Почему твоя мать может жить у нас, а моя — нет?!
Я открываю дверь после тяжёлого рабочего дня, а в гостиной — свекровь, Татьяна Михайловна, раскладывает свои вещи. У меня отвисает челюсть. Будь это сериал, я бы покрутила пальцем у виска, но это моя реальность. Оказывается, она решила «погостить пару недель», чтобы «поддержать» нас с ребёнком и домом. В её глазах я, видимо, ничего не успеваю.
С характером у неё всё в порядке, но я давно научилась не обращать внимания на её выходки. Однако мой муж, Артём, добил меня наповал. Подходит с каменным лицом и заявляет: «Почему твоя мать у нас месяцами живёт, а моей нельзя?» У меня перехватило дыхание. Моя мама — Лидия Степановна — в трёхстах километрах от Москвы, приезжает два раза в год. А его мать? В соседнем доме, в пяти минутах ходьбы, и является, когда взбредёт в голову!
Татьяна Михайловна никогда не работала. Диплом у неё есть, но её покойный муж, свекор, был уверен: женщина должна сидеть дома, стряпать и растить детей. Она и не сопротивлялась. Вся её жизнь вертелась вокруг семьи, а точнее — вокруг Артёма, её единственного сына. Мечтала о куче внуков, но после сложных родов больше не смогла родить. Всю любовь вылила на него. Как он не захлебнулся в этой заботе — загадка. Но даже сейчас, когда у него седина в бороде, она нянчится с ним, как с малышом.
Из-за её вмешательства мы с Артёмом постоянно ругаемся. Ей не нравится, как я веду хозяйство, как работаю, как воспитываю сына Ваню. Я отказываюсь терпеть её бесконечные советы и попытки переделать всё по-своему. Хорошо, что у нас своя квартира — спасибо моим родителям, которые помогли с деньгами. Обустроили всё так, как нам нравится, без кредитов. Но, как на зло, дом оказался рядом со свекровью. Случайность? Нет, скорее наказание.
Сначала она приходила каждый день. Артём устал от её визитов не меньше меня, да и свекор ворчал, что ужин не готов. Тогда она сократила посещения до выходных. Но после рождения Вани всё началось заново. С утра до ночи она была у нас: то полы моет, то суп варит, то учит, как «правильно» пеленать. Я была на грани. Однажды не открыла ей дверь — она устроила истерику, грозилась вызвать полицию! Артём пытался поговорить, но её хватало на пару дней, а потом опять — «я лучше знаю».
Моя мама, Лидия Степановна, живёт далеко, в Калуге, и ещё не на пенсии. Приезжает раз в полгода и останавливается у нас — куда ей ещё? В эти дни свекровь ревнует так, что стены дрожат. «Ты со своей матерью как с подругой, а к моей с ножом!» — упрекал меня Артём, накрученный её жалобами. Я пыталась объяснить: «Мою маму я вижу редко, а твоя у нас каждый день! И моя не лезет в наши дела!» Но он только дулся.
Последний её «подвиг» добил меня окончательно. Я зашла домой, а она, будто так и надо, вешает свои платья в наш шкаф. Оказывается, свекор уехал на дачу, и она решила «воспользоваться моментом», чтобы «навести порядок» в нашем «хаосе». Меня затрясло от злости. На кухне, скрепя зубы, я набросилась на мужа: «Ты вообще в адеквате? Кто это разрешил?»
Он развёл руками: «Мама хочет помочь. Разве это плохо?»
«Мне не нужна её помощь! Она всё переставляет, учит меня жить, лезет в каждый угол!» — прошипела я, сжимая кулаки.
«А твоя мать у нас живёт, и я молчу! Почему моя не может?» — огрызнулся он.
Я взорвалась: «Если завтра утром твоя мать всё ещё будет здесь, я забираю Ваню и уезжаю к своей. А потом подаю на развод. Я устала от этого театра. Выбирай: я или она!»
Артём смотрел на меня, словно я предатель. Но я не шутила. Хватит жить под гнётом его матери, которая душит нас своей «заботой». Если он не поставит её на место — я уйду. Это не угроза. Это правда.
