Я узнала, что кто-то оставил младенца в «Окне жизни» возле роддома. Да-да, представьте себе: городская больница номер три, суровая медсестра и табличка «Позвони, если что». Русская классика.
Через три месяца после смерти моего мужа я решилась на усыновление ребёнка, которого бросили родители. Не скажу, что это пришло мне в голову сразу но когда я услышала об этом малыше, сердце ёкнуло. Началась эпопея: собирала справки, как белка орехи на зиму, моталась по инстанциям, пережила миллион проверок и визитов от всевозможных тёть из органов опеки. Но что интересно все закончилось положительно. Через пару дней сын был уже дома. Я любила его, как родного. Дала ему имя моего покойного мужа Илья. Услышать снова это имя в нашем доме было для меня особым счастьем.
Время шло, Илья подрастал и однажды спросил: «Мама, а будет ли у меня сестрёнка?» Честно? Я не была против. Работа у меня удалённая, ноутбук мой лучший друг, а кухня и диван рабочие площадки. Что ещё нужно трудящейся россиянке?
Всё получилось иронично быстро: меня вызвали посмотреть малышку в детский дом, привели в палату и показали трёхдневную девочку. Как только я её увидела растаяла, как мороженое летом в Московском метро. Сразу решила: будет наша! Документы я уже знала наизусть, медицинские комиссии прошли на одном дыхании, и оформление заняло втрое меньше времени, чем в первый раз.
Теперь нас трое: я, мой сын Илья и дочка Варвара. Мы самые счастливые люди, которые только могут жить на этой большой, немного сумасшедшей, но такой любимой русской земле.
