Записываю, как накануне прошёл один занятный день в доме у промышленника Костенка в Киеве, где я работаю управляющим.
Вечером, когда в зале с высоченными потолками и сверкающей хрустальной люстрой притихли разговоры гостей, все смотрели на служанку обычную девушку по имени Варвара, тихую, внимательную, почти незаметную. Для большинства она была чем-то вроде мебели никто не задумывался, кто она, откуда.
Когда зал наконец опустел, а Костенко спускался по широкой парадной лестнице, он заметил Варвару у большого стола. Она убирала рядом, но остановилась её взгляд задержался на роскошной шахматной доске с золотыми и серебряными фигурами, поверхность отражала мягкий вечерний свет.
Костенко испытал обычное для него снисходительное довольство само собой, подумал он, её интересует золото и блеск.
Ну что, Варвара, засмотрелась на шахматы? спросил он с полуулыбкой, в голосе легко читалась ирония.
Девушка чуть смутилась, но ответила твёрдо:
Да, Николай Петрович.
Он хмыкнул:
Так ты, выходит, разбираешься в шахматах?
Умею играть, кивнула она.
Вот как. Ну, сыграем, уже весело предложил Костенко, явно рассчитывая на лёгкую победу. Победишь меня шахматная доска твоя, отвечаю честно, по-мужски.
Я видел, как Варвара спокойно уселась напротив, а сам хозяин рассмеялся, предвкушая забаву.
Партия началась легко Костенко атаковал уверенно, привычно давя на соперника. Но уже через несколько минут стало ясно девушка отбивается, не допускает ошибок. Любой его ход находил точный ответ, словно всё, что он замыслил, было просчитано заранее.
Костенко ждал простой ошибки, но Варвара, наоборот, пожертвовала ладьёй, открыв диагональ, которую миллиардер попросту не заметил. А через ход он понял: его ферзь пойман, выхода нет.
Смущённый и раздражённый, хозяин глядел на доску, будто ожидал увидеть там подвох.
Партия продолжалась, но инициатива ушла к Варваре. Каждый её ход был уверен и точен, а у Костенко атаки слабели. И вот спокойный тон:
Шах и мат, Николай Петрович.
Хозяин застыл в ступоре, выбирая между удивлением и досадой.
Как тебе удалось? выдавил он наконец.
Я просто следила за позицией, а не за золотом, спокойно ответила Варвара.
Он молчал.
Меня отец учил, когда я была маленькой, продолжила она после паузы. Он говорил: в шахматах не помогут ни деньги, ни спесь. Только терпение и расчёт.
Постепенно Костенко остыл, уважение проявилось во взгляде.
Ты хотела выиграть честно, произнёс он уже без иронии.
Варвара лишь кивнула:
Мне важна не вещь. Дайте мне возможность показать свой ум чтобы меня уважали не за внешность, а за мысли.
И тут я понял: иногда золото не имеет той ценности, которую придаёт ему человек. Главное видеть людей вокруг и уметь оценить их настоящий талант.
