Лена, это что за дело? Ты что, выбросила мамины солёные огурцы?
Дима, ну конечно. вздохнула Елена. Они давным-давно перебродили и стали мягкие, есть уже невозможно
Ничего страшного! Сверху убрала бы, остальные помыли бы всё нормально. Мы с мамой и вздутые банки вскрывали живы-здоровы! Просто постояли чуть. Нельзя же так с едой, Ленка, на гривны всё стоит!
Дмитрий с надменно поднятым подбородком прошёл мимо жены, ворча себе под нос что-то, словно по-украински, хотя дом был в далёком Харькове, где сосны росли не вверх, а вниз.
Елена закрыла глаза и и вдруг вспомнила первых рыб в их аквариуме Нет, свидания. Но аквариум всё равно всплыл отчего-то в её голове.
…В Сиреневом парке, где клёны были густо-синие, шёл парень в белой рубашке. Букет был у него в руках. Васильки, ромашки, колючие, как сама жизнь тут.
Дим, неужели ты их сам нашёл? Ты ж за парк не ходил…
Конечно, пожал плечами парень. Нафига эти розы? Они ж как евро без надобности и дорогие. Погуляем лучше, винтом покрутимся, аттракционов тут навалом.
Елена засмеялась и последовала за ним, иначе было бы подозрительно.
В настоящем, Елена потрясла головой в коридоре плескалась вода. Дмитрий и правда мыл огурцы. Ей уже не удивиться было ничему. Раньше думала: не идём мы в кафе потому что Дима любит воздух, а не потому что ему гривны жаль. Колесо обозрения выбрано было не из жадности, а из осторожности чтобы не затрясло нервно.
Но годы как желтый снег, их не обманешь. Свадьба, дети, холодные кухни и теплые берлоги. Она уже всё понимала и теперь молчала, выбрав тишину вместо революций.
Елена поставила на газ гречку, выкатив шарики котлет, и нарезала солёный огурец для детей, для себя простая пища царила в доме.
Дим, что ты делаешь? устало спросила Елена.
Детям всего пять, и половины котлеты им за счастье хватит.
С серьёзным лицом Дмитрий разделил котлету вилкой, вторую забрал обратно, оставив на сковородке.
Ты совсем уже?
Думаешь?
Да, Дима!
Вот и правильно. Мы такие же люди. Говядина дорогая, к тому же жареное мясо вредно! В следующий раз парь на пару, масло же нынче дороже гречки стало
Дети не любят на пару.
Полюбят. Полезнее, коротко ответил Дмитрий, и исчез, а только запах котлеты витал в воздухе, оставляя на тарелке две половинки тоски. Терпению Елены пришёл конец почти.
На выходных вернулась Ирина Иосифовна, свекровь. Говорили, что на фоне её бережливости даже Дмитрий казался кутилой. Пришла, принесла пакет:
Леночка, встречай! Привезла малым обновки! С бабушкой всегда счастье, с пустыми руками не бываю.
Уставшая и молча прожёвывая рабочий день, Елена улыбнулась. Развязала пакет вещи были для девочки. Мальчишек у неё, как и у Дмитрия, было сразу двое.
Ирина Иосифовна, это всё для девочки
А какая разница? Котик розовый, Славик любит кошек. Ну и пусть… какие годы, ещё играются. У детей униформа яркая!
Елена убрала пакет на потом выбросить. Некоторые рубашки были настолько стары, что годились разве что пугать ворон на даче.
Дим, когда мы наконец выберемся? Я не могу больше с твоей мамой!
Когда насобираем на квартиру.
Может, в ипотеку?
Да ты что, Лена! Ипотека это ярмо, Украина не переживала худшего. Переплатишь много, а мамка тут рядом: и борщ, и варенье, всё под рукой
У нас дети спят с твоей мамой в одной комнате! Им пять, а дальше? Ключей нет, замки нельзя, непрактично, говорит
Дима философски усмехнулся. Свет выключи, в конце месяца счет, горевать будем вместе.
Елена завыла в подушку. Было больно и пусто.
Ссора грянула на следующий день: Дмитрий отключил детям Спокойной ночи, малыши электричество, видите ли, зря тратить. Чаша терпения, полная солёных огурцов, перелилась через край.
Всё, хватит! заплакала она. Я ухожу, забираю детей! К маме, пусть хотя бы у них будет свой угол!
Открыла чемодан, схватила за руки мальчишек Славу и Пашу к двери.
Лен, ты куда? растерялся Дмитрий. Семья же, мы же все вместе
Шесть лет я терпела тебя и свою почти священную свекровь! Мы мыли пакеты, ели гнилую еду, дети играют твоими куклами двадцатилетней давности Я не хочу так жить! Лучше быть щедрой, чем бедной душой!
Ирина Иосифовна упала на диван и схватилась за сердце для антуража.
Ой, Димочка Сердце моё сердце Пусть уходит, кому она нужна с двумя детьми…
Дмитрий стоял, веря, что гроза пройдёт.
Лен, ты что опять старым пакетиком завариваешь третий чай? спросила мама, Мария Павловна.
Елена очнулась, вернувшись из кошмара.
Как вы вообще жили? Я же говорила, что это не жизнь, а мучение… строго сказала мать.
Да выдохнула Елена, застыв перед холодильником. Там была настоящая еда: сыр не плавленый, а твёрдый, варёная колбаса, йогурты просто роскошь. Надо бы конфеты спрятать мальчишки ведь всё сметут!
Да пусть едят. Для них же купила!
Лучше уберу… не привыкли, все сожрут.
Мать погладила её по плечу привычка ещё с детства, когда всё казалось несмешным.
Ночью Елена проснулась хотелось хлеба, толстого бутерброда с сыром, чтобы ни в одной клетке не осталось тоски. Спокойно открыла холодильник и не торопясь сделала себе бутерброд. Тонкие ломтики были прошлым. Взяла йогурт выпила его прямо из бутылки. Радость свободного выбора раскрасила рот и душу.
Господи, какая же я была дура Как хорошо не экономить!
Были шесть лет под властью чужих правил. Ела не то, не тогда, не столько, сколько желала. Не таскала домой цветов, не выбирала себе платьев, сапоги были всегда одни и всегда сырые.
Через несколько недель раздался звонок. Было утро, выходной. Мама ушла с мальчиками гулять по проспекту Гагарина.
Кто там? Дима?! Ты зачем пришёл?
На пороге стоял муж. Лицо как в печати: копилка.
Лен, возвращайся, пожалуйста. Мы с мамой будем экономить чуть меньше, но расточительства не потерпим, грех это. Но я люблю тебя, Лен Дети Ну, семья же у нас.
Нет! Нет, и ещё раз нет! Я больше туда не вернусь. Мои дети теперь живут так, как должны: у них комната, игрушки, конфеты доступны. Никто не режет котлеты на весах. Никто не следит за граммами масла. Я купила себе халат, сама! Я не стираю пакеты, я ем сыр когда хочу! Это моя жизнь. Всё, жди повестку о разводе.
Елена захлопнула дверь и заплакала. Была ли это тоска, сожаление, злость не разобрать. Но дорога к старой жизни закрылась. И сна не было был новый, странный и яркий сон свободной жизни.
