Годами у меня с мамой были сложные отношения, но я даже представить не могла, что все зайдёт так далеко. У меня двое детей — дочка 9 лет и сын 6 лет. Я живу с ними одна после развода, всегда была ответственной, трудолюбивой и заботливой матерью, но мама постоянно твердит, что «я не гожусь». Каждый её визит — это проверки: она открывает холодильник, ищет пыль, ругается, если бельё сложено не так, как ей нравится, или если дети не достаточно тихие. На прошлой неделе она пришла «помогать», потому что сын простудился, и сказала, что останется на два дня. В один из дней, пока она вышла в магазин, я искала чек в шкафу под телевизором… И тогда увидела: чёрную толстую тетрадь с красным разделителем. Я подумала, что это моя — куда я записываю расходы, — но нет. Почерк был её. А на первой странице было написано: «Регистр — на случай необходимости обращения в суд.» Я открыла дальше… и увидела точные даты и список того, что, по её мнению, было «моими безответственными поступками». Например: • «3 сентября: дети ели разогретый рис.» • «18 октября: дочка легла спать в 22:00 — слишком поздно для её возраста.» • «22 ноября: в гостиной лежало бельё для складывания.» • «15 декабря: она выглядела уставшей — неподходящее состояние для воспитания детей.» Каждое моё действие и детали дома она фиксировала как будто это преступление. Были даже выдуманные вещи: «29 ноября: оставила ребёнка одного на 40 минут.» Чего никогда не было. Но дальше — ещё страшнее: раздел «Запасной план». Там были записаны имена тёть, которые, по её задумке, могли бы «подтвердить», что я живу в стрессе — хотя они такого не говорили. Были распечатаны мои сообщения с просьбой не приходить без предупреждения — она хранила их как «доказательство», что я «отталкиваю помощь». Был даже пункт о том, что если она сможет «доказать», что я неряшливая или неорганизованная мать, то может подать на временную опеку для «защиты детей». Когда она вернулась из магазина, я дрожала. Я не знала, как себя вести: поговорить с ней, промолчать или убежать. Я вернула тетрадь на место. В тот же вечер она как бы невзначай сказала: «Может быть, детям было бы лучше с кем-то более организованным…» И тогда я поняла: эта тетрадь — не внезапная прихоть, а план. Чётко организованный, продуманный, целенаправленный. Я не сказала ей, что нашла её. Знаю, что она всё отречёт, обвинит меня, и ситуация только усугубится. Я не знаю, что делать. Мне страшно. И мне очень больно.

Долгое время отношения с мамой складывались весьма напряжённо, но я не мог себе представить, что всё зайдёт настолько далеко. У меня двое детей девочка Кира, которой 9, и мальчик Саша, ему 6. Я живу с ними один, после развода, и, несмотря на то что всегда был ответственным, трудолюбивым и очень заботливым отцом, мама всё время твердит, что «я не годен для воспитания детей». Каждый её визит в мою квартиру превращался в целое расследование она открывала холодильник, проверяла пыль на полках, ругала, если вещи были не так сложены, как ей хотелось, или если дети не сидели молча во время её визита.

Неделю назад она пришла «помогать» у Сашки была простуда. Сказала, что останется дня на два. Однажды днём, пока она ходила в магазин за продуктами, я искал чек в тумбочке у телевизора и вот что обнаружил: толстую чёрную тетрадь с красной закладкой. Сначала подумал, что это моя я ведь часто записываю расходы но оказалось, что это не так. Почерк маминых записей был узнаваем. На первом листе ёмко было выведено:

«Регистр на всякий случай, если потребуется действовать по закону».

Я пролистал дальше и перед глазами встали тщательно записанные даты с описаниями того, что, по её мнению, говорило о моей «безответственности». Например:
«3 сентября: дети ели разогретую гречку».
«18 октября: Кира легла спать в 22:00 слишком поздно для её возраста».
«22 ноября: В зале были неубранные вещи».
«15 декабря: Видел сына уставшим недопустимо для воспитания детей».

Каждый мой шаг, любая мелочь в доме всё она превращала в строки тетради, словно фиксировала преступления. И были явные выдумки:
«29 ноября: Оставил ребёнка одного на 40 минут».
Этого никогда не было.

Но ещё ужаснее был следующий раздел «Резервный план». Там по списку шли имена тётушек, которые якобы могут «подтвердить», что я живу на нервах, хотя они никогда ничего такого не говорили. Она даже сохранила распечатки сообщений, где я просил её заранее предупреждать о визите, поскольку могу быть занят эти диалоги она использовала как якобы «доказательства» того, что я «отталкиваю помощь».

Там же был параграф о том, что если она сможет «доказать», что я неорганизованный отец, то попытается оформить временную опеку над детьми «для их же безопасности».

Когда она вернулась из магазина, я весь дрожал. Не знал поговорить с ней, промолчать или просто уйти. Аккуратно положил тетрадь обратно.

В тот же вечер она как бы между делом бросила:
«Может, детям будет лучше с кем-то более собранным»

Тогда я понял: эта тетрадь не просто сиюминутный порыв это план, составленный заранее. Холодный, продуманный, чёткий.

Я ничего ей не сказал. Знаю, если скажу она всё опровергнет, обвинит меня, всё перевернёт с ног на голову, и ситуация станет только опаснее.

Я не знаю, как быть дальше.
Мне страшно.
А боль от этой преданности родного человека пронизывает до самой глубины.

В этот вечер я понял даже с родными людьми приходится быть осторожным и защищать себя, если вдруг доверие утрачено.