Накопала я в старой квартире в Москве, когда вдруг наткнулась на мамин дневник. Пролистав его, я наконец поняла, почему всю жизнь меня держали в стороне от брата и сестры.
С детства я чувствовала, что чтото не так. Как будто я кусок пазла, который попал не в то место картины семейного уюта. Мой старший брат Максим и младшая сестра Ольга, казалось, будто бы сшиты в один клок с мамой. Для них у мамы всегда находились ласковые слова, терпение и забота.
А для меня холодный отстранённый взгляд, который врезался в детскую душу, будто ножом. Я никогда не понимала, почему так, и годами придумывала себе всевозможные объяснения.
Может, я не соответствовала её ожиданиям? Может, я гдето ошиблась? Эти вопросы преследовали меня всю жизнь, пока в один из вечеров я не нашла нечто, что навсегда изменило моё восприятие семьи.
Мама скончалась несколько месяцев назад. Только сейчас я собрала в себе достаточно сил, чтобы привести в порядок её вещи. Брат и сестра занялись бумагами, официальными делами. Я же взялась за самую деликатную часть просмотр личных мелочей, к которым никто не хотел прикасаться.
Шкаф, набитый старыми платьями, всё ещё пахнул теми духами, что мама так любила. Я трогала ткань с болью, вспоминая холодные вечера детства, когда я жаждала её близости, а получала лишь холодный взгляд и тихое «Сейчас нет времени».
В глубине ящика я нашла то, чего совершенно не ожидала пыльный блокнот, переплетённый лентой. Осторожно раскрыв его, я почувствовала, как сердце ускорилось. На первой странице было написано лишь имя «Ксения», и год 1978. Год моего рождения.
Первые страницы были полны юношеских мечтаний, банальных записей о буднях. Я читала их с смесью грусти и любопытства. А когда дошла до осенних записей, земля будто удалилась изпод ног.
«Сегодня я сказала Сергею, что беременна. Он молчал долго, потом бросил лишь: Не могу, Ксюша. У меня же семья. Я ничего тебе не обещал. И ушёл, оставив меня одну на лавочке в Парке Горького. Я думала, что умру от отчаяния. Как я расскажу об этом мужу? Как объясню детям?»
Читала я дальше, всё более потрясённая. Каждый запись открывала правду, которой подсознательно боялась всю жизнь. Отец, которого я знала, не был моим биологическим папой. Мужчина, в которого мама влюбилась безответно, отверг её, оставив одну. Их брак, хоть и выстоял, оказался уже помеченным моим приходом в мир.
«Я родила девочку. Когда смотрю на неё, вижу его лицо. Не знаю, смогу ли я когданибудь любить её так, как остальных детей. Она живой доказательство моей слабости, моего стыда. Каждый её взгляд боль».
Я перечитывала эти строки раз за разом, не в силах сдержать слёз. Внезапно я поняла, почему мама всегда была ко мне иной. Я была невольным напоминанием о её самой большой ошибке, о любви, которая так и не сбылась. Она не могла отделить боль от ребёнка, которого сама принесла в мир.
Я долго сидела в её комнате, блокнот на коленях, плача над тем, что случилось с нами обеими. Ощущала гнев, обиду, печаль и, прежде всего, огромную потерю за все те годы, когда вместо любви я получала лишь безразличие. Но впервые в жизни я тоже испытала к ней сочувствие. Как же ей пришлось страдать, скрывая эту тайну столько лет?
В последующие дни я начала смотреть на свою жизнь иначе. Всегда боялась отторжения, не верила, что заслуживаю любви теперь знала причину. Моя мать носила в себе обиду, которую проецировала на меня, даже не осознавая этого. Это открытие заставило меня переосмыслить, кто я на самом деле дочь, которую не хотели, или женщина, способную любить, несмотря ни на что?
Я решила поговорить с братом и сестрой. Рассказала им о дневнике. Они были в шоке. Максим обнял меня, Ольга расплакалась. Они признались, что всегда чувствовали, что со мной чтото не так, но не могли назвать это. Их любовь ко мне не изменилась возможно, даже стала сильнее.
Сегодня, хоть раны ещё свежи, я свободна от вопроса «почему?». Я знаю, что мама никогда не смогла преодолеть собственную травму. Я простила её, потому что понимаю, как тяжело носить в себе секрет, который всё время кровоточит. Я сама решила, что не позволю прошлому определять оставшуюся часть моей жизни. Я начала терапию, пытаюсь заново построить своё чувство ценности. Учусь любить себя, чего никогда не знала раньше.
Ведь даже если я пришла в мир по чужой ошибке, моя жизнь стоит столько же, сколько жизнь любого другого человека. У меня есть право быть счастливой, принимать себя и любить так, как мама никогда не смогла меня полюбить.
А может, теперь, когда я знаю правду, я наконец научусь жить понастоящему без страха, без стыда, в согласии с самой собой.
