Сынок, если ты не прекратишь встречаться с этой нахалкой, считай, у тебя нет матери! Эта твоя Нинка годится тебе в матери она тебя старше лет на пятнадцать! ну сколько раз мне мама это повторяла.
Мама, ну не получается, разводил я руками, и рад был бы, да не выходит.
Когда-то у меня была любимая девушка, девочка наша Тонечка, четырнадцати лет. Такая светлая, скромная, чистенькая, что загляденье! Я тогда был восемнадцатилетним школьником, познакомились мы с ней на дискотеке в ДК, я про неё всё забывал. Не иначе как счастливый билет вытянул.
Через её подругу кое-как договорился о свидании. Она, само собой, не пришла. Я тогда как охотник начал выслеживать свою добычу, нашёл её номер телефона, звонил, уговаривал встретиться. В конце концов, уступила, дала шанс но с условием: мол, приди к маме, попроси разрешение.
Стою у её двери, взволнован, руки потеют, щеки горят. Мама у неё оказалась женщина добрая, с юморком. Пустила меня к Тонечке ровно на два часа.
Гуляли мы по парку, болтали, смеялись. Никаких там намёков. И вдруг она говорит:
Вовочка, у меня есть парень, и кажется, я его люблю. Но такой гуляка надоело мне его за девчонками ловить. Гордость всё-таки есть. Давай попробуем подружиться?
Я на неё посмотрел с удвоенным интересом вот ведь загадка! То она вся в себе, то вон как откровенничает. Мне ещё сильнее понравилась Тонечка.
Два часа пролетели незаметно. Проводил её домой, передал матери.
Прошло время, и без этой Тонечки я и дня не мог прожить.
Мама тоже её полюбила «солнышко моё». Тоня часто приходила к нам, мама показывала ей разным девичьим хитростям учила. Иногда так заговаривались, что и про меня забывали.
Когда Тоненьке стукнуло восемнадцать, заговорили мы о свадьбе. Ни у кого не было никаких сомнений ни у родителей, ни у нас.
Свадьбу назначили на осень.
Лето Тоня уехала к бабушке в деревню, а я все лето помогал маме на даче под Тулой.
Стою однажды, поливаю огород. Слышу, кто-то зовёт:
Молодой человек, дайте водички попить!
Обернулся женщина лет тридцати пяти, неопрятная, растрёпанная, а в глазах озорство. Не припомню такой соседки. Ну неудобно же отказывать. Налил ей в стакан воды из колодца и протянул:
Пейте на здоровье.
Женщина будто ожила и говорит:
Ох, спасибо, добрый человек! Засохла совсем. Вот у меня есть наливочка моя угоститесь на здоровье!
И протягивает бутылку. Ну бывает, взял, что же отказать. Гостю уважение. Поблагодарил, пошла дальше.
Вечером за ужином выпил её наливку мамы дома не было, она в город поехала. Будь мама рядом, ни за что бы не позволила мне даже подойти к такой бутылке.
На следующий день снова эта женщина познакомились. Оказалась Нина, живёт в соседней деревне. Я пригласил её на чай, у неё снова та самая наливка. Я быстро накрошил салатик, нарезал хлеба. Слово за слово не заметили, как обе бутылки опустели. Сейчас, оглядываясь назад, не прощу себе, что случилось дальше
Нина, взрослая женщина, покорила меня мальчишку. Как телёнок за верёвкой так и я за ней пошёл, словно головы своей не имел. Утром очнулся она исчезла. Мама разбудила меня:
Володя, что тут натворилось, пока меня не было? С кем пил? Чего у тебя постель как после табуна лошадей?
Я едва глаза разлепил, голова тяжелая. Матери ничего не смог объяснить. Под вечер малость отошёл, вспомнил стыдно стало перед Тонечкой
Но даже недели не прошло снова Нина тут как тут. Я был рад её видеть, даже по ней соскучился. Тут вышла мама:
Вам чего, женщина?!
Я завёл маму в дом:
Мама, что ты, люди ж с дороги! Может, воды просто хотят. А ты сразу штыки ставишь.
Люди!? Да это же та самая Нинка! Всю округу обошла, мужиков соблазняет, так и до тебя добралась! Не пущу!
Маме не понять, что уж поздно. Видно, было в той наливке что-то зацепило меня, привязался к ней, хоть и не любил. Сам себя не узнаю. Про Тоню напрочь забыл. А Нина на мой рассказ о невесте только отмахнулась:
Вовчик, первая любовь не невеста.
Свадьба расстроилась.
Мама позвала к нам Тоню, рассказала ей всё напрямик:
Прости Вову, глупый он, не соображает, куда катится. Оставь его, милая, устрой свою жизнь.
Тоня вышла замуж, всё у неё сложилось. А мама, чтобы оторвать меня от Нины, дошла до военкомата и попросила, чтобы меня в армию забрали. Шла война в Афганистане, меня и призвали хоть была отсрочка. Не буду рассказывать, что там пришлось вынести вернулся я без трёх пальцев правой руки. Лёгкая, как врачи сказали, рана.
Психику свою не залечил. По-настоящему бесстрашным стал, а по жизни всё стало неважно. Нина меня дождалась, у нас к тому моменту уже сын подрастал. Ещё в Афгане я мечтал о пятерых детях.
Мама Нину так и не приняла, наоборот, к Тоне тянулась вязала носочки её дочке и была уверена, что это от меня внучка. Такой бы я был радости но не судьба.
Тоня иногда заходила к маме, справлялась, как мои дела. Мама всегда вздыхала:
Ах, Тонечка, Вовка всё с этой Ниной. Не понимаю, что он в ней нашёл. Не отвяжется уже, видно…
Потом, уже спустя годы, Тоня и поведала мне эти разговоры.
Когда я уехал работать на Север, Нина и трое наших с ней детей поехали со мной. Там родились ещё двое, мечта сбылась. Но через два года пятилетняя дочка умерла от воспаления лёгких суровый там климат. Мы вернулись домой, к берёзкам. Под родными небесами, говорят, горе переносится легче.
Чем старше становился, тем чаще вспоминал отвергнутую невесту. Навалилась тоска такая, что хоть завой. Узнал у мамы телефон Тонечки даже адрес. Мама только попросила: не лезь в чужую семью.
Позвонил, сразу встретились. Тоня стала только красивей. Пригласила меня к себе, познакомила с мужем, меня представила как друга детства. Муж её ушёл на смену, мы с Тоней остались одни. Шампанское, фрукты на столе Дочка у бабушки была.
Ну что, Володя, рассказывай теперь сам, как живёшь, спросила она и посмотрела мне прямо в душу.
Тонечка, ты прости меня за всё то прошлое. Ничего уже не перепишешь, у меня четверо детей, мямлил я.
А и не надо ничего менять, Вова. Встретились, вспомнили молодость, и хорошо. Пусть твоя мама не переживает будь с ней тепло.
Смотрю такая же красавица, хоть глаз не своди. Взял за руку, поцеловал. Вспыхнула во мне старая любовь.
Тонечка, люблю тебя всё так же, как раньше. Жаль только, жизнь нас развела Прости меня, лишь прошептал.
Вова, пора тебе. Уже поздно, мягко сказала она, ставя точку.
Но разве мог я уйти? Сердце разрывалось. Остался и началось стали мы встречаться тайком, три года продолжалось. Потом Тоня уехала в пригород, наши связи оборвались.
С Ниной я развёлся, когда дети выросли. Мама была права Нина своей дорогой прошлась по моей судьбе, потопталась по сердцу
Сколько воду ни вари, всё равно вода будет.
И оказалось, что по-настоящему родным для меня остался лишь мой первый, старший сын.
