Ешь. Это Моника не доела.

У моей собственной сестры есть эта странная черта. Она возвеличивает своего ребёнка до неба и считает, что все вокруг должны испытывать те же чувства, что и она. Но ведь это, само собой, далеко не так.

Её ребёнку всего пять лет. Я ничего не имею против ну как же, все его любим, родной же, но не больше. Своих забот с собственными детьми хватает.

А вот сестра рассказывает всем и себе самой, что её дочь какое-то редкое, необыкновенное дитя. Мы должны обращаться к ней как к ангелу. А раз ангелы не грешат значит, всякий поступок этого ангела мы обязаны простить.

Ну вот, по крайней мере, ей так хочется думать. Неудивительно, что когда она приходит в гости, никто особо не радуется. Да и к ней самой, если честно, идти не очень тянет. Но так уж вышло мы не просто сёстры, а ещё и коллеги, работаем в одной компании. Вот и понадобилось обсудить кое-что по работе.

Заходи, сказала сестра по телефону. Я приготовлю твой любимый омлет. Жду к обеду.

Она, конечно, в кулинарии мастер, особенно этот свой фирменный омлет.

Сейчас приеду, ответила я коротко и отключилась.

Бросилась искать ключи от машины. Думаю, по пути заверну в булочную чай без сладкого ведь будет невозможен. В общем, приезжаю, а она сидит, кормит своего ребёнка жестом приглашает меня за стол. Ну, я сажусь, слово за слово, а потом слышу:

Кушай, говорит, подвигая мне тарелку с омлетом, который выглядел как что-то потрёпанное жизнью. Варвара недоела.

Вот тут меня будто током ударило:

У вас теперь чистые тарелки не водятся? спросила я с трудом сдерживая себя.

Моя Варвара самый чистый ребёнок. И руки у неё всегда стерильные, гордо ответила сестра, подтягивая к себе дочь, которая в этот момент тщательно ковырялась в носу.

Вот тут мне и пришёл конец; я только фыркнула, встала и больше к сестре на обед не ходила.

А вы бы что сделали на моём месте?

Rate article
Ешь. Это Моника не доела.