Леночка, я больше не выдерживаю, Мария опустилась на стул и закрыла лицо руками. Ты даже не представляешь, каково это всё тащить самой. Уже спина не разгибается.
Я отставила кружку с чаем и внимательно посмотрела на сестру. Она выглядела совершенно обессиленной: темные круги под глазами, волосы кое-как собраны в хвост.
Маш, ну что происходит?
Уже два года, как Саша ушёл. ДВА года! Всё на мне. Школа, уроки, кружки, готовка, уборка, стирка… Я как белка в колесе. Всё на мне! А Ксюша ещё характер показывает огрызается, спорит постоянно…
Я нахмурилась. Десятилетняя племянница мне всегда казалась спокойной и рассудительной совсем не той, которая истерит или грубит взрослым.
Ксюша огрызается? Я удивилась. Странно, она же с тобой в порядке когда я у вас бываю…
Потому что ты видишься с ней пару часов в месяц! Мария замахала руками. Вот ты попробуй каждый день объяснять ей, что посуду надо мыть сразу, а не кидать в раковину, что уроки делаются вовремя, и нельзя весь вечер в телефоне торчать!
Ну, обычные детские капризы…
Обычные! Мария усмехнулась с горечью. Мне уже сил нет на ваши “обычные”! Я на работе вкалываю, потом домой, готовка, уборка, а она лежит и залипает в экран! С меня хватит!
Я промолчала. Хотелось сказать, что матери и похуже справляются, у некоторых по трое детей без всяких мужей. Но ссориться с Марией не хотелось, я просто кивнула ей, показывая, что понимаю.
Лен, слушай, вдруг Мария оживилась, у тебя вообще в выходные дела есть?
Да нет, вроде свободна.
Забери, пожалуйста, Ксюшу к себе на субботу-воскресенье. Мне надо подышать, прийти в себя. На пару дней к подруге в Подмосковье съезжу, хоть голову проветрю.
Конечно! я честно обрадовалась. Я давно хотела ее пригласить: кино посмотрим, погуляем, устроим девичник.
Мария с облегчением улыбнулась и полезла за телефоном позвонить дочери.
Эти выходные пролетели совершенно незаметно. Ксюша оказалась чудесной спутницей. Мы вместе лепили домашнюю пиццу она сама раскатывала тесто, клала начинку. Смотрели мультики, валялись на диване, гуляли по парку, кормили голубей и уток возле пруда. Ни капризов, ни грубости. Абсолютно обычный ребёнок весёлый и открыт.
В воскресенье вечером я позвонила Марии. Долго гудело, потом, наконец, раздался знакомый голос:
Да?
Маш, ты когда приедешь за Ксюшей? Мы тебя уже заждались.
Пауза. Какая-то слишком затянувшаяся пауза.
Лен, тут такое дело… Мария замялась. Я сейчас даже не в городе.
В смысле? Ты же вроде в Подмосковье это пара часов!
Я… не в области. Я в Турции.
Я чуть не выронила телефон.
Что?! Где?!
В Анталии. Улетела вчера утром. Тут знакомый, я у него поживу месяц. Очень нужен отдых, понимаешь?
Маша, ты издеваешься?! я схватилась за стол. Ты уехала за границу и оставила дочь у меня, даже не предупредив?!
Лен, ну как бы я тебе сказала? Ты бы сразу отказалась!
Ещё бы отказалась! Это же безумие! У меня работа, свои дела, я не могу месяц быть нянькой! Ты хоть понимаешь, что творишь?
Лен, ну не драматизируй. Ты сама говоришь, что Ксюша спокойная никаких проблем! Месяц пролетит незаметно!
Маша, ты в своём уме?! Просто бросить ребёнка и улететь?! Ты же её мать!
Я мать, которая два года без передышки! Мне отдых нужен!
Отдых?! МЕСЯЦ?! В ТУРЦИИ?!
Лена, тон Марии захолодел, хватит орать! Ты что сделаешь? На улицу выгонишь Ксюшу? В опеку позвонишь?
Сестра бросила трубку.
Я стояла в кухне, вцепившись в телефон, и не понимала: только что родная сестра подкинула мне ребенка на месяц и удобно улетела загорать. Просто поставила меня перед фактом.
Из комнаты выглянула Ксюша.
Тётя Лена, мамочка скоро приедет?
Я выдохнула, заставила себя улыбнуться:
Ксюша, давай поговорим.
Она села на табуретку, болтала ногами. Я присела рядом.
Мама уехала отдыхать. Видимо, надолго. Ты поживешь у меня некоторое время. Ладно?
Конечно.
Никаких слёз, ни истерики. Просто спокойный кивок. Я сама не знала, чему удивляться.
У тебя в рюкзаке ключи от квартиры есть?
Ксюша кивнула и показала брелок с кошкой.
Тогда давай съездим за твоими вещами.
В квартире сестры идеальный порядок. Я собрала одежду, учебники, любимого плюшевого медведя, а Ксюша аккуратно сложила всё в чемодан.
Первая неделя прошла в привыкание. Я подкорректировала рабочий график, договорилась о частичной удалёнке. Ксюша ходила в школу, делала уроки, мы вместе ужинали.
На второй неделе она сама предложила помочь по дому. Протёрла пыль, пропылесосила, даже старые окна помыла.
Ксюша, ты не обязана.
Я хочу помогать, она серьёзно посмотрела на меня. Ты кормишь меня, держишь у себя это честно.
Потом сама попросила сделать салат к ужину. Огурцы порезала неровно, помидоры с разной толщиной, но очень старалась. Я похвалила.
Мама не разрешала готовить, сказала она не глядя. Всё делала сама говорит, что за мной переделывать приходится.
Тебе хотелось?
Очень! Убираться тоже хотела. Но мама злилась, когда я пыталась…
Я вспомнила её жалобы: “ничего не делает, сидит и плевёт в потолок”. А девочке просто не давали учиться, пробовать, ошибаться.
Папа разрешал, вдруг добавила Ксюша тихонько. Папа говорил: “Первый блин комом, зато свой”. Пробовать надо.
Ты скучаешь по папе?
Короткий кивок.
Мама не даёт видеться. Говорит, он плохой. А он хороший. Просто с мамой тяжело было.
Я обняла Ксюшу. Такая маленькая, хрупкая.
Мария ни разу не позвонила за три недели не спросила, не написала. Я сама отправляла фото, рассказывала, как у нас дела. В ответ “Ок”, “Ладно”, “Хорошо”.
Думала всё время что же будет, когда месяц пройдёт? Ребёнка обратно к матери отдавать, и опять будут нервы, ссоры… Я не могла заснуть. И тут вспомнила про Сашу бывшего мужа Марии.
Нашла его номер.
Алло?
Саша, это Лена сестра Марии.
Пауза.
Лена? Что случилось?
Ксюша у меня уже месяц. Мария в Турции, без предупреждения оставила.
Долгое молчание.
Как Ксюша?
Хорошо, но скучает. По тебе.
Можно я приеду?
Конечно.
Через час он уже был у меня на пороге, с букетом ромашек.
Папа! Ксюша бросилась ему на шею. Он прижал дочь, а плечи у него дрожали.
Малышка моя Как я скучал! Мама не разрешала…
Я знаю, папа… Всё понимаю.
Я тихо наблюдала за ними отец и дочь, им не дали быть вместе не по-человечески, а ради чьей-то гордости, желания контролировать.
Когда они отдышались, я подошла.
Ксюша, честно скажи: ты бы хотела жить с папой?
Да.
Я посмотрела на Сашу.
А ты?
Это моя мечта с того дня, как я ушёл. Я её люблю, всегда любил. Но Мария не дала быть рядом. Запретила.
На следующий день я позвонила в опеку. Объяснила: мать сама бросила ребенка на месяц, улетела, отец хочет забрать.
Разбирательства заняли несколько дней: справки, подписи, разговоры с психологом. Ксюша твердо сказала: жить хочет с папой. Саша предоставил все бумаги квартира, работа, доход достойный.
И через неделю Ксюша переехала к нему.
Я навещала их часто девочка прямо расцвела. Готовила вместе с папой и радовалась каждому успеху. Они вместе смеялись, читали вечером книжки. Саша оказался таким спокойным, душевным никакой суеты, только уют.
С ним мы хорошо сдружились: за чаем обсуждали школу, планы на отпуск, Ксюшины увлечения.
…Мария вернулась домой загорелая, при параде и с шикарным настроением. Но оно кончилось быстро.
Ты ОТДАЛА мою дочь?! ворвалась в квартиру с криком. Как ты могла?!
Я? спокойно ответила я, отпивая кофе. Я никого не отдавала. Это ты её бросила.
Я оставила на время!!! орала Мария.
Ты улетела на месяц, в другую страну, даже не позвонила ни разу.
Это моя дочь!
Была твоя. Теперь суд решит.
Мария побледнела.
Какой суд?!
О том, где будет жить ребёнок. Саша подал заявление. Учитывая, что ты ребёнка на меня сбросила и свалила ни шансов у тебя. Ксюша сама сказала, хочет жить с папой. И готовься платить алименты.
Она вылетела, хлопнув дверью, даже не попрощалась.
Я осталась сидеть в кресле, понимая: сестра теперь вряд ли будет общаться. Может, и навсегда. Но мне не жаль. До сих пор не понимаю, как можно так просто бросить ребёнка.
Для Марии это, наверно, осталось самым большим уроком что у поступков есть последствия. А Ксюша теперь счастлива. И мне этого достаточно.
