Люба, ты совсем с ума сошла под старость? У тебя же уже внучки в гимназии учатся, какая ещё свадьба? вот так мне сестра выдала, когда я ей призналась, что выхожу замуж.
А что мне тянуть? Через неделю мы с Толиком идём в ЗАГС, сообщить сестре надо обязательно, размышляла я. Конечно, на пир она к нам не поедет: я в Санкт-Петербурге, а она где-то аж в Омске. Да и не до свадебных хлопот и криков «Горько!» на шестом десятке. Тихо расписаться и посидеть вдвоём вот и всё.
В принципе и не надо бы расписыватьcя зачем нам это? но Толик настаивает, без регистрации никак. Настоящий кавалер, без преувеличения: и дверь подъезда откроет, и руку подаст, и шубу поможет надеть, если зима в разгаре. Говорит: «Я что, мальчишка? Мне нужны серьёзные отношения!». А я смотрю на него и правда как мальчишка, только волосы седые. На работе его все уважают, только по имени-отчеству Анатолий Петрович! Только дома он другой: увидит меня, в два прыжка подбежит, меня на руки и закружит прямо во дворе. Радостно, но неловко, будто подростки! Шиплю ему: «Люди же смотрят, смеяться будут!», а он только улыбается: «Нет тут никого, кроме тебя!» И правда, будто замыкается весь мир только мы вдвоём, снег, мимо проезжает «Жигули», и всё не по-настоящему.
Но есть и Таня сестра, ей рассказать обязательно надо. Я боялась, осудите, как и остальные. Но нужнее всего мне её поддержка. Вот набралась, позвонила.
Люубааа растянула она голос, когда услышала о женихе, всего год прошёл, как Колю похоронили, а ты тут с новым уже собралась? Я знала, что удивлю её, но, чтоб пришлось оправдываться из-за прошедшего
Танюш, я всё помню, прервала я. А кто вообще сроки устанавливает? Через сколько мне можно вновь жить? Через сколько снова петь и смеяться, чтоб не быть осуждённой?
Таня притихла:
Ну, для приличия хоть бы года три подожди
То есть, мне сказать: Толь, возвращайся через три года, а я тут поскучаю до чёртиков по Кольке?
Молчание.
А смысл? Думаешь, что и через десяток лет злые языки не найдутся? Мне их разговоры безразличны, а вот твоё слово важно. Если скажешь «Нет», отменю ЗАГС.
Я плохая советчица, ну идите, живите хоть сейчас! Только знай не понимаю и не поддерживаю. Ты из всех ума всегда была особенного, но чтоб так на старость?.. Подожди ещё хоть немного, совесть имей.
Я не сдавалась.
А если нам жить осталось год всего? Вдруг впереди ничего
Таня сморкнулась в трубку.
Ладно, живи, как знаешь. Пусть и тебе достанется кусочек радости Но ты ведь столько лет была счастливая
Я рассмеялась.
Ты у меня спрашиваешь? Всю жизнь считала себя счастливой. Оказалось, я просто лошадь рабочая была, что на хозяйстве, на всех вкалывает: сначала детям, потом внукам. Возили мы картошку на самосвале, свиней растили, кур на мясо всё для семьи. Вечно на дачах, по магазинам толком не разгуляешь, театры да кино где-то далеко. Подруги звонят «Я на Байкале отдохнула», а я хлеба не купила вот уже третий день.
Девочки зато машины купили, ремонты сделали за счёт нашего хозяйства. Значит, не зря. А я всё таскала да таскала, пока добрая подруга не приехала и не сказала: «Люба, ты жива там вообще, или тебя по кусочкам собирают? Зачем над собой измываться? Дети взрослые, пусть уже сами себе помогают».
Тогда не поняла. Теперь доходит: можно было бы жить иначе просто дышать, ходить куда хочется, спать, сколько влезет; зимой в бассейн, летом на лыжи И никто не страдает! Дети не отощали, внуки кушают хорошо, а я вдруг заметила, что вокруг красота. Снег трещит, парк светлый, листья под ногами шуршат, и можно их подбросить, как в детстве. Смотрю на дождь в уютном кафе, а не подбиваю коз, чтоб не намокли. Только теперь увидела город мой родной Питер красив до слёз!
И всё это из-за Толяна.
Когда Коля умер всё остановилось. Сердце, внезапно, в ночь ушёл навсегда. Дети быстро всё продали: и дачу, и хозяйство, перетащили меня в город. Я ходила как в тумане, всё по привычке поднималась в пять утра, не зная, куда себя деть.
Толя оказался соседом помогал перевезти вещи, по совету зятя. Сам сначала и не смотрел на меня жалко было просто. Потом начал вытаскивать гулять в парк, на лавочке сидеть. Принёс мороженое я его, наверное, лет двадцать не ела! Повёл к пруду, уток хлебом кормить. Я ведь держала уток на даче, а просто смотреть на них не додумывалась всё «мешанку» им замешивала, да в хлев бежала.
Даже странно, говорю, можно ведь просто смотреть на уток Не шевелиться никуда!
Толя ухмыльнулся, взял за руку:
Подожди, у тебя ещё всё впереди! Всё сначала начнём
Он оказался прав. Чувствую себя пятилетней. Открываю мир заново: небо, деревья, снег, и каждый день новый подарок. Словно прежней жизни и не было, будто проснулась от долгого сна. Сама не заметила, как стала скучать по Толе: хочется его голоса, смешинок, руки в руке.
Дочери мои были в штыки «папу предаёшь». Больно, будто ребёнком виновата стала. А дети Толи радуются: «Папа по-настоящему живёт!». Осталась только сестра Таня и вот её-то слова я боялась сильнее всего.
И когда у вас регистрация? выдохнула Таня после разговора.
В пятницу.
Ну, что ж, счастья, любви… на шестом десятке, буркнула и повесила трубку.
В пятницу мы с Толей собрались, оделись в лучшее, сели в такси и к ЗАГСу. Только вышли стоят дочери с мужьями, мои внуки, семьи Толи, и Таня, вся в белых розах, смеётся и плачет.
Таня?! Ты что специально ради этого прилетела?
А как же, надо увидеть, кому тебя отдаю! отвечает, смеётся в слезах.
Оказывается, все заранее созвонились, заказали кафе. Никто не остался в стороне.
На днях мы с Толиком отметили год свадьбы. Он теперь родной человеку всем, а я до сих пор не могу поверить как это у меня? Такое счастье, что страшно хвалиться вдруг исчезнет, как сон. Слишком всё нелепо, слишком хорошо, чтобы быть явью.
