В полудрёме, когда я, семидесятилетняя Валентина Дмитриевна, ожидала в бесконечном коридоре клиники дерматологии в Киеве коридор превратился в тихую реку, отражающую лампы, будто фонари в старом Ослеплённом Лисиче я встретила её: загадочную даму, словно сошедшую с обложки журнала «Модный дом». Её имя было Тамара Платонова, лицо её хранило следы шестидесяти лет, но в разговоре я узнала, что ей уже за семьдесят.
Тамара рассказала, что дважды выходила замуж, а сейчас живёт одна в просторном особняке у подножия Карпат, где ветер поёт старинные баллады. Первый брак распался, когда ей тридцать: её муж сначала согласился, что дети ей не нужны, но спустя годы вновь стал копаться в её сознании, как будто ищет забытый ключ к будущему. Она отвергла его надежды, и они, как две тени, рассеялись в утреннем тумане.
Вторая свадьба была с человеком, у которого уже была дочь от предшествующей любви. Их совместная жизнь текла без разговоров о потомстве: у него уже была маленькая «принцесса», и он не возражал против её желания оставаться бездетной. Судьба, как холодный зимний ветер, унесла мужа, и теперь Тамара живёт в пустой, но светлой квартире в Львове, где одиночество ей не чуждо, как старый друг.
Многие думают, что в старости дети спасательный мост, но Тамара уверена, что каждый ростёт своим путём, распускается, как цветок в поле, и не обязан служить опорой родителям. «Я не желала стать матерью, и не жалею об этом», шептала она, улыбаясь, когда я попросила стакан воды. «Можно купить её за пару гривен, если заплатишь, сказала она, а счастье не измеряется монетами».
Каково ваше мнение о такой странной, но ясной картине жизни? В её сне счастье это независимость и собственный смысл, а не традиционные семейные узы.
