Ну заходи, располагайся, чувствуй себя как дома, весело звучит голос Сергея из прихожей, и вслед за этим доносится глухой стук кто-то ставит на пол что-то тяжелое. Олька сейчас уже на стол накроет, вовремя подоспели.
Ольга замирает с половником в руке. Никаких гостей она не ждёт. Весь этот вечер был распланирован как тихое семейное сидение за ужином и новым сериалом, где главным гостем будет долгожданная тишина после тяжелой недели в бухгалтерии. Медленно Ольга кладёт половник, вытирает руки и выходит в коридор.
То, что она видит, мало радует. Сергей сияет, будто новая кастрюля, и помогает стянуть куртку крепкому, пухлому мужчине с красным носом и опухшим лицом. В углу притаилась огромная спортивная сумка, готовая вот-вот лопнуть настолько тугая.
О! Олька! замечает жену Сергей и улыбается ещё шире. Я тебе сюрприз. Помнишь Пашку? Мы же в одном вузе учились, он на гитаре вечно подыгрывал.
Ольга припоминает шумный парень с последней парты, всегда просил закурить и списать. Сейчас от студенческого Пашки мало что осталось: округлившийся, почти лысый, глаза бегают по квартире с оценивающей настороженностью.
Здравствуйте, хозяйка, невнятно говорит гость, скидывая обувь и бросая её мимо полки. Квартира ничего, размах есть.
Добрый вечер, сдержанно говорит Ольга, бросая взгляд на мужа. В её глазах немой упрёк, при котором у Сергея неизменно начинает чесаться спина.
Он поспешно подбегает к ней, берёт за плечи, шепчет так, чтобы Паша, уже отправившийся мыть руки, не услышал:
Оль, тут беда. Пашка совсем попал. Жена выгнала, веришь? На улицу, без прописки, квартира тёщи. Не к кому податься, денег чуть-чуть на вокзал только. Давай переночует недельку? Найдёт что-то или с женой помирится. Ну я ж не лох оставить его на улице, ты же знаешь меня.
Ольга слишком хорошо знает мужа. Добрый, но мягкий настолько, что вечно на шее у него кто-то сидит. Особенно, если речь заходит о старых друзьях или попавших в беду.
Неделя? шепчет она. Серёга, у нас двухкомнатная. Где он будет спать, на диване? А мы?
Не переживай ты так, Оленька, отмахивается Сергей. Ну посидим на кухне, чай попьём пару вечеров. Ты не заметишь его, тихий он.
В этот момент гость выходит из ванной и вытирает руки любимым новым полотенцем Ольги.
Есть-то будем? интересуется Паша, заглядывая на кухню. С утра ничего не ел, пока собирался и сюда ехал Нервы потрепались.
Ужин превращается в спектакль одного актёра. Паша ест будто запасается на месяц борщ влетает шумно, котлеты исчезают. Не забывает отпустить и пару «добрых» слов:
Борщ ничего, только жидковат. Моя бывшая Светка густой варила ложка стояла. Тут, видать, постно, по-диетически.
Ольга молчит, но сжимает губы. Сергей виновато улыбается, наливает суп, подкладывает хлеб.
Да ты не обижайся, хозяйка, машет рукой Паша, наливая себе стопку водки. Для города сойдёт. Мы-то, работяги, привыкли посытнее. Серёга, у тебя пиво есть? Водка одна не идёт под котлеты.
Вечер проводит телевизор так громко, что стеклянные дверцы серванта дрожат. Паша устроился на диване, комментирует боевик, Сергей поддакивает, бегает за новыми бутербродами. Ольге не находится места в гостиной: она прячется в спальне с книгой, но и тут её достаёт громкий смех и автоматная стрельба с экрана.
Утро совсем не радует. На кухне гора грязной посуды. Крошки, пятна от соуса, бутылка. Паша спит на раскладном диване, храпит на всю квартиру, запах стоит не проветрить. Сергей, с помятыми глазами, выходит из туалета:
Прости, Оленька, не убрались. Давай вечером всё помою.
А сейчас что есть будете? Всё грязное.
Сейчас что-нибудь сполосну…
Ольга пьёт кофе и старается не смотреть туда, где валяется гость. На работе весь день она ловит себя на мысли домой не хочется. Дом перестал быть уютным и чистым.
Вечером всё самое неприятное подтверждается: немного помытой посуды, жирные разводы по кухне, запах жареной картошки перебивает всё. Паша сидит с сигаретой у окна ещё и курит посреди кухни, хотя Ольга сто раз напоминала, что дома нельзя.
О, хозяйка пришла! кричит он, дымя в потолок. Мы тут картошечку на сале пожарили, пришлось в магазин сбегать у меня карта заблокирована, Серёга выручил.
Вся плита заляпана, на полу очистки.
Я не голодна, говорит Ольга. Серёж, выйди на минуту.
В спальне она закрывает дверь:
Что происходит? Курит гость, бардак везде. Ты обещал, он будет незаметен.
Да ладно тебе! пытается загладить вину муж. Он в стрессе. Потерпим и всё, ищет варианты. Быстрее выселится.
Он только и делает, что смотрит телевизор и ездит тебе по ушам своим «по-дружески». А ты за ним!
Несколько дней превращаются в ад. Паша целыми днями дома «отпуск за свой счёт», ест в три горла, ходит в одних трусах по квартире, в ванной его грязные следы. После него и убираться противно.
Наступает пятница.
Ольга возвращается с работы пораньше мечтает о ванне и тишине. Открывает дверь а в прихожей женские сапоги на каблуке и незнакомые ботинки. В гостиной стоит дым за столом Паша, какой-то мужчина и ярко накрашенная девушка. Сергей сидит смутившись.
О, хозяйка! крик с дивана. Заходи, знакомься: это Саня и Наташа. Пятница же отмечаем!
Ольга молча смотрит: пятно от стакана на любимом столике, пепел в вазе для конфет, муж откровенно прячет глаза.
Просить их уйти или устраивать скандал смысла нет. Внутри вместо злости абсолютное спокойствие. Она только говорит:
Добрый вечер. Я не помешаю и скрывается в спальне, закрыв дверь на ключ.
Быстро и молча Ольга начинает собирать чемодан: халат, тапочки, купальник, пару платьев, косметику, интересные книги. Давно пора было взять отпуск две недели накопилось. К тому же есть свои сбережения, карта мужа доступа не имеет.
Ольга открывает сайт подмосковного санатория в Клину, о котором мечтала пару лет, но всегда экономила: «Люкс с видом на лес», всё включено, три разовое питание, массаж, процедуры. Нажимает «оплатить» десять тысяч рублей за неделю. Готово. Заезд завтра с утра.
Она легла спать, в ушах беруши: вечеринка становилась отдалённым шумом.
Утром глухо никто не шелохнется. Ольга встаёт, умывается, одевается, берёт чемодан. На столе среди остатков застолья оставляет записку: «Уехала в санаторий. Вернусь через неделю. В холодильнике пусто. За коммуналку плати сам».
Такси ждёт у подъезда. Как только машина двигается по аллее, с плеч будто сползает десятилетний груз.
В санатории всё как в мечте сосны, снег, горячий бассейн, кислородные коктейли, свежий воздух. Телефон на беззвучном, проверяет лишь раз в день.
Серёжины звонки и сообщения начинаются уже к вечеру:
«Оль, ты где?»
«Ты шутишь? Где ты?»
«Пашка спрашивает, когда суп будет еды нет!»
«Посуду нечем мыть, кастрюль нет!»
Ольга смотрит и идёт на шоколадное обёртывание.
На третий день сообщения сменяются на:
«Как запускается стиралка? Она мигает!»
«Где чистые носки?»
«Порошок закончился Где всё лежит?»
Ольга отвечает лишь одно: «Инструкция к машинке в интернете. Всё необходимое в магазине».
На четвёртый день звонок. Ольга пьёт травяной чай.
Оля! Ну наконец! голос мужа едва не срывается. Когда домой вернёшься? Это невыносимо!
А что случилось-то? Ольга совершенно спокойно. Я отдыхаю.
Тут бедлам! Паша вчера футбол смотрел с компанией соседи вызвали участкового. Мне штраф выписали!
Ты сам говорил: хороший человек, помочь надо.
Оль, еды нет, только посуда грязная! После работы прихожу тут вечный бардак! Паша требует ужин!
А ты сам попробуй приготовить. Я, по его мнению, «городская фифа». Пусть покажет, как правильно есть. Сало пожарьте.
Я не могу его выгнать, неловко он друг.
Серёж, это твое решение. Твой друг твои правила. В воскресенье вечером буду. Если дома не будет порядка, либо там будет Паша я увижу сразу к маме поеду и подам на развод. Не угроза, а факт.
Клац и трубка положена.
Оставшиеся дни санаторий становится родным: хожу по парку, сплю как младенец, от тревог нет и следа.
В воскресенье возвращаюсь. Поднимаюсь к себе. В квартире чисто, до блеска пахнет лимонной свежестью. Никаких чужих сумок, обувь Сергея аккуратна. Жареной курицей приятно тянет с кухни.
Из кухни выглядывает Сергей измученный, но выбритый и опрятный:
Привет…
Заглядываю идеальный порядок, всё убрано, на столе запечённая курица.
А где Паша? спрашиваю.
Выгнал. В четверг после твоего звонка.
Как же так? Ты же не мог
Когда он начал требовать, чтобы я бегал за пивом а сам только пришёл, за ним сковородку драю тут меня и переклинило. Сам вывел, сумку за дверь. Ключи забрал.
И что?
Кричал, злился, называл тряпкой, требовал деньги на моральный ущерб. Дал ему тысячу на такси пусть катится. Два дня драил квартиру, Клавдии Ивановне извинялся.
Жена берёт за руку. Руки у Сергея шершавые, натёртые моющими средствами.
Извини, Оленька. Я прозрел. Всё это время думал жена и дом сами по себе. А за эти дни понял многое. Как вообще всё держится?
Ольга смотрит на мужа внимательно с какой-то новой уверенностью.
Я не терплю, Серёжа. Я просто забочусь о нас двоих. На паразитов сил не хватит.
Больше никаких гостей с ночёвкой. Паша вне нашей жизни, в черном списке на телефоне.
Садись скорее. Курица готова сейчас сгорит.
Ужин проходит тихо, уютно. Сергей подкладывает сочные кусочки, наливает чай.
Ну а санаторий понравилось? робко.
Очень. Теперь буду ездить в отпуск раз в полгода. Кстати, учись готовить не только яичницу. Вдруг я снова уеду.
Научуcь обязательно.
А через пару дней доходит новость: Паша снова у мамы бывшей жены разнос итак, жена судится за выселение и раздел долгов по кредитам, работы лишился месяц назад за пьянство. Вся истерия лишь попытка прижиться за чужой счёт.
Сергей только качает головой и крепче обнимает жену. Теперь, когда границы семьи установлены, нарушать их больше никто не посмеет. А Ольга понимает: иногда лучший способ что-то изменить просто уйти и дать людям почувствовать последствия их поступков.
Жизнь меняется теперь Сергей ценит заботу, не ждёт, что уют появится сам собой. А когда спустя месяц звонит двоюродный брат с просьбой «заночевать дня два», Сергей твёрдо диктует адреса хостелов.
Ольга, помешивая суп на кухне, улыбнулась. Санаторий, конечно, вещь прекрасная, но дома, где ценят и уважают лучше всего.
Спасибо за то, что были со мной до конца истории! Очень рада каждому вашему лайку и новой подписке на мой канал впереди ещё немало жизненных рассказов.
