не могу.
Утром, когда солнце ещё не припекало в полную силу, в мастерскую зашла старушка. Она осторожно передвигалась, её серебряные волосы аккуратно собраны под платком, а взгляд тёплый, словно родная бабушка. «Здравствуй, сынок», дрожащим голосом сказала она. «Что-то у моего старенького “Жигуленка” мотор зашумел, а я и не знаю, что делать. Поможешь?» Я улыбнулся: «Не волнуйтесь, бабушка. Посмотрим, что с ним. Думаю, починим быстро».
Пока я склонялся над капотом, она не сводила с меня глаз. В её взгляде была какая-то печально-тёплая забота, будто я напомнил ей кого-то близкого. Мы разговорились: оказалось, живёт она одна на окраине нашего посёлка. Я тоже не удержался и рассказал о своей маме она болеет уже давно, а я мечтаю, что когда-нибудь смогу вылечить её и подарить ей спокойную старость.
«Вы мне маму мою напоминаете…» чуть смущённо признался я. «Потому так трудно пройти мимо, когда вижу пожилого человека в беде…». В глазах бабушки блеснули слёзы, но она лишь кивнула, поджав губы от нахлынувших чувств. Её явно тронула моя откровенность, но она решила испытать меня. Когда машина была готова, она стала искать в сумке кошелёк, заметно нервничая. «Сынок, ну прости меня: забыла дома кошелёк. Ох, память-то уже не та…», тихо пробормотала она.
Я помолчал, посмотрел на машину, потом на неё. «Ничего страшного, бабушка. Не надо платить, только пообещайте, что будете ехать аккуратно». Она с тревогой спросила: «А работа твоя, Артём, что начальник скажет?» Но я лишь устало улыбнулся: «Бывают вещи важнее денег».
В этот момент, словно грянул гром, за спиной послышался окрик. Это был Иван Григорьевич наш мастер, человек вспыльчивый, с суровым лицом. «Что ты сказал, Артём? Опять ремонт даром делаешь? Не для того здесь работаешь, чтобы нищих жалеть! Иди-ка домой, с такими привычками тебе не место здесь!»
Бабушка сжала руки, испугалась. Я ничего не отвечал, снял перчатки и положил их на стол. «Спасибо за всё», еле выдавил я, «Видимо, маме придётся подождать ещё с лекарствами». Прежде чем уйти, незнакомка крепко обняла меня. Я никогда не забуду этот взгляд в нём было понимание, сострадание и какая-то странная решимость.
Вечером я вернулся домой мама лежит слабая на диване. Она спросила, как дела, а я старался не показывать расстройства. За окном небесный свод был сер и тяжел собирался дождь. Я думал о словах начальника, об усталости и о страхе не найти работу снова. Но мама погладила меня по голове: «Не сдавайся, сынок. У хороших людей добро всегда возвращается».
Я не знал тогда, что бабушка уже решила мою судьбу. Её имя было Валентина Борисовна женщина с непростой судьбой, но, как позже оказалось, с огромными возможностями. Она всю жизнь проработала в автохозяйстве, а после удачного бизнеса жила тихо и скромно, чтобы никто не знал о её достатке. После той встречи всё думала обо мне, никак не могла забыть глаза того парня, который не посчитал для себя зазорным помочь чужому человеку просто так.
Прошла неделя. Утром раздался звонок. Вежливый голос пригласил меня на собеседование по адресу, которого я даже не знал. Решил сходить терять всё равно нечего. И замер: передо мной был новенький сервис, всё блестело и на вывеске моё имя: «Автотехцентр Артёма Сергеевича». Думал, розыгрыш, но услышал мягкое: «Проходи, сынок», и увидел Валентину Борисовну, такую же добрую и простую, как всегда.
«Это всё твоё. Хочу доверить тебе этот сервис. Когда ты мне помог, не взял ни копейки, я увидела сына, которого потеряла. Честность и доброта вот что редкость в наше время. Это твоя возможность, не упусти». Я не нашёл слов, лишь крепко прижал её к себе. «Спасибо… Вы не представляете, как много это значит для меня». «Только обещай мне, что не станешь сердечнее из-за злых людей».
Весть по посёлку разошлась быстрее ветра. Иван Григорьевич пришёл первым проверить слухи и увидел, как я руководил новой командой, а мастерская была полна клиентов, техника сияла. «Вот уж жизнь перевернулась», пробормотал он неловко. Я поглядел спокойно: «Это не счастье, а просто справедливость. Не обманывай сердце тогда и жизнь не обманет тебя».
Валентина Борисовна подошла вперёд: «Я всегда вкладывала не в проценты, а в людей. Вы упустили самого лучшего работника и человека». Начальник ушёл с потупленным взором, а мы только переглянулись и улыбнулись. Теперь мой автосервис стал возможностью для других: я брал в команду молодых и неопытных, этим давая им шанс. Моя мама радовалась за меня, а Валентина Борисовна стала для нас второй семьёй.
Каждый вечер я носил ей ромашки, заходил на чай, и мы разговаривали до позднего вечера о жизни. Через год, когда она заболела, я был рядом ухаживал, не позволяя ей чувствовать одиночество. В последний день она взяла меня за руку и сказала слабо: «Я знала, что выбрала не зря… Спасибо тебе, сынок…»
Я тихо ответил: «Благодаря вам я поверил в себя. Вы мне заменили маму, а я вам сына». После её ухода я повесил в холле мастерской мемориальную доску: «В память о Валентине Борисовне женщине, поверившей в добро». Люди иногда спрашивают: «Кто она?» Я улыбаюсь: «Человек, давший мне вторую жизнь и надежду. Благодаря ей я верю: доброта всегда возвращается сторицей. Жизнь порой стреляет наугад, а удача достаётся тем, кто не жалеет сердца для других».
Вот так я нашёл своё счастье вовсе не в богатстве, а в возможности помогать другому. Мне кажется, именно для этого и стоит жить.
