Увидеть своими глазами
Шли годы, многое уже осталось за спиной, но и сейчас сердце болезненно сжимается, едва вспомню те тяжелые времена, когда судьба навсегда забрала у меня мужа и шестилетнюю дочь. Меня тогда звали Ксения Петровна, и жизнь моя круто изменилась после аварии ведь крушение было мне словно удар по самому сердцу.
После похорон я словно перестала существовать почти полгода провела в санатории на Волге, не желая ни разговаривать, ни видеть кого бы то ни было. Лишь моя мама, Надежда Николаевна, все это время была со мной, тихо сидела рядом, день за днем уговаривала хоть немного прийти в себя. Однажды она сказала:
Ксюша, милая, хозяйство Дениса совсем на грани. Дело держится на честном слове, Егор Никитич один не вытянет. Он мне звонил, просил передать. Хорошо, что он человек добрый, но трудно ему…
Ее слова будто согрели душу, заставили встряхнуться. Я с трудом сказала:
Мама, ты права… Если бы Денис был жив, он бы хотел, чтобы я поддержала его дело. Хорошо, что я немного разбираюсь, он ведь часто звал меня в контору помогать.
Так я вернулась в семейное дело. Удержала фирму от краха, но пустота и тоска по дочурке разъедали сердце.
Ксюшенька, сказала как-то мама тихо, возьми малышку из детдома, возьми ту, которой тяжелее всех. Добро, которое ты сделаешь, спасёт и тебя саму.
Долго я думала, но в конце концов решилась и вот стою под серым небом у ворот детдома, сердце колотится, кажется, это не исполнимо: разве смогу я любить снова?
В том самом детдоме среди многих детишек особенная была малышка почти ничего не видела. Назвали ее Ариной, но родилась она почти слепой. Родные бросили, как только врачи вынесли приговор. Люди образованные, интеллигентные, но не хватило в них ни мужества, ни сострадания. Потому и попала Ариночка в дом малютки осиротела при живых родителях.
Учились они там и читать, и жить без света чуть различая тени да мечтая о чуде. Арина любила сказки, верила явится за ней когда-нибудь добрая фея
Так и оказалось ей было почти семь, когда я впервые увидела её: тонкая, почти прозрачная фигурка, золотые локоны, огромные голубые глаза. Глаза чистые, глубокие, незрячие.
Это ваша Ариша, улыбнулась воспитательница Людмила Васильевна, девочка добрая, нежная
Я смотрела и сердце знало: моя.
Мы сразу полюбили друг друга, обе нуждались в этом. Началась у нас новая жизнь, наполненная совсем иными заботами. Обратилась я к московским профессорам, они пообещали: после операции возможно вернётся зрение, пусть и не полностью, и придётся всю жизнь носить очки.
Мы рискнули перед школой девочке сделали операцию, но результат был невелик. Врачи сказали: со временем можно попробовать ещё раз. Так мы и жили дальше: работа, дела, но вся моя жизнь была посвящена единственной дочери.
Арина росла не по дням, а по часам, получилась из неё девушка необыкновенной красоты. Институт окончила, работать пришла ко мне в компанию. Без баловства, благодарная, добрая. За ней немалое приданое числилось, и я зорко смотрела, чтобы рядом не появилось проходимцев.
И всё же любовь пришла впервые и по-настоящему. Парень её, Антон Сергеевич, казался мне непоказным, но добрым, к тому же увлёкся ей крепко. О свадьбе заговорили, начали готовиться. До церемонии оставалась пара месяцев, и как раз после свадьбы должна была пройти вторая операция Арине.
Казалось бы, где тут беде взяться…
В один ненастный день отправились молодые в хороший подмосковный ресторан заранее обсудить оформление зала. Народу почти не было, и Арина осталась одна за столом, когда у Антона вдруг заорала сигнализация на машине вышел разобраться. Телефон оставил на столе. Вдруг зазвонил, Арина не хотела отвечать, но звонок упорствовал. Взяла трубку на том конце раздался голос будущей свекрови Инны Сергеевны.
Сынок, я придумала, как избавиться от слепой Аринки раз и навсегда. Мне в турагентстве отложили путёвки в Кавказские горы. После свадьбы поедете скажешь, что хочется тебе экстрима, гулять по вершинам. Как только будете вдвоём сделай, чтобы она будто случайно сорвалась. Потом заявишь, что исчезла Расскажешь у полиции, что ушла обиженная главное, чтобы тебе поверили. Деньги нельзя упускать, сынок. Ты ведь сыграешь вдовца без труда Спеши, иначе её мама успеет сделать операцию вот тогда все пропало
Голос прервался. Арина сжала телефон руки ледяные, мысли путаются: “Она хочет моей смерти и Антон, видимо, тоже.” Только что была счастлива, планировала свадьбу и вдруг весь их маленький мир оказался страшнее кошмара.
Когда Антон вернулся, она так и сидела, молча слушая его объяснения про странную сигнализацию а вскоре у него опять засверкал телефон вызвали срочно на работу.
Езжай, сказала Арина еле слышно, я маму подожду.
Оставшись одна, Арина позвонила матери.
Мама, срочно приезжай, попыталась говорить спокойно, но голос выдавал страх.
Что случилось, дочка? встревожилась Ксения.
Они хотят меня убить Антон с матерью.
Когда Ксения приехала, дрожащая Арина всё рассказала о невероятном, о том, что слышала собственными ушами. Ксения верила, ни на секунду не усомнилась в дочери.
В тот же вечер позвонил Антон, поинтересовался устроены ли дела с рестораном. Тогда я, решив не скрывать, взяла телефон:
Слушай меня внимательно, Антон. Все знаю и о планах в горах, и о путёвках. Телефон твой это улика, и в полиции найдут любые записи, если понадобится.
Это всё мать начал мямлить он.
Ты не мужчина, Антон. Прощай.
На следующий же день Антон исчез из города, прихватив деньги у матери. А Инна Сергеевна уехала к знакомым в Ярославль.
Настоящим испытанием стала и вторая операция. В кремлёвской глазной клинике, где её провели, с нами был замечательный доктор Дмитрий Игоревич Власов. Добрый и внимательный, поддерживал Арину, был рядом всё время, пока она ходила с повязкой на глазах. Много молчал, но то, как смотрел на неё, не скроется от материнского ока.
Когда, наконец, повязку сняли, Дмитрий принёс ей огромный букет алых роз. Арина залилась слезами впервые увидела своими глазами яркий мира свет, увидела цветы, высоко улыбающегося юношу с серыми глазами, таких, как у неё когда-то были в мечтах.
Я вижу, шептала Арина. Я всё вижу
Теперь ей всегда нужны были очки, но это была такая малость по сравнению с пережитым!
Прошёл год. Сыграли мы небывало красивую свадьбу. А к Покрову у молодожёнов появилась дочь голубоглазая, как папа. Никогда больше Арина не знала таких бед, ведь рядом был с ней надёжный, добрый человек, который до конца жизни стал её опорой и защитой.
Благодарна судьбе и пусть за всё выплачу я полной мерой добром, ведь чудеса случаются там, где в них очень ждут.
