Отправили в пансионат
Шутишь, Аграфена, и не вздумай такое даже предлагать! с резким движением Клавдия Степановна откинула в сторону тарелку с манной кашей. Думаешь, сдашь меня в приют для престарелых?
Чтоб кололи чем-то и рот затыкали, если закричу?
Не дождёшься!
Аграфена глубоко втянула воздух, стараясь не замечать, как мелко дрожат руки бабушки.
Бабушка, о каком приюте ты говоришь? Это же частный пансионат. Там вокруг лес, есть круглосуточные медсёстры, хорошие условия.
Ты там не одна будешь, найдёшь компанию, телевизор большой, книги.
А тут ты ведь одна с утра до вечера, пока папа вкалывает.
Знаю я вашу компанию, скрипнула Клавдия Степановна, устраиваясь на подушках. Оденут, разденут, всё вынесут из дому, а меня потом в канаву выбросят.
Пойдёшь, скажешь Паше: живой из квартиры меня не вынесете. Пусть сам меня досматривает. Он сын или не сын?
Я его на руках носила, ночами не спала, когда он в лихорадке бредил. Теперь его очередь наступила.
Папа на двух работах работает, чтобы тебе лекарства покупать! Ему пятьдесят три года, давление скачет, за три года даже в кино не удалось сходить, не то что отдохнуть!
Пусть, ответила Клавдия Степановна, сжав губы. Молодой ещё, здоровье есть.
А ты мне тут не командуй, тоже мне, учительница. Иди, манку вытирай. Развели мусор!
Аграфена вышла в коридор, шумно выдохнув. Как вот с ней найти общий язык?
Павел вернулся домой около семи. Не разувшись, устало опустился на табурет в коридоре, уставившись в пол.
Пап, как ты? Аграфена спешно сняла с него массивный пакет с продуктами.
Всё нормально, Агафья, тяжело выдохнул он. На складе завал, годовой отчёт впереди. Как бабушка?
Как всегда. Криком на меня пансионат её пугает. Решила, что мы её гробим.
Пап, так невозможно жить. Я список расходов смотрела на продукты осталось три тысячи рублей.
А у меня ещё и общага, и учебники нужны.
Разберёмся, Павел медленно поднялся и сбросил сапоги. Я ночью на смены устроился, охранять буду через день.
Ты с ума сошёл? Когда спать-то будешь? Ты же свалишься на работе!
Он ничего не ответил. Побрёл в кухню, поставил чайник.
Она поела?
Половину вылила на постель. Я её сменила.
Понятно. Ты иди, учись. Сессия на носу. Я сейчас сам всё сделаю: покормлю, умою.
Аграфена наблюдала, как отец, прихрамывая, уходит к бабушке.
Было его жаль до слёз: когда-то весёлый, душа компании, он теперь словно безжизненная тень.
Шутки исчезли, блеск в глазах угас.
***
Через неделю стало только хуже Павел появился позже обычного, походка шаткая. Аграфена сразу встревожилась.
Папа? Всё в порядке?
Голова закружилась в метро, Агафья. Давка жуткая.
Сядь, сейчас тонометр принесу
На экране: 180 на 110. Аграфена молча подала таблетки.
Завтра ты никуда не пойдёшь. Врача вызову.
Не могу Завтра проверка, если не будет меня премию вычтут. А налог на мамину квартиру подняли.
Продай её, папа! зашептала Аграфена, стараясь, чтобы бабушка не услышала. Продай ту однушку в Мытищах.
Шестьсот тысяч огромные деньги сейчас. Долги вернём, хорошую сиделку наймём.
Павел тяжело вздохнул:
Без согласия матери не получится…
Она там пять лет даже не появлялась! Зачем ей квартира, если она не встаёт?
Павел не ответил за стеной звякнула кружка.
Клавдия Степановна била по тумбочке, требуя внимания.
Паша! Ты там с кем шепчешься? Опять за спиной меня обсуждаете? раздался её скрипучий голос.
Павел принял таблетку из рук дочери и пошёл к бабушке.
***
Ещё шесть лет назад у отца была женщина Мария, добрая, спокойная, ходила к ним, приносила пироги. Папа с ней хотел в пансионат под Москвой съездить отдохнуть.
Всё закончилось, когда свалилась бабушка. Мария старалась помочь, но Клавдия Степановна устроила такой ад, что та не вытерпела.
Пришла всю жизнь мою забрать! Сына украсть решила! кричала на весь дом, при малейшем намёке на свидание изображала сердечный приступ. Гоните её вон!
В итоге Мария ушла, отец к ней не вернулся.
Вечером, когда Аграфена готовилась к экзамену, зазвонил домашний.
Алло?
Павел Сергеевич? спросил незнакомый голос.
Нет, я его дочь. Случилось что-то?
Девушка, это отдел кадров. Ваш отец сегодня на собрании упал в обморок. Приехала скорая, его увезли в городскую больницу
Аграфена лихорадочно записывала адрес прямо на полях тетради. Не успела отложить трубку, как бабушка взъелась.
Аграфена! Кто это звонил? Где Пашка? Пусть чай принесёт!
Аграфена вошла: бабушка, обложенная подушками, недовольно хмурилась.
Папа в больнице, коротко сказала внука.
Как в больнице? Клавдия Степановна замерла, но тут же буркнула: Доводите вы меня в могилу! Орал вчера вот Бог и наказал.
Ни одной заботы обо мне нет! Кто меня кормить теперь будет? Чайник ставь!
Аграфена молча вышла.
***
Три дня Аграфена металась между больницей и домом.
Гипертонический криз, сильное истощение поставили диагноз. Врачи строго-настрого запретили ему даже вставать.
Агафья, как мама? первым делом спросил он, увидев дочь.
Всё спокойно, папа. Соседка помогает, я сама справляюсь. Не думай о нас тебе минимум две недели нужен покой.
Какие две недели Уволят Деньги
Папа, отдыхай, поправила одеяло Аграфена. Я обо всём позабочусь. Я обещаю.
На четвёртый день, возвращаясь домой, Аграфена встретила шквал упрёков от бабушки.
Где пропадаешь? В грязи лежу Пашка прохлаждается, а я тут умираю!
Аграфена сжала кулаки.
Слушай, бабушка, раз и навсегда. Папа на грани инсульта, если ещё раз так перенервничает, его не станет.
Не пори чепухи! фыркнула Клавдия Степановна, Сильный он, как дед! Поверни меня, бок болит!
Нет, бабушка, Аграфена решительно села напротив. Не поверну. И кормить не буду.
Клавдия Степановна выпучила глаза.
Ты что мелешь, совсем с ума сошла?
Нет. Нет денег больше. Вообще. Папа не работает, премии не видать. Твоей пенсии на всё не хватает даже на памперсы с лекарствами.
Врёшь! У Пашки припрятано должно быть!
Всё ушло на твои обследования. Два варианта: подписываем сейчас бумаги на продажу твоей квартиры в Мытищах или я вызываю соцслужбы и тебя бесплатно устроят в государственный дом престарелых.
Не посмеешь! взвыла Клавдия Степановна. Я хозяйка! Мать!
Хозяйка чего? Ты сына губишь, только бы покушать и поспать потеплей.
Я уже договорилась с пансионатом деньги с продажи уйдут на оплату. Там присмотр, забота, вкусная еда.
Не пойду! захрипела бабушка.
Тогда голодай. Я завтра ухожу работать, вечером приду. Бутылка воды вот и всё.
Аграфена захлопнула дверь. Её трясло. Нельзя больше поддаваться иначе потеряет папу.
А бабушка бабушка, если позволить, всех переживёт.
Ночь прошла молча. Аграфена слышала за стенкой, как бабушка зовёт, причитает, ругается. Вошла лишь утром.
Дай попить еле слышно пробормотала Клавдия Степановна.
Аграфена поднесла кружку.
Ну что, подписываешь? В полдень приедет нотариус.
Вот вы прошептала бабушка, уже не гневно, а слабо. Всё хотите забрать Подписывай, только скажи Паше чтобы навещал.
Будет. Как только сможет ходить. И я буду приезжать. Обещаю.
***
Павел сидел на скамейке у берёзовой аллеи пансионата. Лицо посвежело, появился румянец, взгляд стал теплее.
На коляске рядом сидела мать опрятная, в теплом оренбургском платке, грызла яблоко.
Паша? Эй, Пашка! позвала она.
Да, мама?
Ну ты с Марией-то созвонился? Помирились?
Павел, растерявшись, глянул на мать.
Созвонился. Она приедет в субботу.
Ну и отлично, бабушка отвела взгляд, засмотрелась на клумбу. Пусть приезжает, тут у нас медсестра Лидочка, сварливая какая-то, всё отчитывает.
Пусть Мария посмотрит, как меня тут держат. Ты гляди, Паша, не обижай её! Приведи в дом порядочную женщину.
Вот твой отец
Павел улыбнулся, осторожно обняв маму за худую руку. По аллее бежала Аграфена, размахивая рукой, улыбаясь весь в рот.
Папа! Ба! кричала она ещё издали. Мне дали стипендию! На работе повысили оклад!
Павел поднялся, раскинул объятия. Клавдия Степановна наблюдала сурово, со щуром.
Она всё ещё считала, что её оставили несправедливо, но бывать дома больше не просилась.
Когда подошла сиделка и ласково позвала на массаж, Клавдия степенно кивнула:
Веди, только аккуратней, я женщина хрупкая. А то в прошлый раз твой массажист едва кость не сломал Ты скажи ему, чтобы поосторожнее был. Медведь, не иначе
Сиделка укатила кресло, Аграфена обняла папу, они стояли, глядя ввысь на высокие сосны.
Впервые за много лет все трое были по-настоящему счастливы.
***
Клавдия Степановна дожила до правнука Аграфена окончила МГИМО, вышла замуж за хорошего парня, родила сына.
Павел женился на Марии. Вторую невестку Клавдия Степановна приняла, отношения стали тёплее: Мария забыла прошлое, помирившись со свекровью.
Ушла Клавдия Степановна тихо, во сне, не затаив зла ни на сына, ни на внучку.
