Слушай, как-то раз жил-был в деревне один мужик, у него было три дочки. Старшие Олюшка и Маруся прямо красавицы, все на селе глаз с них не сводили, а младшая, Настенька, была тихой, худенькой, да с горбиком на спине. Зато глазенки у неё такие искрятся, аж за душу берёт увидеть. Ни в поле толком не помочь, ни по дому за сёстрами не угнаться силёнок ей не хватало.
У Олюшки с Марусей женихи прямо очередями стояли, сваты чуть не каждый вечер приходили. А Настеньку даже разглядеть никто не хотел. Ну и сёстры стали между собой договариваться: мол, пока Настеньку не выдадим, сами замуж не пойдём!
Время идёт, а женихов для Настеньки хоть шаром покати. Сёстры уж её и наряжают, и румянцем натирают, а всё без пользы. Подруги начали посмеиваться: пока, дескать, с младшей возиться будете, сами вечными невестами останетесь.
Настенька эти разговоры слушала, а сердцу тяжко не за себя обидно, а за любимых сестричек. И вот однажды решила она: не мешать, мол, чужое счастье, уйду из дому, пусть сёстры замуж поскорей выходят. Пойду в Киев на заработки, вдруг найду к себе дело.
Дождалась ночи, когда все улеглись, собрала скромный узелочек да и вышла босиком за порог.
Шла Настенька всю ночь, луна светлая, дорога ровная, не страшно, только до леса дошла тут сердце застучало: а вдруг волк, а вдруг медведь? Но пошла всё равно тропинкой, ноги сами несут.
Под утро устала, а до Киева было ещё далековато. Присела отдохнуть под лещинкой, положила узелок под голову, укрылась платочком и заснула. Не знать, сколько проспала проснулась от стука топора. Только Настя привстала, а рядом бах, дерево свалилось! Она в испуг, а навстречу дед идёт, невысокий, крепкий, в старом армячке, а борода как снег.
Дед молвил ей: Не бойся, внученька, дурного не сделаю.
Настя в ответ: А кто вы будете, дедушка? Еле жива испугалась!
Я, говорит, лесник. Здесь я рядом живу, деревья больные валю. А ты чего одна ночью по лесу?
Настенька всё ему рассказала про беду свою. Дед послушал, бороду погладил, прищурился:
Баба ты добрая, сердечная. Оставайся у меня в избушке, внучкой мне будешь. А коли захочешь сам тебя потом до города провожу.
Обрадовалась Настенька и осталась с ним жить. Дед с утра в лес ходит, Настя по хозяйству да у порога двор метёт: дел-то в избушке немного, тут она справлялась.
Лесник был человек добрый, весёлый, не счесть былых сказок да баек. Постепенно стал Настеньку учить: что за трава когда берётся, как сбор вести, да как настои делать, чтобы от хвори исцелять. Много Настя от него переняла, ничего дед не скрывал за всю жизнь, что знал, всё ей передал.
Пришёл, наконец, деду смертный час. Заплакала Настя, а старик ей не горюй, внучка, время у каждого своё. Похоронишь да домой ступай. Людям помогай, как я лесу помогал. Настя поплакала, деда достойно похоронила. Пора ей стало и отправилась обратно в родную деревню.
Возвращается, а Олюшка с Марусей уже за мужьями, за братьями, живут в большом доме в чертеже. Настю в светёлочку выделили, вместе дружно стали жить. Настя сестрам помогает: чем грядку удобрить, как скотину отлёжить, чем простуду вылечить всему её лесник научил! Урожаи у сестёр, скотина здорова, дома никто не болеет живут да радуются.
Как узнали в селе, что Настя знахарка, пошли к ней за советом: и стар, и млад. Всем помогала, никому не отказывала, платы не брала, кто что принесёт: кто яиц, кто рушник, а кто совсем беден даром лечила.
А в той деревне была ведьма старая Мотрёна по прозвищу Кружилиха. Люди её побаивались, хоть и знатная ворожка. Как Настенька за людей взялась, так все к ней и пошли, а мимо Кружилихиной избы теперь только стороной. Осерчала ведьма, решила Настеньку обхитрить.
Приходит:
Здравствуй, Настя Павловна, моя ты голубушка!
Здравствуй, бабушка, радушно отвечает Настя.
Ох, что-то рука у меня опухла, ни пить, ни есть не могу
Настя усадила старую, осмотрела обе руки:
Нет у тебя боли, бабушка, путаешь, видать.
Всё равно легче стало поболтать с тобой, спасибо, малая. Вот тебе подарок зеркальце, себя любоваться.
Спасибо, бабушка, да доброе слово куда крепче дурного, отвечает Настя.
А Кружилиха на зеркальце шептала, сглаз накладывала Проходит время, а у Настеньки и горбок исчез, и походка лёгкая стала. Люди любовались, а она ещё больше стала хорошеть. А бабка видит: ничего не выходит, возвращается и притворяется спина болит Настя ей трав, кореньев дала, а та новый подарок гребешок, мол, красотою дорожи.
Спасибо, бабушка, отвечает Настя, пусть всё по твоей доброте будет.
А время идёт Настя всё краше, волосы гуще, лицо румянее. А Кружилиха совсем ослабла, лежит стонет. Зовёт Настю:
Придёшь хоть в последний раз взгляну
Сёстры отговаривали, мол, не ходи, ведьма она, чёрной магией балуется!
А Настя говорит:
Не боюсь! Пусть утро вечер мудренее.
Наутро умылась росой, одела новое платье, собрала в корзинку гостинцев: мёд липовый, яблоки садовые, травы целебные. Сёстры ахнули от её красоты и правда, будто в девушке свет засиял.
Пошла Настя к избе ведьмы. Хотела калитку открыть, а та захлопнулась и держит. За забором слышится шум будто сам черт топочет, да из печи такой грохот, что изба вот-вот рухнет.
Настя стучит:
Бабушка, пусти! Я тебе гостинцев принесла!
А изнутри коровье мычание, собачий лай, вороньё сбилось у окон, дым чёрный, страшный заволок крышу.
Люди у ворот собрались, глазам не верят! Дом стал чернеть, вспыхнул, но огня нет, а только дым да копоть. Как солнце выглянуло, всё исчезло: ни избы, ни Кружилихи, вместо избы и след простыл, только кустики малины на пепелище взошли.
Долго помнили тот день в деревне. Настя стала самая красивая, добрая хозяйка, и вскоре парень нашёлся из той же деревни, да хозяйственный, работящий. Поженились в мире да в честности жили, сестры душой радовались за младшую, мужья с ними ладили.
А на месте Кружилихиной избы малина разрослась ягода крупная, душистая, сколько ни собирай не убывает. Люди шли всей деревней, стали и место то Малиновкой звать.
Вот так, друг, молва и идёт: доброе слово не тонет, добрая душа всегда дорогой светлой ведёт, а чёрное зло к своему вину возвращается.
