Дневник. 15 апреля
Ну вот и вышли мы сегодня с дочкой из роддома. Я, Павел Сергеевич, крепко держал маленькую Варю, завёрнутую в одеяло, а в другой руке прижимал пакет с её первым богатством пелёнки, документы, немного вещей. Только вот чуда не случилось. Никто нас не встретил за воротами больницы: ни мои родители, ни кто-то ещё. Весеннее солнце слепило глаза, но в сердце было пасмурно.
Даже не знаю, куда ноги ведут. Родители категорично заявили: «Варю домой не неси, напиши отказную, Павел!» Мать вообще настаивала, чтобы я отдал её в детдом. Но я сам рос в детдоме, знал, каково это, когда от тебя отказываются. Пообещал себе, что, что бы ни случилось, не брошу свою кровиночку, даже если придётся остаться на улице.
Воспитывался затем в семье Трофимовых добрые, честные, только сами со здоровьем не ахти и жили очень скромно. Баловали меня, самостоятельности не научили, но я им благодарен. Сейчас вот понимаю: во многом сам виноват, что у Вареньки нет мамы. Думал, что у нас всё серьёзно, девушка моя обещала познакомить с родными, но стоило ей узнать о беременности, как пропала. Сказала, что к детям не готова, собрала вещи и уехала. Телефон отключила, больше я её не видел.
Вздохнул с тоской: ни мать, ни бывшая девушка ребёнка не признают. Вот уж кому не готова судьба так это к таким, как я. Зато я должен быть готов к жизни с дочкой.
Присел на скамейку у старого дуба у роддома. Солнце по-весеннему греет, пахнет свежестью и началом новой жизни, а я не знаю, где эта жизнь начнётся. Слышал, что в Москве есть центры для одиноких отцов, только я надеялся на своих думал, одумаются, а они…
Пока перебирал в голове варианты, решил ехать в Тверскую область к старой родственнице, бабе Агафье. Может, приютит хоть на первое время. Буду помогать по хозяйству, детские пособия хоть немного помогут, а дальше работу найду, куда деваться. Вдруг и повезёт. Схватив Варю покрепче, достал из кармана дряхлый телефон посмотреть расписание автобусов до деревни. Проходил через дорогу и чуть не попал под чёрный «Волга»: за рулём седой высокий мужчина.
Выскочил, разозлился: «Совсем смотреть перестал, что под колёса с ребёнком лезешь? Себя и дочку погубишь, а я в тюрьму на старости лет сяду!» Я растерялся, ком в горле, Варя заплакала. Мужчина смягчился:
Ты куда идёшь вообще, с малышкой на руках?
Сам ещё не знаю проблеял я.
Садись, поехали ко мне. Успокоишься, отдохнёшь, а потом подумаем, что делать. Я Георгий Николаевич. А тебя как звать?
Павел.
Он сам усадил меня с Варей в салон «Волги» и привёз в свою большую хрущёвку в центре города. Выделил отдельную комнату, дал покормить малышку, а потом спросил, что мне нужно для ухода за дочкой. Я протянул ему свой тощий кошелёк рублей 800 осталось попросил купить пелёнки и подгузники. Он лишь рукой махнул: «Оставь, мне деньги всё равно некуда тратить».
Сбегал к соседке-Людмиле она, к счастью, детский врач, и была дома. Вместе составили список: подгузники, детская смесь, аптечка, одежда первой необходимости. Всё купил. Возвращаюсь а Павел уже спит, Варя глаз не сомкнула. Вымыл руки, взял дочку на руки, чтобы тот мог поспать.
Пока закрывал дверь, Павел проснулся, напугался где, мол, Варя? А я ему с улыбкой: мол, спи, отец. Всё куплено, всё хорошо.
Скоро соседка придёт, покажет, что и как делать, вызовет участкового педиатра. Я понял: не могу этого парня с дочкой на улицу отпустить.
Слушай, Павел, зачем тебе деревня и старуха? Живи у меня, комнаты пустуют. Я вдовец, ни детей, ни внуков, пенсия хорошая, да и работаю ещё понемногу инженером. Одиноко мне. А обои малютке с тобой будет уютно. Мне семья очень нужна…
Я спросил про его жизнь, сам рассказал о себе был единственный сын, погиб десять лет назад в аварии на мотоцикле, не дождавшись свадьбы с невестой, которая, как оказалось, тоже ждала ребёнка. После похорон жена моя заболела и через год ушла. Невестку я тогда разыскать не смог. Детей у меня так и не осталось.
Павел вскинул голову: Дочку решил Варварой назвать, не знаю, почему Имя красивое, доброе, редкое.
Варвара? Павел, так сына моего звали Варлам! (Я его им решил назвать, сокращённо тоже Варя бы звали). Не рассказывал тебе раньше Ну, что, остаёшься?
Павел чуть не заплакал говорит, что сам из детдома, его потом Трофимовы усыновили, учили, кормили. Жена ушла, родителей нет идти некуда. Лишь цепочка на память осталась от матери: оставила её на одеяле, когда подкинула под двери детдома.
Вышел вечером Павел с Варварой в новую одежду я заметил у него на шее ту самую цепочку. Спросил, не та ли, что оставила мать? «Та», отвечает, и достаёт кулон.
Тут меня аж земля из-под ног ушла кулон-то я сам когда-то для своего сына заказывал! Я показал, как открывать этот кулон открывается на две части, а внутри прядь светлых волос
Это волосы моего сына, Варлама Значит, ты мой внук, а Варя праправнучка? Вот она, судьба!
Павел смущённо предложил сделать тест ДНК. Я рассмеялся:
Не надо мне никаких тестов. Ты мой, всё! Мы семья.
Достал старый альбом показал ему фото сына, жены и невестки Павел сразу узнал свою мать. Теперь мы все вместе: я, мой внук и маленькая Варенька.
Запись заканчиваю с чувством тихой радости и огромной благодарности судьбе. Оказывается, чудо всё же случается там, где его не ждёшь. Главное не сдаваться и не отрекаться от своих. Семья самое дорогое, что у нас есть.
