Я согласилась присматривать за ребенком своей лучшей подруги, не подозревая, что он сын моего мужа.
Моя близкая подруга Мария забеременела четыре года назад. Тогда у меня была спокойная жизнь: я была замужем, у нас с мужем Сергеем был уютный дом и надежность. Мария же осталась одна, без поддержки и определенности. Однажды она позвонила мне в слезах и сказала, что не знает, как справиться с ребенком: ей нужно работать, а оставить малыша не с кем. Она попросила меня о помощи, произнеся:
Ты единственный человек, которому я полностью доверяю.
Я согласилась не раздумывая мы дружили с самого университета. Сначала Мария приводила сына только на несколько часов, потом он стал оставаться у меня подолгу. Я кормила его, купала, укладывала спать на руки. Мой муж тоже был рядом: играл с мальчиком, носил его на руках, покупал ему игрушки. Мне всё казалось абсолютно естественным, даже трогательным.
Мария часто заходила к нам в гости. Иногда приходила на обед. Иногда я разговаривала с Сергеем на кухне, пока она оставалась в спальне. Мне это никогда не казалось странным. Я доверяла обоим. И не допускала даже мысли, что тут что-то не так.
Со временем стали происходить вещи, которые теперь кажутся очевидными. Мальчик был очень похож на моего мужа: тот же разрез глаз, тот же овал лица, даже улыбка одинаковая. Я прогоняла эти мысли считала себя подозрительной. Однажды, играя, ребенок назвал меня “мама”. Мария тогда засмеялась, сказала, что в этом нет ничего удивительного, дети часто путаются. Я отшутилась и больше не заостряла внимания.
Всё рухнуло в день, когда ребенок серьезно заболел: у него поднялась высокая температура. Мария была в другой городке, трубку не брала. Я испугалась и отвезла мальчика в больницу. Сергей был рядом. На приёмном покоя спросили данные отца. Никто напрямую не обращался к нему, но Сергей сам назвал свои полные фамилию, имя и отчество.
Я сразу всё поняла. Спросила его:
Почему ты назвал свои данные?
Он ответил:
Не знаю я волновался.
Но по лицу было видно, что он лжет.
Когда мы уже выходили из больницы, я остановила Сергея на парковке:
Этот ребенок твой?
Он сперва стал отрицать, убеждал меня, что у меня розыгрывает воображение, что я выдумываю. Но я настаивала, снова и снова задавала один и тот же вопрос. Он в конце просто опустил голову и замолчал. Этого молчания хватило.
В тот же вечер я позвонила Марии и попросила приехать. Когда она пришла, я прямо спросила:
Это сын моего мужа?
Мария начала плакать. Сквозь слёзы сказала: «Да». Её слова были:
Я никогда не хотела тебя обидеть.
Я ей ответила:
Ты позволила мне заботиться о ребёнке, не сказав правды.
Она призналась, что когда забеременела, Сергей попросил ничего мне не рассказывать. Мол, возьмёт на себя всю ответственность, но только без моего ведома. Так и получилось. Этот мальчик был почти всё время у меня в доме. Я о нем заботилась, платила за всё необходимое, укладывала спать, обнимала на ночь.
Той ночью я поняла всё: почему мальчик проводил у нас столько времени, почему Сергей никогда не жаловался на уход за ним, почему Мария мне так доверяла. Я была няней, сиделкой и почти матерью для сына моего мужа.
Что-то внутри меня надломилось.
В ту же неделю я подала на развод. И потеряла лучшую подругу. Вернуться к прошлому было уже невозможно.
Я понимаю, что ребенок не виноват. Но я не могла продолжать его видеть. Сейчас я живу спокойно, без предательства и лжи вокруг. Эта история научила меня самому главному: ценить искренность и не закрывать глаза на сигналы, которые посылает нам жизнь. Правда рано или поздно откроется, а самое важное быть верным прежде всего себе.
