Я ТЕБЕ НАПОМНЮ
Марья Сергеевна, вот тут завиток никак не выходит, тихо пробормотал второклассник Артёмка, показывая кисточкой на непослушный, загибающийся не туда зелёный листочек своего нарисованного цветка.
Ты, милый, на кисточку послабее нажимай Вот так веди акварель легонько, будто перышком по руке. Вот и хорошо! Посмотри, какой красивый завиток! Молодчина, Артём! одобрительно улыбнулась пожилая учительница. А для кого такую красоту рисуешь?
Для мамы! широко улыбнулся мальчишка, победивший упрямый листок. У неё сегодня день рождения! А это мой подарок! в голосе после похвалы стало ещё больше гордости.
Ох, повезло твоей маме, Тёма. Не закрывай альбом, пусть немного подсохнет. А когда домой придёшь аккуратно оторви листок, чтобы не смазать. Маме понравится, увидишь!
Марья Сергеевна ещё раз взглянула на чёрную макушку, склонившуюся над альбомом, и, улыбаясь своим мыслям, пошла к учительскому столу.
Вот уж подарок! Давно матери не получали таких замечательных рисунков. К живописи у Артёма определённый талант надо обязательно позвонить его маме, предложить художественную школу. Дар нельзя впустую тратить.
А заодно уж и спросить давнюю ученицу, порадовала ли её работа сына? Марья Сергеевна сама глаз не могла оторвать от цветочных завитков на бумаге будто вот-вот зашелестят эти листья, оживут.
В мать Артём явно пошёл! Лариса в его годы тоже чудесно рисовала
*****
Марья Сергеевна, это Лариса, мама Артёма Котова, раздался вечером в квартире учительницы телефонный звонок, Звоню предупредить, что Артём завтра не придёт, заявила молодая женщина строгим голосом.
Здравствуй, Лариса. Что случилось? спросила Марья Сергеевна с волнением.
Ох, случилось! Весь день рождения мне испортил, негодник! вдруг вспыхнула в трубке Лариса. Теперь с температурой лежит, скорая только что уехала.
Постой, Лара, как температура? Он ведь здоровый из школы шёл, подарок тебе нёс…
Про эти кляксы вы? Вот сюрприз нашла!
Какие ещё кляксы, Лариса? Он ведь целые цветы для тебя нарисовал! Я хотела поговорить предложить художественную школу…
Я не знаю, что там должно было быть, но на этот блохастый комок я никак не рассчитывала!
Комок? окончательно растерялась Марья Сергеевна. Послушав воспалённые объяснения на том конце провода, она только все сильнее хмурилась. Лариса, позволь, я к вам зайду? Я рядом, надолго не задержусь
Спустя несколько минут, согласие бывшей ученицы получено, и Марья Сергеевна, прихватив из старого серванта пухлый альбом с пожелтевшими фотографиями и детскими рисунками из самого своего первого класса, уже выходила из подъезда.
На светлой кухне кавардак. Лариса убрала недоеденный торт и посуду, и начала торопливо рассказывать:
Как Артём пришёл домой весь в грязи, с рюкзака и куртки вода и песок текут Как вытащил из-под свитера насквозь мокрого щенка, пахнущего помойкой. Полез за ним в яму с талой водой там чужие ребята его оставили! Учебники испорчены, альбом заляпан ни одного цветка не разобрать. Температура под сорок за час поднялась.
Гости все разошлись, торт никто не попробовал, а из скорой врач мать за неусмотренность отругал
Забрала я его обратно, на свалку ту, когда Артём уснул. А альбом сохнет на батарее теперь там вообще ничего не видно, вода всё размыла! раздражённо фыркнула Лариса.
И не видела Лариса, как с каждым её словом Марья Сергеевна становилась всё мрачнее. А когда услышала учительница про щенка и вовсе посуровела. Провела рукой по испорченному альбому и спросила негромко
Про зеленые завитки, про ожившие цветы она вспомнила. Про усердие детское и смелость, не по возрасту. Про мальчишеское сердце, что не стерпело чужой жестокости. Про тех негодяев, что животину в яму кинули
Потом поднялась, взяла Ларису за руку, повела к окну:
Вот она, эта яма, показала. В ней не только щенок мог утонуть Тёма туда мог угодить. Но разве он думал об этом? Может, только о цветах на листе, чтобы не помять?
Ты забыла, Лариса, как в девяностых на скамейке у школы горько плакала над подобранным котёнком? Как всем классом его гладили и маму твою дожидались? Как домой идти не хотела, роптала на родителей, когда «комок блохастый» за дверь выставили? Хорошо хоть, вовремя опомнились
Я тебе напомню! И Тишку твоего, и ушастого Мухтара, дворнягу, что до университета с тобой бок о бок бегал, и раненного галчонка из живого уголка
Марья Сергеевна достала из альбома старую фотографию: хрупкая девочка в школьном фартуке держит у груди пушистого котёнка, а рядом одноклассники со счастливыми лицами. Спокойно, но твёрдо добавила:
Я тебе доброту напомню. Что в сердце твоём вопреки всему цвела разноцветно
За снимком опустился детский рисунок на нём маленькая девочка с котёнком в обнимку держится за мамину ладонь.
Будь моя воля, строже продолжала Марья Сергеевна, я бы этого щенка вместе с Артемом расцеловала бы! А эти «кляксы» в раму бы поместила. Нет для матери подарка дороже, чем вырастить сына человеком!
И уже не замечала она, как меняется выражение лица Ларисы: тревога, внимание, отчаянье. Рука у Ларисы дрожала, губы побелели от волнения.
Марья Сергеевна! Дорогая, приглядите за Артёмом немного. Минут десять, я прошу! Я быстро, честно!
Под пристальным взглядом учительницы Лариса поспешно надела пальто и выбежала из квартиры.
Не разбирая пути, она побежала к дальней помойке, не жалея мокрых ног, зовя, заглядывая под коробки, шаря в мусоре всё оглядывалась на дом Простит ли сын?
*****
Тёма, это кто у тебя нос в цветы сунул? Не Дикуша ли твой?
Он самый, Марья Сергеевна! Похож?
Очень похож! Глянь, и пятно белое звёздочкой на лапе заметно. Как вспомню, как мы с твоей мамой лапы ему мыли весело рассмеялась учительница.
А я теперь сам каждый день лапы мою! гордо сказал Артём. Мама говорит: раз друг заботься! Она даже миску специальную купила.
Хорошая у тебя мама, улыбнулась Марья Сергеевна. Опять ей подарок рисуешь?
Да! Хочу в рамку вставить. А то у неё сейчас там кляксы висят, а она на них смотрит и всё улыбается. Разве можно так, Марья Сергеевна?
Кляксам? усмехнулась учительница. Если они от чистого сердца почему бы и нет! Ну а как дела в художественной школе? Получается?
Ещё как! Скоро мамины портреты начну писать. Обрадуется! Темка порылся в рюкзаке, достал листок. Это от мамы. Она у меня теперь тоже рисует.
Марья Сергеевна развернула лист, нежно погладила мальчика по плечу.
На белой бумаге радостно сиял Артём, положив руку на собаку с умным взглядом. Справа светловолосая девочка в старой школьной форме, прижимавшая к себе пушистого котёнка
А слева, за учительским столом, с доброй улыбкой и мудростью в живых глазах, смотрела она Марья Сергеевна.
И в каждом штрихе рисунка чувствовалась нежность и огромная материнская гордость.
Учительница утерла слезу и вдруг светло улыбнулась: в самом уголке листа, среди цветных завитков, красовалось всего одно слово: «Помню».
