Когда мой отец нас предал, мачеха вытащила меня из адского приюта. Я всегда буду благодарить судьбу за вторую маму, подарившую мне шанс на настоящую жизнь.
Когда я был ребёнком, всё казалось сказкой крепкая семья, наполненная теплом, в старом доме у реки Оки, поблизости с городом Павлово. Нас было трое: я, мама и папа. В доме пахло свежей ватрушкой, а низкий голос отца наполнял вечера рассказами про леса, охоту, озёра. Но судьба охотник, который стреляет в спину, когда меньше всего ждёшь. Вдруг мама начала чахнуть улыбка угасала, руки дрожали, и очень скоро больничная палата в Нижнем Новгороде стала ей последним пристанищем. Её не стало осталась пустота, режущая, как нож. Отец без неё опустился, стал спасаться в водке, отчего дом превратился в могилу, заставленную бутылками и тишиной.
В холодильнике пусто немой свидетель нашего крушения. Я ходил в школу грязный, голодный, глаза полные стыда. Учителя спрашивали: почему не делаю домашнее задание? Как было сосредоточиться, если всё, о чём думал, как дотянуть до вечера? Друзья разбежались, их шёпот был больнее ножа. Соседи смотрели на наш дом с жалостью, как на руины. Кто-то сдался и вызвал опеку. Суровые люди ворвались, чтобы забрать меня от дрожащих рук отца. Он упал на колени, умолял дать последний шанс. Ему выделили месяц тонкую нить надежды над бездной.
Эта визита отрезвила его. Он кинулся в магазин, притащил мешки с едой, мы вместе драили дом тот засиял призрачным светом ушедших времён. Он бросил пить, а в глазах мелькнула искра прежнего человека. Я начал верить в спасение. В одну бурную ночь, когда ветер хлестал окна, он сказал, что познакомит меня с женщиной. Сердце застыло уж не забыл ли он маму? Клялся: мама всегда останется в его душе, но нам нужно укрытие от строгих взглядов властей.
Так в моей жизни появилась тётя Анна.
Мы поехали к ней в Дзержинск, город между холмами, где её дом стоял у берега реки Вязовки, среди старых яблонь. Анна огонь: добрая, но упрямая, голос её смягчал тревогу, а руки всегда готовы к обнимашкам. У неё был сын, Стёпа, на два года младше меня, худенький, улыбка которого растопила лёд внутри. Мы стали друзьями с первого дня бегали по двору, лазили по заброшенным сараям, хохотали до слёз. По возвращении домой сказал отцу: с Анной будто солнце пробилось сквозь тьму. Он кивнул, задумавшись. Через пару недель мы покинули дом на Оке, сдали его людям и перебрались к Анне последняя попытка собрать разбитое.
Жизнь стала понемногу налаживаться. Анна лечила меня теплом штопала рваные вещи, стряпала щи и пироги, наполняла дом забытой уютной едой, а вечерами мы устраивались вместе с Стёпой, смеялись, болтали. Он стал мне братом не по крови, а по общей боли: спорили, мечтали, мирились с немой преданностью. Но счастье хрупкий гость, легко раздавленный ударами судьбы. В одно промозглое утро отец не вернулся. Звонок разбил тишину: погиб, сбит на скользкой дороге под Владимиром. Боль захлестнула как волна. Опека снова пришла холодно, решительно. Без попечителя меня вырвали из объятий Анны, отправили в казённый приют в Коврове.
Приют земной ад: серые стены, холодные кровати, застывшие слёзы, пустые взгляды. Каждый день ноша тяжелее прежнего. Я стал призраком, обречённым на одиночество, пугаемым ночными кошмарами без конца. Но Анна не позволила мне исчезнуть. Каждое воскресенье она приходила приносила хлеб, вязала для меня свитера, дарила несгибаемую веру. Сражалась как львица ходила по отделам, заполняла горы бумаг, плакала у кабинетов, лишь бы вернуть меня домой. Месяцы текли, я терял надежду, думал сгнию там навечно. Но однажды утром меня позвал директор: «Собирайся. Твоя мама ждёт.»
Я вышел во двор, увидел Анну и Стёпу у ворот лица светятся любовью и отвагой. Ноги подкосились, когда я бросился в их объятия, слёзы катились ручьями. «Мама, спасибо, что вытащила меня из этой ямы! Клянусь, буду достойным твоей доброты!» Тогда я понял семья это не кровь, а сердце, способное вытянуть тебя, когда всё рушится.
Я вернулся в Дзержинск, в свою комнату, в свою школу. Судьба пошла по более гладкой дороге я окончил школу, учился в Ярославле, устроился работать. Со Стёпой остались неразлучны наша дружба стала бастионом против времени. Мы выросли, создали свои семьи, но Анна наша мама осталась навеки полярной звездой. Каждое воскресенье собираемся у нее где она угощает нас пирогами с мясом и картошкой, смеётся вместе с нашими женами, которым стала второй матерью. Иногда, глядя на всё, не верится, какую чудо даровала мне судьба.
Я всегда буду благодарить судьбу за мою вторую маму. Без Анны я бы пропал сгнил на улице или утонул в отчаянии. Она была моим маяком в самую чёрную ночь, и я не забуду, как она спасла меня с самого края бездны.
