Я нашел младенца под березой и воспитал его как родного. Но кто бы мог подумать
«Что ты здесь делаешь?» Михаил Андреевич замер, не веря своим глазам.
Под старой березой, свернувшись калачиком на ковре из опавших листьев, лежал мальчик. Худой, лет четырех, в слишком легкой курточке, он дрожал, обхватив себя руками. Его испуганные глаза смотрели прямо на лесника.
Михаил огляделся ни души вокруг, только ветер шевелит сосновые иголки, да изредка хрустнет сучок. Осторожно присел на корточки, стараясь казаться менее грозным.
«Как тебя зовут, малыш? Где твои родители?»
Мальчик прижался к шершавой коре березы. Губы дрожали, но вместо слов срывался лишь тихий стук зубов.
«С Се Сеня», прошептал он наконец.
«Сеня?» Михаил протянул руку, но ребенок отпрянул. «Не бойся. Я тебе зла не сделаю».
Сумерки сгущались, температура падала, а мальчик все дрожал. Кто мог бросить его здесь? Ближайшая деревня за тридцать верст, да и дорога не близкая.
«Пойдем со мной», мягко сказал лесник. «У меня дом теплый, и еда есть».
При слове «еда» в глазах Сени блеснул интерес.
Михаил снял стеганый тулуп и, стараясь не испугать мальчика, накинул его на хрупкие плечи. Сеня не сопротивлялся.
«Ну вот», прошептал Михаил, подхватив Сеню на руки.
Легкий, как пушинка. Кости проступали под кожей видно, давно не ел.
Шли через лес, и дрожь в маленьком тельце понемногу утихала. Вскоре между деревьев показалась избушка покосившееся крыльцо, тонкая струйка дыма из трубы.
«Пришли», объявил лесник, толкая дверь ногой.
Запах сушеных трав и дыма встретил их внутри. Печь тлела, отбрасывая красноватые блики на грубый стол и лавку.
Михаил усадил Сеню на скамью, подбросил дров огонь ожил, осветив испуганное лицо мальчика.
«Согреешься», сказал Михаил, ставя чугунок на огонь. «Потом поговорим».
Мальчик ел жадно, временами давясь и кашляя. Михаил смотрел на него, и что-то старое шевельнулось в груди. Сколько лет прошло с тех пор, как он последний раз нянчил ребенка? Десять? Пятнадцать? С тех самых
Нет. Не сейчас.
«Откуда ты, Сеня?» спросил он, когда тарелка опустела.
Мальчик покачал головой.
«Мама Папа где они?»
Снова покачал головой, и по щекам покатились слезы.
«Я не знаю», прошептал он.
Михаил вздохнул. «Завтра надо в деревню, к Ивану Егорычу доложить. Ребенок просто так не пропадает наверняка ищут».
«А сегодня ночуешь здесь», решил лесник. «Завтра разберемся».
Уложил Сеню под старым, но чистым одеялом на лавке у печи. Мальчик свернулся калачиком, глядя настороженно.
Среди ночи Михаил проснулся от тихих всхлипываний. Сеня сидел на лавке, обхватив колени, и плакал беззвучно.
«Эй», позвал Михаил. «Иди сюда».
Похлопал рукой по кровати рядом. Мальчик замер, разрываясь между страхом и доверием. «Давай», мягко подбодрил его Михаил. «Не бойся».
Сеня осторожно слез с лавки и, сделав несколько неуверенных шагов, залез под одеяло к леснику.
«Спи», сказал Михаил. «Ничего тебе не будет».
Утром собрался в деревню. Задумался брать Сеню или оставить? А вдруг проснется один? Решил разбудить.
«Пойдем в деревню», сказал Михаил. «Надо найти тех, кто тебя потерял».
Сеня раскрыл глаза, мгновенно протрезвев.
«Нет!» впервые громко крикнул он. «Не уходи без меня!» сжал руку Михаила.
«Почему?» присел перед ним лесник. «Родители, наверное, ищут».
Сеня потряс головой, в глазах страх.
«Нет мамы», прошептал. «Нет папы».
Сердце Михаила сжалось он знал этот взгляд. Отчаяние того, кто потерял все.
«Ладно», после паузы сказал он. «Сегодня остаешься. Но завтра все равно пойдем. Понял?»
Мальчик кивнул, не отпуская руку.
Три недели спустя Михаил Андреевич наконец добрался до деревни.
Варили уху на костре, с картошкой, луком и лесными травами.
Огонь освещал их лица одно, покрытое морщинами, с седой бородой, другое юное, веснушчатое. Но глаза были одинаковые живые, серьезные, внимательные.
«Через неделю в школу пойдешь», помешивая уху, пробормотал Михаил. «Боишься?»
Сеня пожал плечами.
«Немного. А вдруг ребята смеяться будут?»
«Чему?» удивился Михаил.
«Что я в школу никогда не ходил. Что я не такой».
Михаил отложил ложку, притянул Сеню к себе и тихо сказал:
«Слушай: да, ты не такой, как они. Ты лучше». Ты с медведем в лесу встречался. Огонь одной спичкой разжигаешь. Знаешь, как пахнет земля после дождя.
А в первый класс идешь. Никто не знает, что там, пока не пойдет. Даже они.
Сеня поднял глаза.
«Правда?»
«Конечно», взъерошил его светлые волосы Михаил. «И еще правда: я всегда буду рядом. Всегда».
Первое сентября выдалось ясным. Сеня в новой рубахе и с рюкзаком ждал у двери. Михаил поправил воротник.
«Готов?»
Сеня кивнул. Вместе вышли на улицу, пошли к школе небольшое белое здание с флагом. Дети с цветами толпились у входа, родители фотографировали.
На пороге Сеня замедлил шаг.
«Папа», наконец сказал он, и Михаил замер, боясь спугнуть момент. «Ты меня здесь подождешь?»
«Конечно», хрипло ответил он. «Прямо здесь. Иди».
Сеня глубоко вдохнул и шагнул внутрь, слившись с толпой ребят. Михаил стоял, не двигаясь, глядя на белую дверь с нежной улыбкой. Легкий ветерок шевелил его волосы.
Его сын шел в школу, как и полож
