Часть 1
Олигарх стоял у окна московского особняка, погружённый в свои тяжёлые мысли, когда его взгляд случайно зацепился за хрупкую девочку, стоявшую на холодном тротуаре и всхлипывавшую в кулак. На её шее висело его давным-давно утраченно украшение фамильное золотое ожерелье, пропавшее ещё лет пять назад. От неожиданности руки у него задрожали, и он почти споткнулся, бросаясь к ней:
Девочка, откуда у тебя это ожерелье?!
Малышка, Варя, сжала кулон и отступила.
Не трогайте! Это ожерелье моего папы, заявила она с такой уверенностью, что у него в груди всё сжалось.
Папино ожерелье Стоп. Секундочку. Кто эта девочка? Как фамильная реликвия оказалась у неё?
Много лет назад жила-была простая провинциальная красавица Изабелла, которую в роддоме нарекли именем, подходящим для какой-нибудь итальянской оперы, но родилась она вовсе не в Тоскане, а где-нибудь под Винницей. Жила она в крохотной комнатке на окраине Киева вместе с подругой Аней две сироты без гроша за душой, зато с амбициями и остатками гречки к чаю. Изабелла отчаянно искала работу, иногда засыпала голодная, но никогда не унывала. Она любила повторять:
Вот увидишь, Аня, когда-нибудь вся моя жизнь изменится.
И вот, в один солнечный день, Изабелла отправилась на собеседование в отель почти без надежды, но с тщательно вымытой головой.
Ты только не волнуйся и улыбнись, подбадривала Аня.
Её приняли. На радостях обе чуть не расцеловали почтальона у подъезда.
Вечером Аня настояла:
Давай-ка отмечать! Хватит сидеть по углам, пойдём в клуб.
В клубе музыка грохотала, мигалки мигали, все радовались жизни. А где-то в другом конце города молодой бизнесмен Клим Котов (33 года, статус богат и зол, как сам чёрт) тихо проливал мужскую слезу в салоне чёрной «Волги». Его лучший друг смылся за границу с деньгами из совместного стартапа, оставив Клима разбираться с надувшимися налоговой, банком и тёщей.
Чтобы утопить горе, Клим отправился в тот самый клуб и захмелел до состояния «меня уносит ветром».
Когда его коллеги затаскивали его наверх, в гостиничный номер, Клим с трудом понимал, где он и кто вокруг.
Тем временем Изабелла, одетая в скромное чёрное платье, почувствовала слабость от нервов она выпила таблетку, а теперь её клонило в сон.
Ань, я пойду прилягу ненадолго, прошептала она, и побрела к лифту.
На верхнем этаже Изабелла заметила полуоткрытую дверь в номер, где было тихо и пусто. Решив, что там никого нет, она плюхнулась на постель и тут же вырубилась. Она не знала, что это номер Клима
Через несколько минут пьяный Клим зашёл в номер. Увидев незнакомую девушку на кровати, он решил (сколько можно там думать в таком состоянии?), что её кто-то подослал, чтобы поддержать его в депрессии
Дальше события развивались, как обычно бывает в дешёвых телесериалах: краткий момент близости двух запутавшихся людей.
Утром Изабелла проснулась с головной болью и полным отсутствием воспоминаний. Мужчину рядом уже не было. На подушке она нашла золотое ожерелье с гравировкой «К. Котов» красивое, тяжёлое, явно дорогое. На столе обнаружились гривны. Изабелла тихо заплакала.
Она кое-как добралась до дома. Аня взяла её за руку, но Изабелла только молча плакала.
Через месяц Изабелла почувствовала странную слабость и тошноту. В местной поликлинике врач улыбнулась:
Поздравляю. Вы беременны, срок примерно месяц.
Изабелле стало дурно.
Я?…
Дома она сломалась:
Как мне воспитать ребёнка одной? Я даже лицо того мужчины не помню!
Аня обнимала её.
Нужно пойти в тот клуб, может, кто-то видел…
Вернулись они, размахивая колье перед носом у менеджера:
Не знаю такого, пожал плечами тот.
Персонажи из персонала и уборщицы тоже только разводили руками. Тщетно…
Я не знаю, кто твой отец, говорила Изабелла животу, но я тебя не брошу.
Жизнь продолжалась, но не баловала: через пару месяцев Изабеллу уволили из отеля за то, что уснула во время уборки номера. Стала работать официанткой в маленькой столовой.
Годы шли.
Изабелла в свои двадцать девять многое пережила. Теперь она работала ещё официанткой где-то под Львовом львовские кабачки платят мало, но хоть на хлеб с маслом хватает. Дочку свою назвала Варей девочка была копией матери: умная, милая, озорная.
Однажды Вара спросила:
Мам, а где мой папа?
Изабелла достала из ящика золотое ожерелье.
Вот, это папино. Больше ничего твой папа нам не оставил…
Варя носила его, как самое дорогое сокровище.
В это время где-то на Печерске Клим с папой, новым украинским магнатом Николаем Котовым, обсуждали женитьбу. У Клима была подружка Светлана красотка и карьерастка. Светлана злилась, что Клим никак не делает ей предложения.
Я однажды притворилась беременной, и меня тут же позвали замуж, поделилась подруга Настя.
Светлана решила воспользоваться удачным советом.
Клим! У меня для тебя новость! Я беременна!
Клим обрадовался и уже начал строить планы, не подозревая, что где-то в другом конце города его настоящая дочь расхаживает по школе и вытаскивает на свет божий его фамильное ожерелье.
В один жаркий день Изабелла заболела температура, слабость, никакой зарплаты. Она отправила Варю за лекарствами. Та, зарёванная, шла по проспекту, сжимая в кулачке ожерелье.
Мимо прокатилась чёрная ГАЗель. Внутри сидел задумчивый Клим, размышляя о «счастливом» отцовстве. Увидел Варю, сердце екнуло.
Останови, приказал шофёру.
Подошёл, наклонился:
Почему плачешь?
Мама заболела. Я иду за лекарства, ответила Варя, взглядом словно говоря: «Не подходи укушу!»
И тут Клим увидел на шее ожерелье.
Откуда у тебя это?
Варя сдвинула брови:
Не трогайте. Это папино.
А как зовут твою маму?
Изабелла.
Клим велел водителю купить лекарства и попросил Варю отвести его к себе. Через пару переулков они вошли в скромную коммуналку. Клим увидел на матрасе измождённую женщину и тут его слегка осенило…
Я встретил вашу дочку. Очень похожа на вас, неловко пробормотал он.
Пока Изабелла пила лекарства, Клим не мог отвести взгляд от ожерелья.
А где вы его взяли? спросил он, чувствуя, как сердце бьётся где-то в пятках.
Изабелла дрожащим голосом поведала ему всю историю: та самая ночь в клубе, головокружение, сейчас дочь.
Клим побледнел:
Это моё ожерелье
Последовала тишина, как после пятничного метрополитена.
Тогда, пять лет назад, в «Волна Клаб» я перебрал с коньяком наконец тихо сказал он. Я думал, что вы ну… В общем, я не знал.
У Изабеллы заискрились слёзы на глазах.
Так это были вы
Клим вдруг заметно съёжился:
Я многое сделать уже не могу и простить себе не смогу, но исправить хочу. Варя моя дочь.
Он встал перед девочкой на колени:
Прости меня. Я твой папа!
В тот же вечер огромная чёрная ГАЗель привезла Изабеллу с дочкой в особняк Котовых.
Впервые Клим ощутил, что, возможно, счастье реально, даже если к нему ведёт такой извилистый маршрут.