– Это не твоя дочь, ты что, совсем ослеп? Я встречалась со своим будущим мужем меньше года. Когда познакомилась с его мамой, не подозревала, что её отношение ко мне и к нашей дочери, которая родилась уже после свадьбы, будет настолько настороженным и негативным. Проблема заключалась в том, что наша малышка родилась классической блондинкой с васильковыми глазами, а мой муж, как и его младший брат, был смуглым и темноволосым, настоящим цыганёнком. Когда я лежала в роддоме, мне позвонила свекровь: поздравила и захотела познакомиться с внучкой. Так и состоялась эта встреча. Свекровь стала серьёзной, а в холле роддома спросила прямо: – Ребёнка что, перепутали? Все вокруг замерли от удивления, а свекровь смотрела на меня в упор, ожидая ответа. Я смущённо пробормотала, что перепутать не могли — я всё время была с малышкой. Второй комментарий был написан у неё на лбу, но она промолчала. А вот дома, когда мы с мужем рассматривали дочь, свекровь заявила: – Это не твоя дочь, ты что, совсем ослеп? Муж опешил, а свекровь продолжила: – Она совсем на тебя не похожа и на мать свою тоже, подумай, почему? Тут явно другой отец! Муж за меня вступился — просто вывел мать из квартиры, хотя мы так ждали этого дня, беременность была непростой, но дочка родилась здоровой. Я облегчённо вздохнула, когда мне показали розовощёкую, громко кричащую девочку, а врач пошутил: – Вот певица у вас родилась, лёгкие что надо! Я улыбнулась, меня с дочкой перевели в палату. Все дни до выписки я мечтала о семейных праздниках, строила планы, а тут вдруг… После ухода свекрови муж пытался меня успокоить, но настроение было испорчено. Свекровь будто сошла с ума: даже после того, как муж не поддержал её, дальше развязывала против нас войну. Звонила ему почти каждый день, когда приходила — отпускала колкости в мой и дочкин адрес. Свекровь ни разу не взяла внучку на руки, пыталась остаться с сыном наедине и требовала сделать ДНК-тест. Свекровь не стеснялась обсуждать это вслух, а я слышала из другой комнаты. Муж убеждал маму, что всё в порядке, дочка его, мне доверяет, но свекровь только смеялась: – Ну так проверь! В какой-то момент я не выдержала и вмешалась: – Сколько можно слушать этот бред, давайте проверим — даже рамку красивую закажем, мама повесит над кроватью и будет любоваться, что папа — это ты! Свекровь заискрилась глазами и не знала, что ответить. Муж тоже поддержал меня, но с явным сарказмом. В итоге сдали тест. Муж даже не хотел его читать — он знал результат. Свекровь, узнав правду, молча вернула мне листок. Я не удержалась: – Какую раму закажешь — светлую или тёмную? Свекровь вспылила: – Она надо мной издевается! Наверное, тест поддельный. Вот младший сын — у него ребёнок тёмненький, с такими же глазами, это понятно — наш! Тест, которого так хотела свекровь, ничего не изменил — война продолжилась. Так прошли пять лет в скандалах. Потом я снова забеременела — на три месяца позже, чем жена брата мужа. С их семьёй у нас были отличные отношения, только глаза закатывали, когда свекровь начинала свои подозрения по поводу отцовства. У брата мужа второй тоже родилась дочка. Когда мы все увидели малышку, я подняла уголок одеяла и засмеялась — это была копия нашей дочери! Все посмотрели на меня, я, смеясь, сказала: – Ну, сознавайся, а ты тоже от моего любовника? Все поняли, к чему шутка, — кто-то улыбнулся, кто-то посмеялся. Только у свекрови лицо стало багровым. Она ничего не сказала. С этого дня всё изменилось: сначала свекровь перестала нести чушь, а когда я впервые увидела, как она играет с куклами с нашей дочкой, поняла: лёд тронулся. Теперь моя дочка — самая любимая внучка: “наша дочурка”, “моя ягодка” и так далее. Свекровь балует её подарками, старается загладить все прошлые обиды. Я не злюсь, но осадок остался — надеюсь, со временем исчезнет.

Это не твоя дочь, ты совсем что ли ослеп?

С будущим мужем мы встречались чуть меньше года. Когда я познакомилась с его мамой, даже представить не могла, что ее отношение ко мне и к нашей дочке которая, между прочим, родилась после свадьбы будет настолько подозрительным и мрачным. Проблема заключалась в том, что наша малышка получилась классической русой светлые волосы, синие глаза, в то время как мой муж и его младший брат похожи друг на друга, оба такие типично смуглые, со взглядом волка с Таганки.

Когда я лежала в роддоме на Краснопресненской, мне позвонила свекровь, поздравила, захотела увидеть внучку. Вот и организовали встречу. Свекровь явно оценивающе осмотрела младенца, прищурилась и спросила на весь холл:
Ну что, подменили ребенка?

Все вокруг посерьезнели: такое произнести могла только наша Маргарита Васильевна. Я медленно промямлила, что подменить не могли, потому что я с дочкой не расставалась даже в родзале.

Следующий «мудрый» комментарий она сначала скрыла, но дома, когда мы сидели втроем, выдала уже откровенно:
Это не твоя дочь, ты вообще слепой, что ли?

Муж чуть ложку супа не уронил. А свекровь продолжила свою лекцию:
Ну посмотри, она на тебя ни грамма не похожа, ни на маму. Ты сам задумайся, Андрей, кто тут в папах ходил? Явно не ты!

Муж принял сторону семьи, аккуратно выставил маму за дверь. Я обиделась мы так ждали этот день, беременность была трудной, зато доченька родилась здоровая. Я чуть не расплакалась от счастья, когда мне показали этого крикуна в розовом конверте, а доктор шутливо заметил:
Вот, панянка-певица подросла! Голос хоть в Большой театр!

Я улыбнулась, доченьку положили рядом, и отвезли нас в палату. Я там грезила о семейных праздниках и застольях: как будем всем кланом отмечать, ворчать, пить чай, а тут…

После того как свекровь ушла, муж старался меня успокоить, но настроение на нуле: как будто мне вместо малыша подарили панцирь краба. Война началась по всем фронтам звонки мужу через день, визиты (то есть, налеты с упреками), шипение в адрес меня и малыша. Свекровь внучку на руки не брала, зато пыталась запереться наедине с сыном и прочищала ему мозги. Даже ДНК-тест потребовала!

Мне было слышно из-за стены всю эту словесную кашу. Муж пытался достучаться: всё хорошо, дочь его, всё честно а свекровь только насмехалась:
А давай бумажку-то глянем, ну что ты, Андрей?

В один прекрасный момент я не выдержала. Зашла на кухню и говорю:
Вот сколько можно? Давайте, сделаем тест, закажем для результата красивую рамочку. Пусть мама повесит у себя над кроватью и любуется: «Вот, батюшка! Кровь с молоком, чисто ты!»

Свекровь чуть ли не шипела глазами, но слов не нашлась. Я ехидничала, скрыть было невозможно уж извините, нервы.

Короче, сделали тест. Муж читать даже не стал и так было понятно. Свекровь покрутила бумажку, вернула мне, а я не удержалась:
Какую рамочку-то желаете светлую или классическую, под красное дерево?

Свекровь буквально надулось:
Шутка у тебя дурацкая! Тест купленный, наверно. Вот у моего младшего, Вани, дочка типо папина: ну и цвет кожи, и глаза, прямо наша!

Короче, вся затея с тестом ровным счетом ничего не изменила. Через несколько лет ругань, обиды, иногда в лучших традициях русских мелодрам. Потом я снова забеременела почти одновременно с женой брата мужа. С ними у нас были всегда мирные отношения, только закатывали глаза, когда свекровь начинала свои подозрения. Мол, чья ж у тебя дочка?

У брата тоже родилась девочка. Собрались всей роднёй встречать новорожденную, и когда я откинула уголок одеяльца и увидела её, смех вырвался сам собой ну точь-в-точь наша Соня, маленькая светловолосая красавица! Все на меня уставились, а я, смеясь до слёз, говорю:
Ну чего, Инна Петровна, признавайтесь, может и у невестки мой «любовник»?

Все засмеялись, даже брат мужа со своей женой заулыбались. Только свекровь вся стала бордового цвета и промолчала. С этого момента, кажется, лёд тронулся. Свекровь сначала просто перестала ворчать, а потом я однажды застала её в детской, когда она играла с куклами с Соней и поняла, что зима закончилась.

Теперь наша дочка главная внучка, «наша лапочка», «моя ягодка» и так далее. Свекровь забрасывает её подарками и сладостями, только на Софию дышать боится лишний раз, будто хочет загладить все те годы отчуждения. Я на свекровь не обижаюсь, но осадочек есть. Надеюсь когда-нибудь и он растают, как снег весной.