Да брось ты, Ниночка, ну что ты заводишься? Зашли ребята пиво попить, футбол посмотреть, обычное дело, доносился голос мужа из большой комнаты, заглушая гомон телевизора и громкое хохотанье трех крепких мужиков.
Нина стояла в прихожей с ключами в руке. Она только-только переступила порог, надеясь на одно: снять туфли, которые за рабочий день превратились в орудие пыток, смыть косметику, переодеться в любимый старый халат и наконец рухнуть на диван с книжкой. День выдался тяжелый: отчёты, придирки начальника, ломота в спине и московская пробка под моросящим дождём. Дом для неё был прибежищем, спокойной гаванью, а получила она очередную «пятничную» платформу со свистом и сутолокой.
В нос ударил запах дешевого пива вперемешку с ароматом сушёной воблы. По её светлому коврику беспорядочно валялись ботинки, некоторые смешно огромного 46-го размера, с кусками грязи на подошвах. Чья-то куртка валялась на полу, как побеждённый в драке гусь.
Нина глубоко вздохнула, чтобы сдержать раздражение. Она медленно прошла в гостиную. На кресле развалился её муж, Артем, а на диване расселись Димка, Серёжка и какой-то новый тип с золотой цепочкой на шее. На её любимом журнальном столике громоздились бутылки, пачки с кириешками, куча рыбьей чешуи и сырые бумажные салфетки.
Артем, тихо сказала Нина, мы ведь договаривались: никаких гостей среди недели без предупреждения. Я устала жутко. Я мечтала о тишине.
Артем даже не обернулся. Его широкое лицо было обращено к экрану, где футболисты с фамилиями на «ов» гоняли мяч по зелёному полю.
Ой, ну что ты! буркнул он. «Устала», «мучаюсь»… Господи! Ну сделай пару бутербродов, что ли! Закусывать нечем, а к пиву огурчик нужен. Димон, Серёга, подтвердите!
Не кипятись, хозяйка! заорал Димка, а голос у него был как у паровоза. Сейчас гол будет и мы домой! Давай к нам, что ли, стаканчик?
Мне ничего не надо, тихо сказала Нина, чувствуя во рту металлический привкус обиды. Я хочу, чтобы через десять минут тут было чисто. И пусто.
Артем лишь фыркнул:
Не позорь меня при пацанах! Иди лучше пельменей сваргань просили же по-людски.
Вот тут у Нины что-то оборвалось. Десять лет брака промелькнули перед глазами. Стирка, уборка, гости, вечно недовольная свекровь, его сапоги у входа, носки под диваном… и вот приказной тон и гора чешуи на столе.
Она развернулась и, не проронив ни слова, вышла из комнаты.
Она еще вернётся, услышала Нина за спиной, поорет и вареников принесёт… Знаю я её.
В спальне, среди её аккуратно сложенных принадлежностей, на комоде лежал бумажник мужа, рядом банковская карта. Недавно Артему пришла премия за большой проект хорошие деньги, они откладывали их на ремонт кухни или зимние шины.
В мозгу моментально созрел план. Стремительный, дерзкий. Такой, на который прежняя Нина никогда не решилась бы. Но та Нина осталась в прошлом. Её сменила женщина, уставшая терпеть и ждать.
Она взяла карту, закинула в дорожную сумку сменное белье, свою любимую пижаму из голубого батиста, зарядку для телефона, косметичку.
В гостиной три мужика орали: «ГО-О-ОЛ!» Было ощущение, что сейчас потолок посыплется.
Нина быстро обулась, накинула пальто. Перед зеркалом задержалась: усталое лицо, трещинки вокруг губ, непроницаемый взгляд.
Сейчас покажу вам, кто тут бабка, пробормотала она тихо.
Она вышла из квартиры так тихо, что никто не заметил закрывающейся двери.
На улице моросил дождь, но внутри у Нины было жарко нервы, злость, решимость. Она вызвала такси. Не обычное, а бизнес-класса.
Через несколько минут к подъезду подкатила чёрная «Волга» водитель в сером пальто вышел и, открыв ей дверь, вопросительно спросил:
Куда поедем, барышня?
В «Метрополь», пожалуйста, сказала Нина.
Это была самая дорогая московская гостиница, настоящий дворец со старинными люстрами, роялем в холле и швейцарами. Она много раз проходила мимо, но никогда не думала, что войдёт туда, чтобы занять номер.
С удовольствием, отозвался водитель.
Пока они ехали, телефон в сумочке начал назойливо пищать. Артем, наверное, уже проголодался и вспомнил про ужин. Нина перевела звук на беззвучный режим. Пусть волнуется.
В холле «Метрополя» пахло розами и дорогими французскими духами, а пол сиял, как лёд на катке в январе. К стойке подошла девушка в строгом чёрном костюме.
Здравствуйте. У вас бронь?
Нет, Нина положила золотую карту на столик. Мне нужен люкс с видом на Кремль. Хочу, чтобы в ванной была джакузи.
Есть представительский люкс на предпоследнем этаже. С шикарной ванной и завтраками. Цена тридцать тысяч рублей за ночь. Бронируем?
Внутри что-то ёкнуло: месячная доля зарплаты или треть премии Артема. Но она кивнула:
Да. Пожалуйста.
Ваш паспорт… спасибо.
Терминал пикнул: «оплата прошла». Нина представила, как на телефон мужа тут же пришло смс: «Списание 30 000 RUB METROPOL HOTEL». Да, не скоро он её простит за такой жест.
Портье проводил до лифта. Когда она вошла в номер, дыхание перехватило: большие панорамные окна, сияющий ночной город внизу, огромная кровать, ванная из настоящего мрамора. Нина тут же разулась и прошлась босиком по ковру. Потом насыпала в ванну соли, открыла шампанское из мини-бара (пусть стоит, сколько хочет!) и включила телефон. Двадцать пропущенных от Артема, три сообщения:
«Нина, где ты?»
«Ты ушла в магазин? Возьми еще хлеба!»
«Нина, ты где? Пельменей нет!»
Она лишь усмехнулась: беспокойства ни капли, только приказы.
В этот момент пришло новое сообщение:
«Что за смс? Почему карта пустая? Куда ты деньги дела? Немедленно ответь!!!»
Она вызвала обслуживание номеров.
Добрый вечер. Хочу заказать ужин: салат с креветками, стейк, десерт и бутылку красного. Всё, что лучшее у вас есть. На номер, пожалуйста.
Телефон начал разрываться снова, когда она уже лежала в пене. Она подняла трубку только чтобы услышать:
Нина! Ты что, с ума сошла?! Ты где таскаешься? Премия ушла! Что ты сделала?!
Я купила себе ночь покоя, уважение и нормальный ужин, Артем. Я столько лет терпела твой «мальчишник» дома и грязные кружки. Я сегодня в отеле. Варите там сами свои пельмени.
Ты, что ли, выпила? Возвращайся немедленно! Это же на ремонт!
Ремонт подождёт. А я нет. Кстати, сейчас за ужин ещё семь тысяч придёт. Не пугайся.
Семь тысяч на еду? Ты в своём уме?! У нас в морозилке вареники!
Варите. Я пошла на массаж утром, говорят отменный. Если будешь ругаться, останусь ещё на сутки. Карта у меня.
Она отбила вызов и выключила телефон.
Через минуту в дверь постучались официант принёс шикарный ужин: белоснежная скатерть, серебряные приборы, аромат стейка… Нина сидела в халате и смотрела в окно на ночной город, впервые за столько лет ощущая себя не тенью на кухне, а женщиной, достойной ухода, подарков и уюта.
В ту ночь кровать казалась ей облаком, никто не храпел и не тянул одеяло. Утром она встала без головной боли и ощущения скомканного дня. Внизу был спа, хаммам, бассейн. Массажистка ловко размяла забитые плечи, приговаривая: «Милочка, у вас такие спазмы! Себя жалеть надо!»
Теперь буду, пообещала Нина.
Два часа дня. Она вышла из отеля, включила телефон: сотни пропущенных, одно последнее короткое сообщение от Артема: «Всё вымыл. Жду. Прошу, поговорим».
Она вновь вызвала такси бизнес-класса и поехала домой.
Открыла дверь: пахло свежестью и лимоном, легкой ноткой хлорки. Коврики вымыты, пол блестит, стол пуст. Артем сидел на кухне с чашкой остывшего чая, усталый, с мешками под глазами.
Пришла… выдохнул он. Ты хоть понимаешь, сколько потратила?
Нина положила перед ним карту.
Тридцать семь тысяч шестьсот рублей за ночь покоя, бутылку вина и твой первый урок. Дешево, если подумать.
Артем схватился за голову.
За одну ночь! Про половину ремонта забыли!..
А если бы нанимал домработницу, повара и психолога на десять лет, сколько бы вышло? Нина выдержала паузу. Ты привык, что всё само ужин, порядок, вкусная выпечка, а мои просьбы для тебя пустой звук. Ты вошёл с гостями, когда просила этого не делать, и говорил со мной, как будто я… предмет мебели.
Артем хотел что-то возразить, но махнул рукой.
Ну, промахнулся. Извини. Димка, конечно, и сам не прав. Я им больше слово не дам.
Отлично, Нина поднялась. Поесть есть что? Или всё сожрали?
Артем быстро вскочил.
Я суп сварил. Правда, из пакетика, но с картошкой. Тарелку дать?
Нина сдержала улыбку. Героизм восьмого ранга.
Давай.
Они ели в молчании. Артем украдкой поглядывал на жену, будто боялся, что она сейчас опять исчезнет. А Нина вкушала пересоленный суп и думала о том, что эти тридцать семь тысяч были самыми правильными деньгами в её жизни. Чтобы тебя начали ценить, нужно сначала показать, сколько ты стоишь буквально.
Вечером Артем уступил ей выбор фильма впервые за много лет! Они смотрели мелодраму под пледом, и он вдруг прижал её к себе:
Нин…
М?
Там… правда хорошо было? В отеле?
Очень. Панорамные окна, ванна с солью, шампанское…
Может… когда накопим, вместе наведаемся? Вдвоём? На юбилей?
Обязательно, Нина улыбнулась. Только свою карту держи при себе. Вдруг мне опять захочется люкса среди зимы.
Артем рассмеялся и ещё крепче прижал её к себе:
Нет, уж, теперь я сам буду стейки учиться жарить. Дешевле выйдет.
С тех пор всё изменилось: гости только по заранее согласованному плану и по выходным, Артем начал убирать за собой, даже посуду мыл. А Нина завела отдельный сберегательный счёт про себя называла его «Фонд Свободы» добавляла туда из каждой получки. Ведь мало ли что… Всякое бывает. Теперь она точно знала: если что, у неё всегда есть на люкс. И это ощущение грело лучше любого домашнего уюта.
Если эта история вам знакома и вы тоже считаете, что своё достоинство надо отстаивать держитесь за себя и не позволяйте никому обесценивать ваш труд.
