Слушай, расскажу тебе кое-что, что случилось со мной и не просто так, а в самой настоящей московской библиотеке, где я много лет была будто бы тенью между стеллажами.
Меня зовут Лариса Петровна, и мне было тридцать два, когда я устроилась там уборщицей. Муж мой погиб внезапно, оставил меня с нашей восьмилетней дочкой, Варей. Горе душило, как ком в горле но плакать было некогда: кушать надо, коммуналку платить тоже.
Главный библиотекарь, Семён Сергеевич, строгий такой, глаза ледяные. Посмотрел на меня с головы до ног и сухо сказал:
Можете начинать с завтрашнего дня Только пусть ребёнок не шумит. Люди не должны её видеть.
Деваться мне было некуда согласилась, даже не спрашивая, почему всё так.
В подвале, возле старых архивов, я обнаружила закуток: маленькая комнатка, пыльная кровать, перегоревшая лампочка. Вот там мы и жили с Варей, спали вповалку. По ночам, когда город отдыхал, я вытирала пыль со шкафов, мыла длиннющие столы и таскала мусорные вёдра, всегда полные бумажек да обёрток. Никто на меня не смотрел, никто по имени не звал я была та, что убирает.
А вот Варя-то видела всё. Смотрела огромными глазами, как будто вокруг не библиотека, а целая Вселенная. Часто шептала мне по вечерам:
Мама, я буду писать такие истории, что все захотят их читать
Я только улыбалась сквозь боль ведь знала, что весь её мир сжат до этих сумрачных углов. Но читать я её научила на старых детских книжках, которые находила в списанном. Она садилась на пол с потрёпанной книжкой и улетала мыслями далеко-далеко, пока на плечи ложился тусклый свет.
Когда ей исполнилось двенадцать, я решилась попросить Семёна Сергеевича о почти невозможном:
Пожалуйста можно дочь хоть иногда в читальный зал? Она очень любит читать. Я ещё больше поработаю, даже из зарплаты своей добавлю.
А он только усмехнулся:
Читальный зал для читателей. Не для детей уборщиц.
Так и продолжили мы с ней по-старому: читала она только в архивах, не жаловалась, молчала.
Уже к шестнадцати годам Варя писала такие рассказы и стихи, что даже на районных конкурсах начала побеждать. Преподаватель из университета как-то сказал:
Девочка-то у вас настоящая находка! В ней голос целого поколения.
Он помог нам найти гранты, собрал рекомендации. Так Варя и поступила на литературную программу при университете в Санкт-Петербурге.
Когда я сообщила об этом Семёну Сергеевичу, он даже брови поднял:
Подожди так это твоя та самая с архивов?
Я кивнула:
Да, моя. Та, которая выросла, пока я у тебя тут всю жизнь за метлой
Варя уехала, а я всё мыла полы, будто бы невидимая. А потом жизнь круто повернула.
С библиотекой случилась беда город стал урезать финансирование, народ почти не ходил, заговорили о закрытии.
Да кому сейчас, мол, нужна эта пыльная махина только и слышала я на совещаниях.
Но тут из Санкт-Петербурга приходит письмо:
Меня зовут доктор Варвара Петрова. Я писательница, академик. Я помогу и очень хорошо знаю эту библиотеку.
В день, когда она появилась высокая, уверенная, настоящая леди никто в ней не узнал ту девочку с архивных уголков. Она подошла прямо к Семёну Сергеевичу:
Когда-то вы сказали, что читальный зал не для дочек уборщиц. Сегодня библиотека в руках одной из них.
И этот строгий человек вдруг задрожал всем телом, слёзы пошли по щекам:
Прости я не знал
А я знала, улыбнулась она, и прощаю. Мама научила: слово может изменить жизнь, даже если его никто не слышит.
Благодаря Варе за считанные месяцы библиотека преобразилась: появилось море новых книг, кружки для школьников, бесплатные литературные вечера, культурные проекты. Варя и копейки не взяла за свой труд. Только оставила мне записочку:
Библиотека когда-то считала меня тенью. Теперь я иду по её залам с гордо поднятой головой не ради себя, а ради всех мам, которые убирают, чтобы их дети однажды написали свою историю.
Вскоре Варя построила мне маленький домик со светлой личной библиотекой, свозила меня к морю, познакомила с городами, которые я знала только по книгам её детства.
Теперь я сижу в обновлённом читальном зале, где дети громко читают свои любимые истории под большими окнами, которые она заказала поставить. И каждый раз, когда слышу по радио имя доктор Варвара Петрова или вижу её фамилию на обложке улыбаюсь. Когда-то я была просто женщиной с тряпкой.
А теперь мама той, кто вернула нашему городу его рассказы.
