Мне двадцать семь лет, и я живу в квартире, где каждый день извиняюсь за то, что существую. Самое чудесное мой муж считает это абсолютно «нормальным».
Двадцать семь лет и почти два года в статусе законной жены. Ни кота, ни ребятни не потому, что не мечтаю о детях, а просто убедилась: сперва нужен дом, похожий на дом. Спокойствие. Уважение. Какой-никакой душевный уют.
А вот уют у нас исчезающе редкий зверь.
Причина не в деньгах у нас не миллионы, но и не нищета, рубли как-нибудь считаем. Дело не в работе оба трудимся, не лентяи. Не в болезнях и не в других типичных российских неурядицах.
Проблема у нас одна, зато какая женщина.
Свекровь.
Сначала думала: ну ладно, строгая тётя, любит командовать, из тех мам, кто всюду суёт нос и мнением не обделяет.
Я старалась быть лапочкой: воспитанной, вежливой, постоянно сглатывала обиды. Говорила себе: она мать… ну, привыкнет… примет меня… нужно время.
Только время для свекрови оказалось витамином от скромности.
В первую нашу «битву» она унизила меня мелко, но изящно сказала якобы в шутку:
Эх, вы молодые жёны всё вам уважение подавай.
Я рассмеялась, хоть и во мне уже что-то скрипнуло. Потом пошла «помощь»: явится будто бы баночки привезти, шаньги подкинуть, спросить, как мы.
Но её миссия всегда одна инспектировать. Всё щупает, всё нюхает, каждую полку осмотрит. Начинает учить жизни:
Это почему тут так?
Кто сказал тебе поставить это сюда?
Я бы на твоём месте
Причём советы льются при муже. А он? Абсолютно безмятежен!
Ой, да перестань, не заводись, любимая фраза.
Постепенно я начала думать, что у меня что-то не так с психикой. Может, я заражена «проблемностью»?
А потом начались визиты сюрпризом. Звонок (если повезёт), а то и ключ. Хлоп и она внутри.
Вечно поёт свою арию:
Я не чужая, мне тут почти как дома.
Первые разы сглотнула как чай без сахара. Третий раз решилась сказала тихо:
Пожалуйста, предупредите заранее. Я бывает уставшая, бывает сплю, бывает работаю.
Глянула на меня так, словно я потребовала у неё паспорт.
Это ты меня будешь учить, когда к сыну приходить?
Вечером муж устроил полупожар:
Как ты могла её обидеть?!
Я сижу не верю:
Я не обидела. Я просто попросила границы.
Отвечает:
В МОЁМ доме ты не будешь гнать мою мать.
В его! Не в нашем.
От этого я стала ещё тише. В собственной квартире двигаюсь как мышка: вдруг опять нагрянет? Музыку не включаю, громко не смеюсь. Кастрюлю поставила боюсь услышу: «Опять это баловство!» Полы протерла страшусь: «Грязно!»
И самое страшное я превратилась в машину извинений:
Простите.
Так больше не будет.
Я не хотела.
Я не так сказала.
Я не это имела в виду.
Женщина двадцати семи, которая извиняется за то, что дышит.
На днях пришла она, когда муж был на работе. Я в домашних штанах, хвостик на голове, простуженная. Без вопроса в квартиру.
Ты посмотри на себя заявила. Это вот сын мой заслужил?
Молчу.
Зашла на кухню, открыла холодильник:
Ну и холодильник есть тут хоть что-то приличное?
Заглянула в шкаф:
Чашки почему тут?
Начала рыться и переставлять. А я стою и понимаю: всё, вскипело.
Поворачивается:
Запомни: если хочешь остаться женой знай своё место. Не лезь выше сына.
В этот миг внутри меня щёлкнул выключатель. Ни слёз, ни истерики. Просто ощущение финала.
Муж пришёл она на диване, как императрица. Я тихо:
Нам нужно поговорить. Дальше так нельзя.
Он ни взгляда, ни эмоции:
Сейчас не время.
Нет, как раз время.
Вздохнул:
Что опять началось?
Я не чувствую себя дома. Она приходит без предупреждения, издевается, разговаривает как с прислугой.
Ржет:
Прислуга? Давай без драмы.
Это не драма.
Свекровь кивает с дивана:
Не терпит не жена для семьи.
А потом случилось страшное муж молчит.
Не произнёс ни слова в мою защиту.
Сел рядом и повторил:
Не устраивай театр.
Смотрю на него и вижу впервые: он не между двумя женщинами, он выбрал ту, с кем проще.
Потом на неё, потом на него. Только одно сказала:
Хорошо.
Без скандала. Без объятий подушкe. Без объяснений.
Я поднялась, вошла в спальню, собрала в сумку одежду, документы. В коридор он подскочил:
Ты что творишь?!
Ухожу.
Совсем с ума сошла!
Нет, просто проснулась.
Свекровь улыбнулась, как будто выиграла в «Русское лото»:
Куда ж ты? Вернёшься ещё!
Спокойно:
Нет. Вам нужен дом, где вы руководите. А мне где можно просто дышать.
Он схватил за сумку:
Не смей уходить из-за моей матери!
Смотрю прямо:
Я ухожу не из-за неё.
Он застывает:
А из-за кого?
Из-за тебя. Потому что ты её выбрал. А меня оставил одну.
Я вышла.
И знаете, что почувствовала на улице? Ну, морозец, само собой. А еще лёгкость.
Впервые за многие месяцы я никому не должна объясняться.
А вы что делали бы на моём месте? Остались бы «ради семьи» или ушли бы, как только муж промолчал, когда вас унижают?
