Проучил и жену, и тёщу, и свояченицу
Где ужин, Маргарита? Я спрашиваю, где еда?!
Маргарита даже не повернула голову к мужу. Она сидела на краю дивана, негромко убаюкивая на руках ребёнка, что тихонько посапывал, иногда всхлипывая.
Игорь, потише, прошептала она. Только успокоилась! Я полдня в поликлинике провела, потом в аптеку забежала, потом
Мне всё равно, где ты носилась! муж вошёл в комнату, не снимая пуховика. Я работаю, я содержу и тебя, и ребёнка!
Я домой прихожу и хочу видеть на столе тарелку борща горячего, а не твое уставшее лицо и этот бесконечный детский рев.
Ты вообще тут чем целый день занималась?
Я лечила твою дочку, Маргарита вскинула на него взгляд. У неё опять всё лицо в сыпи.
Врачи только разводят руками. Пришлось самой искать мази.
Ты хоть раз спросил, как ребёнок себя чувствует?
А что спрашивать? Орёт значит, всё в порядке. Ты мать, вот и решай сама.
Твоя обязанность создать мне уют. Я на тебя зачем женился?
Чтобы пельмени пакетные грызть и ночами не спать?
Женился ты, потому что так удобно было, парировала Маргарита. А я за тебя вышла, потому что все вокруг зудели: «Пора, пора».
Вот она, эта «пора»!
Игорь поморщился, подскочил к детской коляске, что стояла в углу, и со злостью пнул по колесу.
Коляска покатилась и со стуком врезалась в буфет.
Дочка на руках у Маргариты испугалась и зарыдала с новой силой.
Успокой её! завопил Игорь. Или не отвечаю за себя!
Всего год назад Маргарита жила совершенно иначе.
Она была той самой девушкой, на которую оглядывались все: всегда ухоженная, умная, вечерние планы расписаны по минутам.
Игорь казался ей настоящим мужчиной: хороший, пробивной, всегда «своего добивается».
Сходятся-разходятся вечно устраивали сцены ревности и не менее пылкие примирения на глазах друзей.
Когда Игорь сделал ей предложение, Маргарита колебалась, но семью уговорить было невозможно.
Марусенька, ну сколько можно одной гулять? уговаривала мать, кладя на тарелку любимых оладушек. Уже двадцать семь ведь.
Игорь парень надёжный. Родители у него приличные. Квартиру уже планируете. А дети? О стакане воды подумала?
Мам, какой стакан? Я работать люблю, меня новый проект в работу затянул.
Да пустое, ворчал отец за газетой. Без семьи женщина как срубленная берёза засохнешь незаметно.
Игорь тебя любит, да характер ну у кого его нет? Притеретесь.
Маргарита сдалась. Проявила ту самую слабость, которую потом вспоминала бессонными ночами.
Свадьба была весёлой и шумной, квартиру оформили в ипотеку, беременность грянула как гроза среди ясного неба.
Всё завертелось слишком быстро. Она не успела перестроиться на новую жизнь, как уже стала «инкубатором».
Она очень ждала сына. Мечтала, как будет обучать его хоккею, будет спокойным, рассудительным мальчиком.
Но УЗИ выдало: девочка. И внутри чтото рухнуло.
Роды стали страшным испытанием. Осложнения, капельницы, стерильные коридоры, запах хлорки и безнадёжности.
Когда её, наконец, выписали, ощущала себя словно разбитая чашка, склеенная кое-как.
Смотрела на дочку и кроме раздражения не чувствовала ничего.
Почему она плачет не переставая? жаловалась она своей матери, та приезжала «помогать».
Колики, доченька, всё пройдёт. Мы все терпели, и ты терпи. Кушать хочет.
Она грудь не берёт! Всё болит!
Значит, плохо даёшь. Надо стараться. Мать теперь: слова «хочу» больше нет, теперь есть только «надо».
Игорь держался в стороне. Первые недели пытался строить из себя примерного папу, но быстро охладел.
Его раздражал запах ребёнка, памперсы под ногами и больше всего что жена перестала быть «личной гейшей».
***
Мать звонила, Игорь стоял на кухне, пока Маргарита одной рукой мешала почти прозрачный суп, а другой прижимала ерзающую дочку. Говорит, что Оксана опять в слезах.
Оксана, его родная сестра, старше на три года, замужем давно, детей, правда, нет.
И едва она увидит фото племянницы в соцсетях или услышит что-то про ребёнка, у неё начинается истерика.
И что мне делать? Извиняться за рождение? Маргарита швырнула ложку.
Нужно скромней быть. Мама говорит ты нарочно выставляешь себя матерью перед всеми.
К тому же, считает тебя плохой хозяйкой. Даже на плинтусах пыль!
Твои родители не бывают тут неделями. Откуда про плинтусы знают?
Она чувствует! Игорь ударил по столу. И она права: халат грязный, в глазах синяки
Ты похожа на бабу с чернозёма.
Если бы ты нянчился, хоть ночью разок
Я работаю! срывается он на крик. Ты это запомни раз и навсегда. Я приношу рубли.
Твоя роль кухня и дети.
В субботу едем на дачу к твоим. Звонили, говорят, воздух нужен. Мои тоже будут.
Я не хочу на дачу там холодно, воду не набрать, твоя мать снова начнет с моей нашептываться за спиной.
Наплевать на твои желания. Родители сказали едешь. К вещам с восьми утра. И чтобы без истерик.
***
На даче всё стало только хуже. Родители Маргариты, восторженные ролью бабушки с дедушкой, чуть не вырывали внучку из рук.
Маша! Не так держишь! кричала мать с веранды. Головку поддержи! Кто так пеленает? Дай, я сама!
Оставьте меня! огрызалась Маргарита, уходя в конец сада.
Игорь на даче в упор не замечал ни жены, ни дочери сидел с тестем, обмусоливая ремонт «Жигулей», а когда свекровь начинала шпынять Маргариту, только подливал масла в огонь.
Что у дочки опять на щеках? Сыпь? свекровь, Людмила Андреевна, стояла над коляской, поджав губы. Плохо ухаживаешь.
Вот если бы у Оксаночки был ребенок, она бы сдувала пылинки.
Ну пусть рожает, кто мешает? резко бросила Маргарита.
Людмила Андреевна схватилась за сердце:
Игорёк! Ты слышал?! Она над болью твоей сестры издевается!
Игорь подбежал, схватил жену за локоть и крепко сжал.
Извинись перед матерью! Быстро!
Отпусти, больно!
Звиняйся! Совсем разошлась!
Родители стояли поблизости, но лишь отец хмуро буркнул:
Маша, не груби матери мужа. Игорь прав, уважай.
В этот момент Маргарита осознала: она одна против всех.
Муж-властелин, для которого она лишь служанка; родители, для которых «как надо» важнее счастья дочери; свекровь как яд, медленно рушащий семью.
***
Все обрушилось через неделю после дачи.
Дочка мучилась животом, двое суток без сна.
Когда малышка, наконец, уснула, Маргарита опустилась на пол на кухне, просто на холодный линолеум, закрыла глаза.
Распахнулась дверь. Игорь вернулся с работы, весь на взводе.
Почему мусор в коридоре торчит? даже не поздоровался.
Маргарита промолчала. Не хватало сил разжать губы.
Ты меня слышишь? перешёл на кухню, задел ногой. Поднялась и вынесла.
Вынеси сам, шепнула она. Я больше не могу. Спина отваливается. Хочу поспать хоть час. Пожалуйста.
Ты не можешь? Игорь схватил её за ворот халата, рванул. Ткань трещит.
Глянь на себя, принцесса! Другие пятерых рожают и в поле работали, а ты сломалась!
В комнате проснулась и заплакала дочь. Игорь, едва сдерживая ярость, бросился туда.
Снова! Опять вой этот! он подбежал к кроватке, встряхнул её. Заткнись уже!
Ребёнок задыхался от испуга.
Маргарита вбежала, толкая мужа:
Не трогай её! Отойди!
Она мне всю жизнь испортила! Игорь замахнулся, нанес Маргарите пощёчину.
Она врезалась затылком в шкаф. В глазах потемнело. Но самое страшное Игорь не успокоился.
Он снова наклонился к коляске и со злостью ущипнул дочку за ножку.
Девочка закричала так, что у Маргариты сердце оборвалось.
В тот миг в ней что-то щёлкнуло. Жалость к себе, усталость, обида всё исчезло.
Осталась только ярость.
Маргарита схватила тяжелую гипсовую собачку, подарок свекрови, и шагнула вперёд:
Только попробуй ещё раз. Тронешь её проломлю башку!
Вон из дома!
Игорь опешил:
Ты на кого руку подняла? Ты у меня в квартире живёшь!
Квартира в браке взята, Маргарита чётко выговаривала слова. Ипотеку платили с моих декретных и твоих премий, сверху мои родители дали, чтоб досрочно закрыть. Так что половина моя!
Но всё равно: уходи! Пока милицию не вызвала и побои не сняла.
У меня на лице след. У ребёнка будет синяк.
Не посадят, так жизнь тебе сломаю к юристам пробегаешься.
Маргарита вышла в прихожую и вызвала полицию.
***
Разборки длились долго. Игорь подтянул мать и сестру, те караулили Маргариту, звонили, писали угрозы, всячески оскорбляли, но Маргарита гнулась, но не ломалась: всех заблокировала.
Даже родителям не открыла дверь, когда явились «мирить семью».
Или вы встали на мою сторону или забыли дорогу сюда.
Ваш зять поднял руку на новорождённую внучку. Если для вас это «нормально», нам не о чем говорить.
Отец мялся, мать тихо плакала, но когда увидели синяк на ножке замолкли.
Оправдать такое было нечем.
Маргарита не просто подала на развод: пришла в офис Игоря. Спокойная, с папкой бумаг.
Без истерик показала начальнику службы безопасности (тот учился с её отцом) видео с няни-камеры Игорь сам повесил её еще до рождения ребёнка.
Там всё и было: его истерика и сцена в детской.
Игоря попросили уволиться по собственному. В их фирме репутация всё; скандалы никому не нужны.
Свекровь, когда услышала об увольнении, слегла с гипертонией. Оксана притихла, побоявшись, что Маргарита распространит видео среди знакомых.
***
Теперь Маргарита живет спокойно. Денег порой не хватает, но она не жалуется.
Долю в квартире Игорь оставил вместо алиментов, это её устроило.
Бывшая свекровь с сестрой про ребёнка забыли; отец не навещает дочь.
А новым знакомым Игорь рассказывает, что не был женат.
