Навстречу новому сновидению
Мама, мы здесь как будто на дне забытых морей, в самой глубине глуши! Не город, а сон о скуке, тянула песню Варвара, возвращаясь из местной булочной, где кофе больше напоминал кисель из овса.
Варюш, я же тебе тысячу раз говорила: тут наш космос, тут мои воспоминания склёканы, я никуда не отправлюсь, отвечала мама, величаво развалившись на старом диване, уткнув валики под икры и называя это «поза Ленина-на-прогулке».
Опять про корни! Мама, ну что ты как свёкла в погребе на зиму засыпаешь? Пройдёт год, другой, вырастет новый колорадский жук и скажешь, что он мне теперь отец!
Мама, бросив взгляд на отражение в отполированном до блеска трюмо, приценилась:
Отличная у меня ботва! Ближе к весне, может и порадует ещё…
Пока не завяла, определяйся репка ты, тыква или, может, картофелина!
Дочь, если так мечешься, езжай сама в Петербург или Москву. Свой паспорт свободный человек, воля тебе по закону дана. Зачем я тебе тут? тяжело вздохнула мама.
За совестью, мамуля! Кто тебя тут на подоконнике поливать будет да чаёк тебе варить, как не я?
Интернет есть, полис в кармане, да и какой-нибудь таракан найдётся в нужный момент. Тебе-то легче молодая, в TikTok шаришь, молодежь тебя ещё не пугает, а мне только и осталось, что мечтать о царстве Ивана Купалы.
Мама! Да ты шутишь, как мои знакомые, и тебе всего сорок от роду…
Ну зачем ты о возрасте?! С цифрой на лбу меня не поздравляй!
По-кошачьи тебе пять, и никаких волосков седых!
Вот видишь, простила, улыбнулась мама.
Мама, ну прыгай давайте в этот синий поезд и помчимся, пока нас тут мхом не заросло! Дома у нас остались в прошлой жизни, а впереди неведомая столица!
Варя, месяц назад я выбила, чтобы фамилию в платёжках писали как у людей! И поликлиника, и почта, и соседи, что навиду выложила мама свои тылы.
В Москве по полису примут всегда! Квартиру сдаём будет за что вернуться. Ты только выберись со мной, я тебе покажу, как на Невском жить, мечтать и в метро не потеряться.
Ох, говорил мне врач на УЗИ, мол, не даст дочь мне покоя Так и вышло, экстрасенсом стал, не шутник. Ладно, поехали Только если не срастётся, отпустишь меня обратно без валидола!
Честное слово, пообещала Варя.
Отец твой в загсе то же самое говорил Но ладно в путь!
***
Не размениваясь на Тверь или Нижний, Варвара с мамой сразу взяли билеты до Москвы. Сняли все свои сбережения в сберкассе одолженная у прабабушки отложка, несколько купюр со свадьбы, трёхлетние рубли с шуршащими уголками и смахнули их на аренду микроквартиры на окраине, меж прокуренного рынка и автовокзала. Заплатили хозяйке вперёд за четыре месяца, и уже на следующий день поняли, что деньги мираж: были и нет.
Варя шагала по столице как во сне: ни секунды не потратила на распаковку пакетов сразу бросилась исследовать странные клубы, художественные тусовки, ночные кинотеатры, и даже заглянула в таинственные дворы-колодцы. Она быстро заговорила с акцентом проспекта Мира, научилась есть эспрессо без сахара, оделась в секонд-хенде, как будто всю жизнь жила на Патриках, а не во сне из картофельной ботвы.
Мама между тем просыпалась только после утреннего корвалола и засыпала под радиошум. Какая тут Москва! Побродив вдоль промозглого ветра и билбордов, она открыла сайт вакансий и увидела: ставки московские со своими фокусами заплатят за месяц, но кормят надеждами и пельменями. Перебрав пару вариантов, без помощи гадалки поняла максимум полгода потянем, потом снова в Подволочкино.
Никакая критика дочери не трогала её упрямо пошла работать поваром в частную гимназию, а по вечерам, как капитан затонувшего корабля, отмывала посуду в уличном кафе.
Мама, ну ты опять у плиты! Мы же для этого уезжали? На дизайнера бы училась, на бариста, ну хоть на логопеда! В метро катайся, кофе пей, инстаграм веди, приглашала Варвара.
Варя, я пока учиться не готова. Ты за меня не тревожься, я тут как-нибудь, переварюсь, махнула рукой мама.
Варя, украдкой мечтая о другой жизни матери, устраивалась в кафе, где за неё платили бывшие уральцы и новосибирские студенты. Открывала в себе необычные эзотерические возможности, как советовал ей популярный таролог с YouTube. Вечерами разговаривала о великих доходах, но откладывала решение, не заводила себе ни работу, ни любовные связи. Город и девушка должны были слиться во снах.
Через четыре месяца мама уже сама платила за квартиру, утюжила мантии школьников, отмылась от посуды и поварёшками командовала ещё в одном филиале. Варя перепробовала онлайн-курсы, сходила на кастинг на радио, снялась в массовке неясного фильма и недолго гуляла с двумя чудаковатыми музыкантами один оказался знаменитым котом, другой настоящим ослом, но оба были лишь фигурами из ночного бреда.
***
Мам, может, сегодня никуда? Пиццу закажем, посмотрим советский фильм? Я такая усталая, будто весь день карасей чистила, зевнула вечером Варя, раскинувшись на диване в маминой позе.
Ты закажи! Я тебе рубли на карту кину. Мне ничего не надо, я не успею оголодать, мама собиралась, тщательно водя кистью в зеркале по щекам.
Куда это ты? Варя недоверчиво уставилась в мутное стекло.
На ужин позвали, щекотно рассмеялась мама, будто школьница.
Кто звал? Варя ощутила неопределимый укол тревоги.
Из школы пришли проверяющие, я их биточками накормила, какими ты в детстве давилась, а председатель комиссии, сам понимаешь, без котлеты не уйдёт, с хитринкой сказала мама. Вот он кофе пригласил выпить. А потом ужин у него дома…
Мама! С ума сошла? К чужому мужику? На ночной ужин?!
А что тут такого? Я взрослая, ему сорок пять, и он холост, и главное не жук, а мужчина. Мне всё сейчас приятно
Ты так говоришь, словно всё равно, кто по другую сторону стола сидит лишь бы ужин был!
Это только ты в своих снах суждения строишь! Ты же сама меня в столицу тянула, чтоб я не впустую проживала!
Возразить невозможно. Варя впервые увидела, что они будто бы поменялись ролями: мама стала молодой, а она печальной старушкой. Она заказала огромную пиццу и до самой полуночи в одиночестве жевала обиду.
Возвращаясь домой, мама светилась, словно московские окна в предутреннем тумане.
Ну и как? не глядя, спросила Варя.
Замечательный жу то есть мужчина, и наш, родной! смеясь, скрылась в душе мама.
И начались чудеса: мама пошла на свидания, в театр, на стендап, джазовые вечера, обзавелась библиотечной картой, вступила в чайный клуб, приписалась к местной поликлинике. Через полгода курсы повышения, первые дипломы, новые рецепты.
Варя и сама не стояла. Она подалась устраиваться в крупную компанию, прошла шесть собеседований, но должности ускользали из рук, как сон после рассвета, а новые друзья исчезали, когда заканчивались их денежные переводы. Варя стала бариста, а через пару месяцев ночным барменом.
Рутина затянула, синяки под глазами заплясали казачий танец, вечерние разговоры с пьяными гостями пахли чёрным хлебом и безнадёжностью. Любовные намёки походили на неумелые попытки сложить оригами из салфеток в тёмном углу. В конце концов всё это надоело Варе до дрожи.
Мама, ты была права Тут не для меня. Прости, что вытащила тебя из тихого болота. Нужно возвращаться, объявила Варя, едва переступив порог после ночной смены.
Возвращаться? Куда? спросила мама, уже собирая чемодан.
Домой, мама! Туда, где почта знает наше имя и поликлиника за углом. Всё здесь не про меня, метро давит, кофе как золотой слиток, в людях только надменность. Я уезжаю.
Я не поеду. Я уже тут укоренилась, мягко сказала мама и взглянула в Варины позёмчатые глаза.
А мне тут тесно! Ничто не держит: друзья старые там, свой угол, а тут всё чужое Ты ведь вещи собираешь?
Я переезжаю к Евгению, неожиданно выдохнула мама.
В каком смысле переезжаешь?!
Думаю, ты уже устроилась, сама теперь можешь жить. Варя, это самый настоящий твой подарок у меня здесь появилась жизнь! Спасибо за новый старт… сказала мама нежно, расцеловав дочь, а та лишь промолчала.
Мам, как же я без тебя?.. Кто мне чай будет наливать, пироги печь?
Полис страховой, интернет, зарплата ну и обязательно появится свой таракан, усмехнулась мама.
Ты меня бросаешь, что ли?! Вот так просто?
Не бросаю, но ты же обещала без скандала меня отпустить.
Помню Давай, ключи!
В моей сумке. Только у меня просьба бабушку не забудь, она тоже собирается переезжать. Я уже всё ей объяснила Тут на почту оператор требуется, а бабушка нашу почту с трёх лет с маком ела. Даст бог и она наш клуб заведёт, пока ботва не завяла.
