Предательство своих
Дашуня снова с благоговением смотрела на брата и сестру. Какие же они были красивые! Высокие, черноволосые, голубоглазые, прямо из рекламы шоколада. Их снова награждали победа в очередных городских соревнованиях! Даша вскочила, чтобы первой их поздравить. Ковыляя на правую ногу, поплелась к сцене: братику и сестре она связала зайчиков один в юбочке, другой в клетчатых штанишках. Подарки-то надо вручить!
Дашуня выглядела неказисто: полная, неуклюжая, волосы жиденькие, собранные кое-как, на губах простодушная улыбка. Кристина с Марком сделали вид, будто сестру не видят вовсе. А она рвалась к ним сквозь толпу.
Пропустите, пожалуйста! Это мои брат и сестра! радостно кричала Даша.
Крис, там тётка какая-то пухлая лезет, орёт, что ваша сестра. Правда, что ли? лениво спросила подруга Кристины, белокурая Лиза.
Кристина обернулась, увидела Дашу и внутренне скорчилась.
Толстуха приперлась… подумала она язвительно. Несёт зайчиков. Ну точно, мама настояла…
А вслух пренебрежительно ответила:
Нет, какая сестра, Лиз? У меня брат один, Марк.
Во-во, а я уж подумала, на халяву к славе кто-то лезет, фыркнула Лиза.
Наверное, фанатка местная. Забери у неё зайцев, Лиз, и беги к нам, а мы с Марком пошли, кокетливо бросила Кристина и, взяв брата за руку, проворно двинулась сквозь восторженную толпу.
Лиза сунула Даше мол, передам, не волнуйся.
Хорошо! Я вас дома ждать буду! Ватрушек напеку! радостно выдала Даша и отправилась восвояси, еле волоча ногу.
На, передала. Сказала, дома ждёт, ватрушками угощать будет. Сама как ватрушка. Это точно не твоя родня, Крис? Чего она к вам лезет вообще?
Ну точно, говорю же, кто-то из почитательниц. Только мешают такие, отмахнулась Кристина и выкинула зайчиков в мусорку. И под хохот ушли на награждение.
На деле Даша и правда была сестрой Кристины но только сводной. Мама, Инесса Ивановна, взяла малышку к себе, когда дальняя родственница погибла в аварии. Кристина с Марком тогда еще долго визжали: Мааам! Не тащи её! Она же хромает, полная, и вообще позор!
Ну деточки, жалко же девочку! Одна осталась уговаривала Инесса Ивановна. Даже котят берегут, а тут человек. Дом у нас большой, места хватит!
В итоге скрепя сердце согласились. Инесса Ивановна в семье зарабатывала больше всех, директором магазина работала. Папа, Леонид, наоборот, начальником особо не был на подработках у жены спину не гнул, да и интрижки свои заводил налево и направо. Красавец был, дети пошли в него внешностью.
Дашуня росла себе потихоньку, на радость собаке Шарику и кошке Мусе да и то, что брата с сестрой обожала, утаить невозможно было. Глазки почти прозрачные, как у братьев и сестёр голубоватые, волосы светлые, характер золотой. Только вот за свою внешность себя не любила…
Играть приходилось самой: Марк с Кристиной в компании не брали, да и на семье срывались по всем статьям. Марк вазу разбил на Дашу списали, Кристина кофту мамину порвала опять Даша виновата. Та только кивала виновато и извинялась для неё важно было, чтобы брата и сестру не ругали. Ведь они красивые!
К Инессе Ивановне Даша тоже не особо прижиматься умела, но была искренней. Отец же, Леонид, бывало за ужином начинал истерить:
Зачем это чучело домой притащила? Стыдно ведь! Ходит еле-еле, весит, как самовар. А твои дети Марк с Кристиной загляденье! Вот какая разница, а ты…
Даша вечерами слушала эти крики у двери, разглядывала себя в зеркале и мечтала стать такой же красивой, как Кристина. Но чуда не случалось.
Учиться девочку определили в другую школу Марк с Кристиной настояли. Мол, иначе учиться плохо будут. Инесса Ивановна сдалась, чувствуя мостик между её детьми рушится.
Шли годы. Марк с Кристиной уехали учиться, а Даша попросила остаться дома.
Доченька, ты хоть подумай! Я оплачиваю учёбу, куда угодно, хоть дизайнером, хоть переводчиком становись! уговаривала Инесса Ивановна, обнимая приёмную дочь.
Даша обнимала её в ответ и терлась, как котёнок: родные дети и матушку чмокнут разве что на Новый год, да и то нехотя. Добром тут пахло только от Даши. Всегда встречала мать с работы и зимой, и летом, и в семь вечера, и в час ночи во дворе, на скамейке, на пуфике. А Марк с Кристиной кто в свои дела в телефоне, кто у телевизора.
На очередное «Дети, встречайте маму!» Кристина фыркала:
Мам, ну мы же заняты! А эта дура ждёт, потому что ей заняться нечем!
Даша только пожимала плечами.
Мам, можно я стану ветеринаром? Животных лечить хочу: котят, щенят, ёжиков… спросила однажды девушка.
Это был ожидаемый выбор: Даша всех бездомышей тащила домой. Был у неё и верный друг лохматый пёс Шарик, похожий на медвежонка. Кристина фыркала: ей бы чихуахуа, а тут целый кавказец! Но тут Инесса Ивановна поддержала Дашу.
Так и жили. Потом у Инессы Ивановны начались проблемы со здоровьем, пришлось увольняться. Муж Леонид выследил момент, когда денег стало меньше, и сбежал к подруге жены очень предприимчивой владелице салона.
Дети приезжали лишь за деньгами. Хорошо, что накопления рублёвые остались. Пока рядом была Даша: тянула ногу, но каждый день готовила что-то вкусное, делала массажи, заваривала травы и вообще была самой душой.
Кристина и Марк обзавелись семьями. Мама помогла: добавила денег на жильё. Но однажды ночью Марк заявился чуть ли не в слезах и выдал, что в курсе долгов на неслабую сумму.
Ну где я возьму столько средств, сынок? У отца спроси, у меня таких денег нет! всплеснула руками Инесса Ивановна.
Мам, ну тогда считай, нет у тебя сына, хмыкнул Марк.
Выход он, конечно, придумал: коттедж продать! Тогда хватит рассчитать все долги.
Но сыночек, а мы с Дашей? Нам куда жить?
Она пусть сама выкручивается. На свою шею всю жизнь вас тянула. А ты ко мне поедешь, Лерочка будет только рада! заулыбался Марк.
Инесса Ивановна не сильно верила в радушие невестки, но ради сына согласилась главное, чтобы Дашка ехала с ней. Марку пришлось уступить. Только потом Даша подошла к матери и шепнула:
Мамочка, ты поезжай одна Я скоро замуж выхожу, меня приглашают жить вместе, не переживай!
Кто он, Дашенька? Ну расскажи же! растрогалась Инесса Ивановна.
Потом познакомишься, обещаю, мам!
Марк обрадовался не пришлось придумывать, как выпроводить Дашку.
Но Даша соврала. Никого у неё не было. Просто она чутко понимала: не нужна она в том новом коттедже. Маме лучше не волноваться здоровье дороже.
Сняла комнату по объявлению, в частном доме у деда Прохора, потертого фронтовика. Сам он был уже не молодой, хозяйничал по дому один куры, козы, поросята. Узнав, что квартирантка ветеринар, обрадовался до слёз:
Не платить будешь, живи бесплатно!
Даша, однако, настояла платить по-честному, а дед только втихаря засовывал ей рубли обратно в карман.
Работа у Даши нашлась сразу. Животные и их хозяева любили её всей душой: кто слаще Даши поговорит, кто вкусняшку после уколов даст, а кому и слово ласковое найдётся:
Ну, Барсик, всё, процедуры окончены! А вот Шарик, держи лакомство!
Доча, меня так не встречают в больнице, как ты моего Барсика! качала головой соседка Анна Петровна.
Даша расцветала но сердце болело по маме. Звонила часто, но с каждым разом Инесса Ивановна становилась всё молчаливей. Позже трубку и вовсе брал Марк, грубо отвечал мол, мать отдыхает.
Не пойму, дед Прохор, полгода маму не видела! вздыхала Даша за чаем.
А что ж не навестишь? Собирайся, поедем на моём «Жигулёнке», бодро предложил дед Прохор.
Даша подпрыгнула адрес Марка у неё имелся.
Поехали вдвоём. Долго стучались. Открыла рослая блондинка в пеньюаре.
Вы кто? Что продаёте? Нам ничего не надо!
Вы, простите, Лера? Жена Марка?
Ну я…
Я Даша, его сестра! Можно к маме? Я только увидеться, и сразу уйду, не помешаю, со мной дедушка Прохор!
Нет её, зевнула Лера. В приют сдали. Марк отвёз, ухаживать некому. Где приют не помню, сейчас спрошу.
Ты записывай и больше к нам не приезжай! строго добавила, поливая Дашу запахом элитных духов.
Даша не дослушала, выскочила на улицу, дрожа:
У меня жилья нет собственного… Но я же всё равно что-то бы придумала! шёпотом повторяла.
Даш, да мы бы её к себе! У меня место, комната пустует. Это ж ваша мама, какие дела! бурчал дед Прохор.
Доехали до приюта. Неужели эта маленькая, худая старушка в кровати её любимая мама?
Мамочка! Это я, Дашка! Прости меня, не приезжала… Я тебя заберу. Будем у дедушки Прохора жить! Он фронтовик, у него курочки и козы! Выздоровеешь, обещаю! Яичницу печь буду, молочко пить будем, ватрушки печь! Мамочка, слышишь меня? Я тебя люблю!
Даше с дедушкой удалось забрать Инессу Ивановну домой: формально Даша была её дочерью. Да и дед Прохор наплёл про друга-генерала, если что позвонит! Марк договорился, чтобы мама в приюте осталась, да не тут-то было…
На десятый день Инесса Ивановна встала, подошла к окну. Во дворе свинюшка Фёкла чинно шагала, петух кукарекал, пахло молоком и ватрушками. Даша запыхавшись ворвалась в комнату.
Мама стояла, плакала. Даша обняла её со всей своей неуклюжестью: прости, что не приезжала, мамочка, прости, что жить теперь будем вместе, а не в коттедже с Марком и Кристиной.
Инесса Ивановна молча держала в объятиях единственного настоящего ребёнка не по крови, а по сердцу.
Всё теперь будет хорошо, Дашенька. Всё хорошо, доченька, шептала Инесса Ивановна.
Ну что, девчонки, может, чаю с ватрушкой? бодро вошёл дед Прохор.
Все трое, весело смеясь, отправились на кухню. В новую жизнь.
Когда самые близкие становятся чужими: История Дашки о предательстве, нелюбви и настоящей семье среди чужих людей
