Я свою материнскую повинность отгуляла
Да вы бы его ещё в приют сдали, как щенка! Удобно же заплатили и свободны как ветер! с ядовитым ехидством бросила Галина Сергеевна.
Елизавета, раздражённо поджав губы, с силой рванула молнию на чемодане. Бесполезно заело. Как и заевшая пластинка: свекровь всегда доставала эту тему, когда молодые собирались на отдых.
Мама, ну хватит, вяло попытался утихомирить Галину Сергеевну муж Елизаветы Никита. Ваня ведь тоже на отдых едет, просто к моим родителям, на дачу под Тверью. Там и воздух, и сад, и бассейн надувной, и парное молоко всё для него. Самое то в его возрасте.
Это не отпуск, а каторга! всплеснула руками свекровь. Ребёнку-то три года, ему родители нужны ежедневно! А вы что? В Москву собрались, по галереям бродить! А сын, значит, не заслужил культурного развития?
Елизавета, наконец, одолела молнию, выпрямилась и холодно встретила взгляд свекрови.
Сейчас ему музей не нужен, отчеканила она. Ему сейчас нужны режим, сон и горшок рядом, а не перелёты, смена поясов и блуждание по городам. Скажите, когда вы последний раз хоть по парку с внуком гуляли, Галина Сергеевна?
Я своё с Никитой отгуляла! гордо подняла подбородок свекровь. Везде его с собой таскала, и ничего! Главное других ставить выше себя, а не удобства искать!
Вот именно! почти крикнула Елизавета. Думайте о тех, кто будет слушать истерику вашего внука в самолёте или на экскурсии. Я уже не говорю про него три года. Такой отпуск только мучение. Всем!
Свекровь сжала губы и отвернулась.
Всё ясно, надоел вам сын, спихнуть бы побыстрее. Правду бы сказала.
Елизавета закрыла глаза и медленно сосчитала до ста. Если бы свекровь сама проходила через этот ад, по-другому бы заговорила. А она участия не принимает, только упрёки раздаёт.
Вот Елизавета помнила всё чётко после прошлой поездки глаз дёргался месяц.
…Это было прошлым летом. Решили, наивные, съездить к друзьям на дачу всего сто километров. Там у приятелей тоже ребёнок, площадка, сад. Всё казалось замечательным.
Но не тут-то было. Машина не завелась, а шашлык уже маринуется друзей жалко! Ловили билеты на «Ласточку».
Погода подвела под сорок жары. В вагоне не работал кондиционер, окна настежь, толку мало людей тьма, духота. Ваня капризничать начал через десять минут сначала заныл, потом пожаловался на жару, потом полез бегать по вагону.
Пусти! орал, вырываясь из рук Никиты. Хочу туда!
Ванечка, там люди сидят, нельзя, шептал Никита, краснея и мучаясь.
Не хочу сидеть! Ааааа!
Голодный крик сына заглушал даже грохот колёс. Сочувствие в глазах пассажиров быстро сменилось злостью, через полчаса одна дама сделала замечание Ваня махнул соком, облив и маму, и себя, и строгую тётку.
Скандал удался на славу: тётка орала, Ваня ревел из-за утраченного сока, Елизавета, чуть не плача, совала стаканчики с деньгами, Никита скрипел зубами.
Полтора часа чистого ада.
На перроне уже не до шашлыка Ваня после такого днём не уснул, капризничал и едва мангал не опрокинул. Обратная дорога была не лучше. И это всего полтора часа дороги! А Галина Сергеевна предлагает неделю экскурсий? Да увольте.
Вы его не воспитываете, любила поучать свекровь, когда Елизавета пыталась объяснить.
Только вот педагогика у неё была теоретическая: раз в две недели визит с бананами или шоколадкой (на который у Вани аллергия напоминали десятки раз), фото для «Одноклассников» и до свиданья.
Вам-то какая разница, с кем будет Ваня, если не с вами? как-то спросила Елизавета.
А я и не обязана! Родители пусть и занимаются! Вот если скорая помогла бы. А так сбагрили, как никому не нужного котёнка.
Удивительно, но нервы после всех этих ссор держались пока жизнь не расставила всё по местам.
Прошло четыре года. Ване стукнуло семь. Вполне осмысленный возраст: речь, школа, кружки
У Галины Сергеевны перемены были совсем иного рода: она овдовела. Квартира опустела только телевизор и эхо. Тоска, самоуверенность… Решилась на демонстрацию щедрости:
Привозите мне внука! Он уже взрослый, найдём общий язык.
Вы уверены? Ваня активный, ему внимание нужно, и, желательно, компьютер, с опаской уточнила Елизавета.
Не учи учёного! Я сына вырастила и внука осилю. Почитаем что-нибудь, сыграем в лото. Без этих ваших интернетов.
Скрепя сердце, Ваню привезли, сами уехали в Подмосковье на базу буквально на выходные: Елизавета подозревала долго не продержится.
Не ошиблась. Свекровь мечтала об идиллии: аккуратный, причесанный внук за энциклопедией, она с вязаньем, умные разговоры, потом суп, прогулка за ручку. Иллюзия разбилась в первую полчаса.
Баб, скучно мне! Планшет есть?
Нет. Зачем он мне?
Тогда погнали играть в охотников на динозавров! Ты динозавр!
Какой ещё динозавр? Вон раскраска тебе.
Не хочу, это для малышей! Ну давай играть! Ба-а-абушка, смотри! Смотри! Ты не смотришь!
Ваня не сидел ни секунды. То самолётом летает, то кастрюлями гремит, то в новую игру втянуть пытается. Ни Чехов ему не интересен, ни советский конструктор. Ему зритель нужен, в игре напарник и аниматор.
Галина Сергеевна к обеду чувствовала себя так, словно разгрузила вагон с углем.
Но это было лишь начало. К обеду суп с говядиной она выставила торжественно готовила специально для внука.
Тот заглянул с такими миной, будто там клопы плавают.
Я это не буду.
Почему ещё?
Лук варёный. Фу, не хочу!
Это полезно, ешь!
Нет! Лучше макароны с сыром. И сосиску. Но чтобы нарезанная осьминогом.
Свекровь удивилась так она не умела.
Я не из ресторана! возразила.
Ваня лишь пожал плечами и устроил палатку из подушек под креслом.
К вечеру давление у свекрови прыгало: как только она ложилась, Ваня скакал по ней как на батуте с криком «Вставай, на нас нападают!». Хотела новости посмотреть вместо этого мультики и снова беготня. От мультиков ещё хуже.
А Елизавета с Никитой в это время на даче, на веранде закат, тишина, мангал потрескивает…
Какая тишина… блаженно вздохнула Елизавета. Может, зря мы на свою мать наговаривали?
В этот момент звонок.
Да, мама?
Приезжайте СЕЙЧАС! раздался вопль. Забирайте его немедленно! Он мне всю квартиру разнёс, еду не ест, по мне скачет! У меня инфаркт будет! Не приедете вызываю скорую и полицию. Всё, жду вас!
Гудки.
Елизавета в молчании отставила бокал. Отдых закончился.
Ехали молча, злые до слёз: инициатива исходила от свекрови, теперь истерика.
Едва позвонили в дверь тут же распахнулась. Галина Сергеевна бледна, пахнет корвалолом, будто из окопа Великую Отечественную прошла.
А Ваня выбежал весёлый разве что не сияет.
Слава богу! выдохнула свекровь, выталкивая внука. Убирайте его, только меня больше не просите! Это не ребёнок, это катастрофа! Лук не тот, есть не хочет, бабку терроризирует.
Это малыш, мама, сухо сказал Никита. Обычный, здоровый ребёнок. Тебя же предупреждали. Ты сама уверяла справишься.
Я думала, нормальный! А он к врачу, наверное, надо! Галина Сергеевна всплеснула руками. Уезжайте. Мне полежать надо, пока ещё можно.
…В машине Ваня уютно устроился и спросил:
Мам, скоро к деду Пете и бабе Лене поедем?
Скоро, сынок. Обязательно поедем.
Хорошо… сонно пробормотал мальчик. А то бабушка Галя странная. Кричит, играет плохо, еда невкусная…
С тех пор Галина Сергеевна тему совместных поездок больше не поднимала. Когда они собирались в отпуск, она только желала счастливого пути.
А Ваня стал все каникулы проводить у родителей Елизаветы: там с дедом копал картошку, строил форты и ел суп без лука баба Лена всё знала о вкусах внука.
С Галиной Сергеевной отношения не наладились, но Елизавету это вполне устраивало: никто больше не учил жизни, а свекровь осталась наедине со своими принципами и никому не нужными энциклопедиями.
